После ужина у нас был семейный совет. Я собрал всех на кухне и объявил начало совещания. Правда, кроме Любы никто этого не понял, но на кухне остались решать, что делать дальше. Мы – это я, Люба, Лютик и Ленни. Ленни просто задержался после ужина, который он теперь никогда не пропускал.

– Тебе нужно учиться магии! – вещал хозяин, обращаясь к Любе. – Необходимо учиться пользоваться твоими способностями. Это очень редкий дар, магов жизни у нас наперечет.

– И где я буду учиться? – уточнила Люба. – К тому же я ведь взрослая, кто меня возьмет?

– Ну во-первых, в нашу академию берут в любом возрасте. А во-вторых, до начала обучения еще почти месяц, я думаю тебя подтянуть, дав хотя бы основы, которые знает каждый ребенок-маг.

– А для поступления нужно сдавать какие-то экзамены? – снова спросила девушка.

– Не экзамены, но собеседование с комиссией пройти придется. Показать свои способности на деле, пройти проверку тем же артефактом, которым я тебя проверил сегодня.

Люба вздохнула:

– Опять учиться! А я как диплом получила, уж думала, все, расквиталась со всем этим.Ладно, тащи учебники, будем учиться. И завтра все же на рынок – за одеждой. Не могу же я в таком виде к серьезным людям идти.

– В каком виде? – удивился Лютик. – Нормальный вид: юбка, блузка.

– Которые висят на мне мешком. Ты вообще видишь, что вокруг тебя происходит?

Ленни заржал:

– Да он и про свою одежду не заговорил бы, если бы рубашки на нем сходиться не перестали.

Лютик смутился и предложил завтра же утром отправиться за одеждой.

Меня на рынок не взяли. Да и ладно, дома итак теперь всегда много вкусной еды. И я пошел во двор, инспектировать поголовье воробьев. Да, именно за этим, а не потому, что на заборе опять сидела Муся, кокетливо помахивая белоснежным пушистым хвостом.

Люба с Лютиком вернулись с рынка через несколько часов. Хозяин выглядел измученным и каким-то несчастным. Зато Люба светилась довольством и была бодра и весела.

– Что это с ним? – спросил я Любу, глядя на удаляющегося в свою комнату мага с охапкой одежды в руках.

– Ты представляешь, он думал, что пошел на рынок за ОДНОЙ рубашкой! – возмутилась Люба.

– И сколько вы в итоге купили?

– Да немного, всего с десяток. Пришлось брать еще и размера на два побольше. Мы подумали, что он скорее всего еще раздастся вширь, пусть будет навырост. Ну заодно прихватили ему там всякого… Брюки-то ему тоже уже короткие, а он собирался в этом ходить!

– Да уж, полное обновление гардероба в состоянии пережить далеко не всякий мужчина, – вздохнул я.

– Я даже не стала особо тратить время на покупку своей одежды. Лучше одна потом схожу. Взяла только пару платьишек.

– Покажешь? – спросил я скорее из вежливости, чем реально желая любоваться какими-то там платьишками.

– Сейчас! – радостно воскликнула Люба и кинулась в свою комнату переодеваться.

Она вышла в новом платье, которое абсолютно преобразило ее. Оказывается, она совсем не такая крупная, как казалось раньше. Платье хорошо подчеркивало ее талию, которая явно стала гораздо тоньше, выделяя красивые формы груди и… хм… ниже.

– Ну вообще я больше люблю пушистых кошек. Но тебе идет!

– Люба, ты так постройнела, похорошела! Да ты теперь просто красавица! – раздался восторженный возглас от двери.

И нет, это был не хозяин. Это Амалия пришла проведать сына.

– Мне кажется, она всегда была красавицей. Но да, тебе идет это платье. – А вот это уже хозяин изволил зайти в гостиную, где мы обсуждали Любину обновку.

– Лю… Люцифер! – воскликнула Амалия, взглянув на сына. – Что с тобой?

– А что со мной? – удивленно ответил Лютик, разглядывая себя в зеркало. – Вроде все нормально.

– Но ты вырос! – пораженно выдохнула его мать.

– А, ну да, есть немного. Это все магия Любы.

– Магия? У нее есть магия?

И маг рассказал матери про эффект еды, которую готовит Люба.

– Ленни тоже изменился, – добавил он.

– Ты хотел сказать “Ленин”? – поправила она.

– Ну да, он самый, – не стал с ней спорить Лютик.

А Люба предложила всем отправиться в столовую и, наконец, пообедать. Хозяин с радостью поддержал эту идею, а вот Амалия засомневалась:

– А я не вырасту, как… Как он?

– Нет, мама, под воздействием магии жизни человек меняется только в том направлении, что заложено для него природой. Параметры улучшаются, а не укрупняются. Вот смотри, Люба сама ведь наоборот, похудела.

– Ну ладно, – согласилась Амалия. – Тогда идем обедать.

В столовой за столом уже сидел Ленни и с нетерпением ждал остальных.

Амалия вошла, скользнула по сыну взглядом, мельком поздоровавшись и уже начала садиться за стол, когда до нее вдруг дошло, кого она сейчас видит. Она бы села мимо стула, если бы ее не поддержал за локоть Лютик.

– Ленин! Это ты? Ты парик, что ли, нацепил? Зачем такой кудрявый-то?

– Ленин всегда живо-о-ой… – вдруг запела Люба, но заметив удивленные взгляды окружающих, замолкла.

– Мама, это не парик, это мои родные волосы. Настоящие, – объяснил Ленни.

Амалия не выдержала, подскочила со стула и кинулась к сыну. Она начала дергать его за волосы, внимательно разглядывать их.

– Когда был Ленин маленький, с кудрявой головой, он тоже бегал в валенках… – продолжила декламировать Люба.

– С кудрявой, но я бы не сказал, что такой уж он маленький, – хихикнул хозяин, поглядывая на пораженную изменениями в сыновьях, мать.

Ленни еле отбился от настойчивого внимания матери, заявив, что он голоден, как стая волков и хочет, наконец, поесть.

Женщина села за стол и семейство наконец принялось обедать.