Я услышала крик.

Я сидела за обеденным столом, за которым обычно ужинала моя семья, и листала мамины книги о травах и специях, как вдруг услышала шум с улицы. Я подошла к окну и отдернула занавеску: возле соседнего дома стояли королевские солдаты. Они вытащили Анжелу на улицу и связали веревками запястья.

– Что происходит…?

Слегка отодвинув занавеску в сторону, я всмотрелась в темноту и увидела остальных, которые стояли рядом со стражей со связанными за спиной руками. С ними обращались как с пленниками. Я подошла к другому окну, ближе к месту действия, и приоткрыла занавески.

– Почему они нас забирают? – кричала Анжела швее Дорис.

– Они собираются принести нас в жертву Кингснейку, чтобы вампиры ушли.

Кровь отхлынула от моего лица, Анжела тоже побледнела. Все отобранные пленники были здоровы, и я знала это, потому что заботилась обо всех больных и умирающих. Вампиры отчаянно нуждались в еде и выдвинули свои требования, зная, что Рейвентауэр слишком слаб, чтобы противостоять их господству. Даже в лучшие времена Кингснейк и его армия были для нас слишком сильны, и битва все равно закончилась бы жертвоприношением.

Стражник направился к моей двери.

– Нет…

Я опустила шторы, вылила ведро воды на открытый огонь в камине и пошла в другую комнату. Мой рюкзак был в кладовке, и я быстро начала набивать его припасами.

Тук. Тук. Тук.

– Король Элиас просит вашего присутствия.

Я остановилась. Болезненная правда кирпичом ударила меня по голове. Кингснейк попросил для еды здоровых, и король Элиас почему-то предложил меня. Он мог бы исключить меня из списка, но не сделал этого.

Мне хотелось заплакать, но на это не было времени. Единственной эмоцией, которую могло выдержать мое сердце, была ярость, и я использовала ее, чтобы заставить себя действовать и закончить сборы.

Тук. Тук. Тук.

– Откройте дверь, именем короля.

Я перекинула рюкзак через плечо, вложила кинжал в ножны за поясом и схватила меч, лежащий в углу. Я никогда не служила в армии, но каждый студент в Рейвентауэре прошел военную подготовку – и мужчины, и женщины, на тот случай, если нам придется вступить в бой, который потребует от каждого трудоспособного человека взять в руки оружие. Мне легче других давалось фехтование на мечах, но женщин не брали в армию, за исключением тяжелых обстоятельств, так что в итоге я стала горничной в замке – очень спокойная работа.

Единственным волнующим моментом было времяпрепровождение в постели королевского сына.

Я вышла через заднюю дверь и побежала по переулку. С рюкзаком за спиной я направилась к южным воротам, зная, что Кингснейк и его армия должны были пройти через северные. Дойдя до главной дороги, я перебежала ее, чтобы меня не заметили, а затем исчезла в другом лабиринте переулков между домов.

Я обошла дома и приблизилась к южным воротам, но не раньше, чем почувствовала это.

Сила.

Это был единственный способ описать ощущение. Жизнь, которая сильнее других. Создание, способное распространять свою силу в необъятных масштабах. Осязаемое, твердое, как металл, и холодное, как сталь. Существа были сложными, поэтому иногда одновременно возникало несколько эмоций, и это вызывало множество ощущений, которые было трудно интерпретировать. Но это… я никогда не чувствовала ничего подобного.

Я посмотрела в сторону замка и увидела множество теней там, где король и королева встретились с Кингснейком и его армией. Факелы отбрасывали смутные тени, но они были слишком далеко, чтобы их можно было различить.

Затем я увидела, как охранники маршируют к замку, ведя за собой восемь пленных. Они доберутся до короля и сообщат ему, что меня не удалось найти. Они поймут, что я сбежала до того, как меня получилось поймать, и откроют охоту.

Я помчалась к южным воротам, не оглядываясь.

* * *

Зрение вампиров было гораздо лучше моего, поэтому вместо того, чтобы пойти по пути в соседнее королевство Кроусвелл, я направилась в сторону гор. Я надеялась, что неровная местность и густые сосновые и дубовые рощи защитят меня от деревни, где я родилась и выросла.

