Это было нелегкое решение, но Морико все же оставила лошадей в степи. Хотя на лошади было бы быстрее, но девушка подозревала, что приближается к ответам, которые ищет, а лошадь привлекла бы внимание. Морико могла легко спрятаться в высокой степной траве. У Калдена и дозорных, которые на них наткнулись, она забрала много припасов – достаточно, чтобы продержаться несколько дней без охоты. Хотя Морико и не могла сказать почему, но она была уверена, что этот этап ее путешествия почти закончен и ее скитания подошли к концу.

Морико продолжила вслепую двигаться на запад, в том направлении, откуда прискакали двое дозорных. В ее сердце воцарился какой-то особый покой, которого не было раньше. Ничто не могло ей помешать.

После еще одного дня пути упорство Морико было вознаграждено. Она ощутила присутствие чего-то, что, как ей казалось, она никогда больше не ощутит. Девушка чувствовала город. Напряжение спало с ее плеч.

Ее измученному дару казалось, что кто-то развел огромный костер – и чем ближе она к нему подходила, тем больше он становился. То, что начиналось как яркая вспышка энергии, росло и росло, пока Морико не почувствовала, что ее дар переполняет ощущение огромного множества людей перед ней.

Равнины в этой местности отличались разнообразием. Они перекатывались, словно волны, застывшие во времени и превратившиеся в землю. Идти становилось все труднее, так как приходилось подниматься на холмы и спускаться обратно. Дальность обзора уменьшилась с бесконечных лиг до того, что находилось за соседним холмом. Ноги Морико, уставшие от долгой ходьбы, ныли каждый раз, когда она преодолевала очередной подъем.

Наконец она поняла, что при свете дня дальше идти нельзя. Морико чувствовала людей везде – на территории настолько широкой, насколько хватало дара, и поблизости часто проходили патрули. Такими же способностями, как у нее, тут, похоже, никто не обладал, но ночью, когда не нужно было постоянно прятаться, она могла бы добиться большего.

С наступлением темноты подкрасться к городу стало несложно. Хотя патрулей было много, трава была высокой, а территория, которую дозорным приходилось обходить, – огромной. Морико нашла возвышенность, с которой открывался вид на город. И когда она поднялась на нее, то даже потерла глаза – не могла поверить в то, что увидела. Долина длиной в лигу и шириной не менее лиги была усеяна людьми. По ней были разбросаны сотни, тысячи костров. Если бы Морико не угрожала опасность, она бы назвала это место красивым.

Но девушка смотрела не на город – это было самое большое скопление палаточных лагерей, которое она когда-либо видела. Там не было ни одной нормальной постройки. Нет, поправила она себя, одно все же было. Оно находилось примерно в центре лагеря. Это была небольшая приподнятая платформа, плоская и неприметная, но оратора на ней было бы видно всей долине.

Она просмотрела долину взад-вперед, впитывая всю информацию, какую только могла найти. Там были тысячи и тысячи людей, и Морико была уверена, что до ее ушей доносились голоса женщин и детей. По сути, это был город, только без постоянных зданий. По мере наблюдения Морико начала замечать закономерности. Она увидела, что «город» разделен на части, между отдельными лагерями пролегали четкие линии. Некоторые были больше других, некоторые – гораздо больше. По ее прикидкам, даже самый маленький лагерь насчитывал не менее сотни человек.

В темноте и на большой дистанции Морико не могла разглядеть никаких других деталей. Для дара тоже было далековато. На таком расстоянии все сливалось в один огромный поток энергии – слишком большой, чтобы она смогла разделить его на составляющие и проанализировать.

Морико обдумала возможные варианты действий. Она должна была спуститься к Собранию. Как бы больно ей ни было это признавать, ничего другого не оставалось. Она продвинулась дальше, чем другие разведчики, но по-прежнему не понимала, что происходит. Морико не знала, почему на них напали. В идеальном мире она бы денек отдохнула, но кто-то на этом Собрании знал, что Морико здесь. Она боялась, что он пошлет еще Охотников. Лучше ей сейчас быть в лагере.

