Серебряннейший композитор,

Брат мой,

Какой неповторимою бравадой

Смыкается под строчками моими

Паническое пианино.

И плачем мы,

И светит воск с огарка

На профиль гениального сайгака,

И слышит подмосковные стаккато,

Тоска такая, тоска такая!

В этом коротком стихотворении Андрея Вознесенского талантливо запечатлен самобытный и яркий облик Микаэла Таривердиева, начиная от его внешности, заканчивая характером. Сайгак – животное из семейства антилоп, красивое, благородное и непокорное, с большим носом, действительно похожим на армянский нос Микаэла Таривердиева. А «неповторимая бравада» и «паническое пианино» напоминают две стороны его личности – детскую любопытную непосредственность и тонкую чувствительность, доходящую до ранимости.

Он был красивым и любил красоту. Умел одеваться с безупречным вкусом, выделяясь из своего окружения, словно лондонский денди, случайно заехавший на машине времени из девятнадцатого века. Умел быть галантным настолько, что женщины часто принимали эту галантность за ухаживание.

Был подтянутым и спортивным и действительно всю жизнь занимался спортом – в юности боксом, фехтованием, плаванием и верховой ездой, в зрелом возрасте водными лыжами и виндсерфингом.

Обожал технику – от фотоаппаратов до мотоциклов и автомобилей. Собрал у себя дома музыкальную студию такого высокого качества, что писал на ней музыку к фильмам.

Был доброжелательным к миру и к людям, его населяющим, но мог вести себя жестко и бескомпромиссно, если нарушались его принципы.

Воспитал сына-офицера, героя Афганской войны, что удивительно для утонченного музыканта.

Никогда не имел трудовой книжки, хотя работать начал с тринадцати лет (имеется в виду первый гонорар за балет, на который была куплена пижонская шляпа).

Был одним из очень немногих элитарных композиторов, сумевших создать искусство, понятное для масс. Познакомил эти массы с непростой поэзией Ахматовой, Цветаевой и многих других поэтов. Пытался сделать массовую культуру изысканной и преуспел в этой совершенно невыполнимой задаче. Почему именно у него это получилось? С одной стороны, он никогда не пытался подделаться под чужие вкусы, честно оставаясь самим собой. С другой – всегда думал о слушателе с уважением, как о равном собеседнике, и потому старался подавать свои идеи понятно и комфортно для восприятия.

Ощущение удивительного тепла и душевности – это то, что выделяет творчество Таривердиева среди многих композиторов, особенно среди его современников. ХХ век в академической музыке отмечен большим количеством деструктивных произведений. Они остались в истории, но не в сердце публики. А музыка Таривердиева дает слушателям уют, которого всегда не хватает, и люди тянутся к его таким простым и одновременно таким изысканным мелодиям. Поэтому можно надеяться, что его музыка не устареет и даже, наоборот, начнет восприниматься свежее и актуальнее через некоторое время, когда контекст советской эпохи окончательно утихнет. Потому что музыка Таривердиева также не привязана к конкретному времени или стилю, как и человек с его чувствами и эмоциями.