Я знала, что бежать в темноте туда, где я никогда раньше не была, – опасное решение, но это все еще лучше, чем быть съеденной злобным клыкастым существом. Даже если я успешно уйду от преследования, мне придется прятаться в пустыне достаточно долго, а затем искать новое место для жизни. Мне придется начать все сначала, не имея ничего, кроме вещей, которые я положила в свой рюкзак.

Я отправилась дальше, вверх по горе, практически вслепую, если не считать лунного света, отражавшегося от травинок. Он был моим спасителем, но и проклятием, ведь этот свет улучшал зрение вампиров.

Я знала, что в горных перевалах обитали существа, которые просто предпочли бы прятаться в своих пещерах и оставить людей в покое, поскольку их численность и так сократилась после былых сражений. Но они по-прежнему блуждали во тьме, по-прежнему уносили жизни тех, кто имел глупость подойти слишком близко к их горе. Это место было последним, куда направился бы беглец вроде меня, а это означало, что и они не могли прийти сюда.

Я поднималась по склону горы до тех пор, пока не почувствовала, что не могу идти дальше. Тогда я рухнула на землю и попыталась отдышаться. Вдалеке виднелись огни Рейвентауэра, похожие на мерцающие звезды в долине. Опустив взгляд вниз, на холмистую тропу, по которой шла, я ничего не увидела. Ни одного факела. Никаких признаков преследования.

Возможно, они пошли на запад. Или, может быть, меня вообще не стоило искать.

Мужчина, который хотел жениться на мне, женился на другой, а затем продал меня врагу. Я никогда еще не чувствовала такой ненависти в своих жилах. Не только по отношению к нему, но и по отношению к себе.

Как я могла быть такой глупой?

Как я могла отдать свое сердце кому-то столь недостойному?

Я отпила немного из фляги и почувствовала, как начинает подкрадываться холод. Адреналин поддерживал тепло в теле, пока я заставляла себя тело подниматься по склону этой горы выше, но теперь, когда я не двигалась, я ощутила ледяной укол.

И было, черт возьми, реально холодно. Я знала, что выше по горе лежит снег, но все же я была достаточно близко, чтобы почувствовать онемение, распространяющееся по моим конечностям. В спешке я не подумала схватить более теплую одежду, поэтому не была готова противостоять непогоде, не говоря уже о темноте.

Но это все равно лучше, чем быть съеденной вампиром.

* * *

Костер был бы настоящим спасением, но он также выступил бы и ярким маяком, указывающим мое местонахождение. И днем, и ночью любой мог его увидеть. Я дрожала всю ночь, прижав колени к груди и прислонившись спиной к могучему дубу, чтобы хоть немного защититься от завывающего ветра.

– Ты заблудилась?

Услышав голос, я вскочила на ноги, чуть не упав.

– Черт!

Моя рука автоматически потянулась к мечу, и я вытащила его из ножен. Мое сердце, мгновение назад спокойное, забилось чаще, а руки дрожали. Я была жутко напугана, что кто-то вот так легко подкрался ко мне.

Это был мужчина примерно моего возраста, с длинными каштановыми волосами и светло-карими глазами. Он был одет так же, как и я, в одни только штаны и тунику – неподходящая одежда для исследования склона горы в разгар зимы.

И это меня насторожило.

Он немного поднял руки.

– Не хотел тебя напугать.

– Что ты делаешь здесь посреди ночи?

– Я живу здесь.

– У тебя дом на склоне горы? Вдали от королевств? Рядом со входами в пещеры?

– Меня не прельщает подчинение королю. Предпочитаю жить и умереть по своим правилам.

Его руки все еще были подняты, и он взглянул на мой меч:

– Уберешь?

– Не уверена.

Он опустил руки и отступил назад.

– Тогда мерзни.

Он развернулся и зашагал прочь, и тьма быстро поглотила его фигуру.

– Подожди.

Холод заставил меня отчаянно нуждаться в передышке. Прошло всего несколько часов, а я уже почувствовала, насколько сухими стали мои губы. Я вложила меч в ножны.