Когда Морико спустилась к Собранию, луна уже вовсю гуляла по небу. Стража была расставлена так, что для того, чтобы пробраться вниз по склону, Морико потребовалось гораздо больше времени, чем она ожидала. Девушка приблизилась к лагерю, остановилась и стала наблюдать за происходящим внизу.

Большинство жилищ, похоже, были сделаны из ткани и кожи, обернутых вокруг рам различной формы. Некоторые были более коническими, а другие – более сферическими. Морико прикинула, что в маленьких палатках могут разместиться четыре-пять человек, а в больших – от двадцати до тридцати. Судя по тому, сколько людей входило и выходило из каждого шатра, каждый служил самым разнообразным целям. Из дверей выходили женщины, дети и воины.

Представшее ей зрелище казалось праздничным. Женщины говорили друг с другом на языках, которых Морико не знала, а дети весело играли. Сначала Морико подумала, что здесь мало заботятся о безопасности, но, присмотревшись внимательнее, она убедилась, что ее предположение оказалось неверным.

В первую очередь она обратила внимание на детей. Хотя на первый взгляд было похоже, что им предоставлена свобода действий и они могут играть где им вздумается, это было не так. Дети спорили друг с другом о том, где им играть, и, хотя она не могла понять слов, по языку их тела легко было догадаться: им разрешалось играть только на определенном расстоянии от лагеря. Они боялись, что их матери узнают, если они уйдут слишком далеко. Морико чуть не рассмеялась, увидев, как один юноша поддался уговорам друзей и покинул отведенное ему место. Прошло совсем немного времени, прежде чем его поймали и привели за ухо обратно в лагерь.

Казалось, что палатки стоят бессистемно, но это тоже было не так. В их расположении были определенные закономерности, и Морико могла догадаться о смысле некоторых из них. Например, некоторые были расставлены так, чтобы защищать центральный шатер, другие – чтобы создать пространства общего пользования или места, где можно уединиться. Хотя Собрание было огромным, Морико видела, что в этом гигантском лагере живут сотни небольших племен. Она даже решила, что может сделать несколько не лишенных смысла предположений относительно каждого из них – нужно просто получше рассмотреть палатки и сами лагеря.

Все это было интересно, но не давало ответов, которые Морико искала. Она надеялась спрятаться в толпе, но, увидев как организованы племена, поняла, что это невозможно. Немногие перемещались от лагеря к лагерю. И куда бы она ни попала, в ней сразу же опознали бы чужака. Морико поняла: если она хочет подобраться к Собранию поближе, ей придется снова попасть в плен. Она изучала лагеря, расположенные поблизости, размышляя, какой из них будет лучше.

Взгляд Морико остановился на одном из больших лагерей по периметру Собрания. Люди там выглядели веселыми, все было хорошо организовано. Признаков неблагополучия, которые она заметила в других общинах, здесь видно не было. Казалось, это племя жило не хуже прочих. Она подкралась так близко, как только могла, а когда прятаться уже было бесполезно, встала и вошла в лагерь.

Морико не потребовалось много времени, чтобы привлечь к себе внимание. Как только она появилась в лагере, ее заметили дети, играющие среди палаток. Их крики привлекли внимание матерей, которые тоже закричали от удивления. Морико спокойно шла вперед, высоко подняв руки. Первым воином, оказавшимся у нее на пути, был юноша, едва достигший зрелости. В его взгляде светилась какая-то неестественная горячность – он не стал задавать Морико вопросов, а сразу бросился вперед с мечом. Девушка заметила, что клинок у него в руках короткий – даже короче, чем у Охотников, с которыми она столкнулась в лесу. Это был скорее длинный нож, чем меч.