– Прошу прощения за мою грубость. Ты просто застал меня врасплох.

Я услышала хруст ветки и поняла, что он возвращается, но пока не могла его разглядеть.

– Так ты хочешь присоединиться ко мне?

– Да. Большое спасибо.

Он подошел ближе и, как только вышел из темноты, то сделался другим.

Теперь он казался меньшей мере, на фут выше.

Покрылся мехом.

И обнажил клыки.

Тихое рычание вырвалось из его открытой пасти. Зверь стоял на задних лапах, а его слюна капала с переливающихся клыков, отражающих лунный свет.

– Как ты это сделал…?

Оборотни обращались в полнолуние, а он добровольно превратился из человека в зверя. Вероятно, это был глупый вопрос в нынешних обстоятельствах, но я должна была понять, как ему удалось меня обмануть.

– Теперь ты знаешь, что сказки – это ложь.

Он сделал выпад, и его огромное тело начало двигаться со скоростью, противоречащей его размерам.

Мне удалось увернуться только потому, что я подпрыгнула и упала. Мое тело автоматически откатилось в сторону, и несколько дюймов расстояния спасли меня от его когтей.

Его тяжелое тело врезалось в сосну и сломало ее.

– Вот черт.

Я поднялась на ноги и снова обнажила меч, который был зубочисткой против этого зверя.

Оборотню потребовалось некоторое время, чтобы подняться, ведь он ударился о дерево сильнее, чем ожидал. Я могла бы убежать, но понимала, что это бессмысленно, поскольку невозможно сравниться с его скоростью. Я все еще держала меч в руках и готовилась ударить его, хотя знала, что и это безнадежно.

Я сделала свой выбор – стать закуской для оборотня, а не вампира.

Зверь издал могучий рев и ударил своими огромными лапами по земле.

Я готова была поклясться, что земля действительно задрожала.

Он снова бросился на меня, и все, что я могла сделать, это отпрыгнуть в сторону и ударить мечом.

Мне повезло во второй раз, и мой меч теперь пролил кровь.

Он замахнулся на меня лапой и ударил так сильно, что я полетела через поляну.

Я приземлилась у корней дерева, и мир на мгновение закружился.

Вставай. Вставай. Давай, Лариса.

Я вновь потянулась к мечу, который приземлился в нескольких футах от меня. А потом я услышала крик раненого зверя, и мои пальцы сжались на рукоятке. Я обернулась и увидела, что оборотень сражается с новым врагом.

Меч сверкал, вращаясь в воздухе и разрезая плоть, прежде чем снова развернуться и поразить другую часть тела. Мечник обладал скоростью оборотня и сражался со своим противником с ловкостью, которой я никогда не видела.

Оборотень попытался убежать, но мужчина не отпустил его.

Он метнул меч прямо в затылок и в конечном счете пронзил череп зверя.

Его тело обмякло.

Я не могла поверить в то, что только что увидела.

Мужчина остановился, глядя на труп, а затем подошел к телу, чтобы забрать меч из раны в черепе оборотня. Ему пришлось сильно потянуть, чтобы освободить клинок, а затем он вытер кровь о шерсть животного.

Наконец он обратил свое внимание на меня и подошел ближе.

Я увидела его черные доспехи с выгравированными змеями. За спиной у него висел плащ, тоже черный, но окаймленный красным. Светлая, как снег, кожа, змеиные узкие глаза и линия подбородка – настолько острая, что могла бы соперничать с его мечом. Симпатичное лицо, которое навсегда останется бесконечно красивым. Он посмотрел на меня с пустым выражением лица.

– Вставай.

Кингснейк. Я вскочила на ноги и бросилась бежать, оставив сумку. Даже мой меч. Это было глупое решение, ведь невозможно убежать от вампира, но лучше умереть в бою, чем слабо подчиниться.

Что-то попало мне под ноги, и я упала.

Я рухнула на землю и попыталась встать на ноги, но мои лодыжки были связаны. Я дернула ногой, но натяжение стало только сильнее. Каждый раз, пытаясь пошевелиться, я находила для этого все меньше возможностей. Потом я почувствовала, как веревка затянулась вокруг моих бедер, а затем и туловища. Сама. Какая-то магия.