Этот юноша не был Охотником. Все его шаги были для Морико очевидны – она легко отбила лезвие и ударила его ладонью по лицу. Она не хотела нажить себе врагов, но и не собиралась позволять кому-то нападать на себя. Нос юнца сломался с приятным хрустом, и тот упал на землю в слезах. Морико снова подняла руки и с жалостью посмотрела на юношу. Мальчик, вероятно, надеялся, что так у него появится история, которой он мог бы впечатлять девушек. А она разрушила его мечту – учитывая новую форму его носа, по крайней мере на какое-то время.

Рядом были еще двое парнишек помладше – они действовали так же неосторожно. Они увидели своего товарища на земле, и Морико поняла: они тоже примут неверное решение. Они не были вооружены, но все равно бросились на нее. Через несколько мгновений каждый из них, задыхаясь, валялся рядом со своим другом.

Тут к ней подошла группа опытных воинов. Морико не двигалась с тех пор, как уложила на землю юнцов. Она расчистила место вокруг себя, но решила, что разумнее всего будет не пробираться дальше в лагерь, пока не поговорит с кем-нибудь. Воины, расталкивая женщин и детей с дороги, подошли к Морико. Их предводитель больше походил на медведя и был по крайней мере на две головы выше Морико. Он оглядел последствия устроенного Морико показательного боя и рассмеялся. Мужчина сказал что-то на азарийском, но девушка лишь пожала плечами.

– Я не говорю на вашем языке.

Мужчина удивился, но быстро взял себя в руки.

– Похоже, вы преподали урок здешним юнцам. Я благодарю вас.

Морико кивнула, но мужчина продолжал:

– Однако со мной у вас подобный номер не пройдет. – Он направился к ней, держа клинок наготове.

Морико не хотела продолжать бой, но, похоже, у нее не было выбора. Больше всего на свете она не хотела доставать из ножен свой клинок. В ее понимании, когда дело касалось кулаков и драки, все было в порядке, но если ты доставал клинок, то лишь затем, чтобы кого-то убить. Ее противник был хорош. Очень хорош. Морико пришлось отступать, а мужчина не давал ей шансов продвинуться в атаках, которыми она могла бы воспользоваться без меча. Если бы она выхватила клинок, бой был бы окончен в мгновение ока, но она не собиралась делать этого. Она не хотела рисковать.

Клинок азарийца все приближался, и тут Морико переключилась между мирами. Она никогда раньше не испытывала подобных ощущений, но сразу осознала, в чем дело. Когда это случилось, ей все стало понятно: что именно произошло и как вновь переключиться, если понадобится. Клинок, который секунду назад представлял большую опасность, стал почти игрушечным. Пробелы в обороне соперника найти было так же легко, как гору на равнине. Ее движения были плавными и контролируемыми, и она нанесла серию ударов, которые оглушили противника.

Мужчина попятился, и мир Морико вернулся в нормальное состояние. Она рассматривала свою руку, словно видела ее впервые. Так вот что испытывал Рю. Мир становился таким четким, таким ясным. Морико понравились эти ощущения – эта сила.

Однако противник еще не закончил. Гигант перевел дыхание и двинулся вперед, на этот раз все его движения были осторожными и взвешенными. Морико не видела прорех в его обороне, но затем вдруг заставила себя вновь переключиться – и они появились, ясные как день. Девушка позволила вернуться нормальному восприятию, и они исчезли. Ее противник почти достал ее, но Морико вновь переключилась и принялась наносить мощные удары, один за другим.

Мужчина защищался с невероятным упорством. На него сыпались удар за ударом, пинок за пинком, но он все равно продолжал наступать. Наконец мужчина предпринял последнюю отчаянную попытку ранить ее. Он был абсолютно выбит из колеи – такого в бою с ним никогда не случалось. Морико отпрыгнула в сторону и нанесла с разворота мощный удар по лицу. Мужчина упал навзничь в грязь. Он попытался подняться, но не смог, и в конце концов он сдался и остался сидеть.

Морико вернулась к своему обычному восприятию и с удивлением обнаружила, что мужчина смеялся, хотя по его лицу стекала кровь.

– Никогда не думал, что доживу до того дня, когда меня одолеет женщина. По крайней мере, не в честном бою. Скажи мне, как тебя зовут?

– Морико.

– Морико. Странное имя. Но ты поразительно сильна.

Он перестал смеяться и медленно поднялся на ноги, его лицо стало невероятно спокойным.

– Итак, Морико, кто ты?

Мысли Морико неслись вскачь. Она не успела продумать свой план.

– Я здесь в качестве посланника. Мне нужно поговорить с вашими вождями.

Мужчина внимательно осмотрел ее.

– Странный из тебя посланник, но, полагаю, в такие странные времена это нормально.

Он помолчал, обдумывая, что делать дальше.

– Что ж, хорошо. Согласишься ли ты, чтобы тебя связали?

Морико эта идея не понравилась.

– Я посланник лорда. Даю слово, что, пока нахожусь в лагере, я никого не трону. Если только на меня не нападут.

Мужчина снова рассмеялся. Похоже, он был из тех, кто находит радость в любой мелочи, которую предлагает жизнь.

– Ты смелая девушка. Если бы я встретил тебя, когда был помоложе, то взял бы в жены. Ты мне нравишься.

Он выкрикнул приказ на азарийском, и все кругом пришло в движение. Морико была поражена тем, как быстро лагерь вернулся в прежнее, нормальное состояние. Когда все закончилось, даже дети вернулись к играм.

– Хорошо, я отведу тебя к главе клана. Он решит твою судьбу.

Морико кивнула. Ей казалось, что пока все идет так, как она задумывала.

– Спасибо.

И мужчина повел ее вглубь лагеря. План Морико сработал. Теперь она была в плену у азарийцев.

До шатра вождя, который Морико отметила еще раньше, было недалеко. Его окружали палатки, принадлежавшие членам клана. Она обратила все свои чувства и дар на то, что происходило вокруг. Любая мелочь могла оказаться полезной в поиске ключа к загадке азарийцев.

Похоже, Собрание был временем всеобщего веселья. Женщины ходили от клана к клану, чтобы поболтать друг с другом, и хотя Морико не могла понять, о чем они говорят, но женщины, обменивающиеся новостями и сплетнями, всегда звучали одинаково, независимо от того, на каком языке говорили. Дети бегали под ногами – они остерегались мужчин, но в остальном были беззаботны.

Морико решила, что Собрание – это прежде всего время мира, хотя предполагала, что в любом сообществе такого размера будут межплеменные распри. Для нее было удивительно, что такое большое количество людей вообще может существовать в одном месте. Надо будет спросить, как долго длится мероприятие. Глядя на повседневную жизнь азарийцев, Морико улыбалась. Если бы не палатки и не внешний вид людей, она могла бы подумать, что оказалась в каком-нибудь городе Южного королевства.

Шатер, к которому ее привели, был больше всех остальных и ярче украшен. Большинство палаток были сделаны из чего-то похожего на необработанную кожу, но на этом красными чернилами и мелом нарисовали затейливые рисунки. В шатер Морико вошла в сопровождении мужчины, с которым недавно сражалась. Он немного отмыл лицо, но все равно было видно, что он только что дрался. Он не стыдился этого, хотя и проиграл.

Как только они вошли в палатку, Морико заметила пожилого мужчину. Он видел, наверное, пятьдесят циклов. Несмотря на возраст, он все еще был в прекрасной физической форме. Мужчина двигался легко, а его глаза были яркими. Он вызывал уважение, и Морико не сомневалась, что встретилась лицом к лицу с вождем этого клана. Мужчина, с которым она сражалась, быстро заговорил по-азарийски. Морико не могла ничего разобрать. Она надеялась, что сможет понять хотя бы отдельные слова, но слышала только тарабарщину. Девушка не могла догадаться, спорят они или просто разговаривают, поэтому стояла молча, готовая ко всему, что произойдет дальше.

Вскоре, похоже, все вопросы были улажены, и мужчина, который привел Морико в палатку, ушел, оставив ее наедине с главой клана. Морико была слегка удивлена. При ней все еще был меч, и ушедший знал, что она умеет им пользоваться. Она подумала, что он, должно быть, принял ее обещание за чистую монету. Интересно. Она вспомнила Калдена, который тоже поверил ее клятве, и постаралась не обращать внимания на укол сожаления.

Глава клана оглядел ее с ног до головы, и Морико постаралась выдержать это с достоинством. Ей впервые представился шанс узнать что-то полезное и вернуться в Три Королевства. Она и так пробыла здесь гораздо дольше, чем предполагала. Хорошо, если она успеет вернуться до того, как опадут листья.

– Меня зовут Дорджи. Я приветствую тебя, Морико. – Мужчина не улыбался, и Морико про себя вздохнула. Возможно, не стоило ждать теплого приема.

– Спасибо, Дорджи.

– Ты устроила Лобсангу неплохую взбучку, и тебе, кажется, есть что мне поведать. Это правда?

Морико восхитилась наивностью этого человека и подумала: если она солжет, поверит ли он ей сразу?

– Это правда. Я прибыла из северных королевств, чтобы поговорить с вашим вождем.

Он приподнял бровь.

– Ты стоишь перед лидером Собрания.

Морико некоторое время изучала Дорджи. Она еще не сталкивалась с двуличием азарийцев, но это не означало, что его не существует. Девушка не поверила ему, но задумалась, стоит ли обвинить его во лжи. Возможно, это будет грубо, но азарийцы, похоже, ценили честность.

– Нет, это не так.

На мгновение между ней и Дорджи повисла тишина. По его лицу Морико поняла, что сделала правильный выбор, разоблачив его ложь.

– Конечно, ты права. Но что за послание ты принесла?

– Мне очень жаль, но это послание предназначено только для главы кланов.

– Но если твое послание окажется неприятным, мой народ может пострадать. Конечно, ты можешь поступить благоразумно.

– Из-за моего послания ваш народ не пострадает.

– Ты не можешь этого обещать.

– Нет, но мое послание – о дружественных намерениях.

Мысли Морико метались. Она понятия не имела, что это за «послание», но надеялась, что лорд Акира прикроет ее. Когда придет время, она с этим разберется.

Дорджи замолчал и задумался. Морико почти видела, как в голове его проносятся мысли. Она предположила, что, приведи он ее прямо к главе Собрания – кем бы тот ни был, – это будет чем-то вроде переворота. Ее подозрения оказались верными.

– Хорошо. Я отведу тебя к нашему владыке, хотя должен предупредить, что это, скорее всего, будет стоить тебе жизни.

Морико кивнула. Она оказалась в ловушке событий, которые не могла контролировать. Все, что она могла сделать, – это держаться и не терять самообладания. Рю впал бы в ярость, узнав, что она пришла прямо на Собрание и попросила аудиенции у их лидера. Но ей было все равно. Это был самый быстрый путь к цели, и впервые она получила четкое представление о том, на что способна.

– Ты проведешь некоторое время в лагере с моими людьми, – продолжал Дорджи. – Они расскажут тебе все, что тебе нужно знать. Возможно, это займет несколько дней, но я найду способ устроить тебе аудиенцию. А пока: даешь ли ты слово, что не будешь тут шпионить или причинять вред моему клану?

Морико на мгновение задумалась. Похоже, в этом племени крайне ценили честность.

– Я даю слово, что, пока я здесь, не причиню вреда вашему народу и буду следовать любым указаниям, которые мне дадут, если они не будут угрожать мне или моей миссии.

– Хорошо. Я поговорю с тобой, как смогу.

Морико кивнула и вышла из палатки.

Лобсанг терпеливо ждал ее. Морико окружали тысячи азарийцев, и она надеялась, что знает, что делает. Одна ошибка сейчас могла стоить ей жизни.