Х-с-с-с-с-с-с.

Услышав звук, я поняла: это вовсе не магия.

Гигантский змей обвил меня своим мощным телом, прижал к земле и теперь пристально смотрел на меня своими желтыми глазами. Его язык появлялся каждые несколько секунд в дюйме от моего лица.

Я потянулась за кинжалом на поясе.

– На твоем месте я бы этого не делал.

Змей раскрыл пасть и обнажил большие клыки, готовый убить меня своим ядом в тот момент, когда мой кинжал пронзит его чешую.

Х-с-с-с-с-с-с.

– Небольшая капля яда парализует тебя. Яд будет распространяться, и как только он достигнет твоего сердца, тебя ждет ужасная смерть, которая заставит корчиться от боли – только ты уже не сможешь пошевелиться.

Х-с-с-с-с-с-с.

Я отбросила кинжал в сторону. Змей закрыл пасть и спрятал клыки.

– Правильный выбор.

Кингснейк появился надо мной. Его плащ развевался на ветру, а взгляд суженных глаз остановился на моем лице.

Пламя, залитое спиртом. Ярость более мощная, чем завывания ветров, проносившихся по замерзшим землям. Злость. Первозданный, необузданный гнев.

– Ты можешь идти? Или Клык понесет тебя?

Мой взгляд переместился на змея.

– Имя тебе подходит…

Х-с-с-с-с-с-с.

Кингснейк сделал легкий жест руками.

Змей отпустил меня, и я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью.

– Вставай.

Он повернулся, и его большой змей заскользил по траве, следуя за ним.

Он оставил меня на месте, и я могла снова побежать, но теперь мы оба знали, что это бессмысленно. Я поднялась на ноги и последовала за ним, по пути подхватив упавшие рюкзак и меч. Я просто шла и ничего не могла сделать, чтобы причинить ему боль.

Но он недооценивал меня.

На нем не было шлема, поэтому его шея была открыта. Если бы я взмахнула мечом достаточно сильно, я могла бы отрубить ему голову и убить этого древнего вампира, который слишком долго мучил наше королевство.

Я сделала свой ход, неожиданно и со всей силы взмахнув мечом.

Но, словно у этого урода были глаза на затылке, он развернулся и встретил мой клинок своей черной сталью.

Раскаленная добела ярость. Ярость более палящая, чем самая горячая кузница. Жажда насилия.

Он ударил по моему мечу и оттолкнул меня. Он просто был сильнее, а ярость горела на его красивом лице.

Я отшатнулась, впервые испугавшись.

– Я выпотрошил оборотня несколькими ударами меча. Неужели ты думаешь, что сможешь сравниться со мной?

Он сильно толкнул меня, а затем вложил клинок в ножны.

Я упала и приземлилась на задницу.

– Ты думаешь, что сможешь взять меня в плен, а я просто подчинюсь?

– Да.

Х-с-с-с-с-с-с.

Его гигантский змей сидел рядом с ним, а его желтые глаза были сосредоточены на мне.

– Тогда это будет долгое путешествие.

Его суженные зрачки не выражали эмоций. Он повалил женщину на землю и убил оборотня, но это был всего лишь еще один ничем не примечательный день.

– Я советую тебе беречь силы.

– Ты предлагаешь мне прекратить драться.

Он уставился на меня.

– Этого никогда не произойдет. – Я заставила себя подняться на ноги. – Если ты думаешь, что я лишь заноза в заднице, ты жестоко об этом пожалеешь.

– Никогда не встречал женщину, которая бы так гордилась собой.

Он развернулся ко мне мускулистой спиной, затем продолжил спускаться с холма вместе со своим любимым змеем. Его плащ развевался на ветру.

Я подумывала о том, чтобы снова сбежать.

Он остановился, но в этот раз не обернулся.

– Ты бы предпочла, чтобы я высасывал твою кровь, пока ты не станешь слишком слабой, чтобы сражаться?

Все внутри застыло, когда я представила, как его клыки впиваются в кожу. Укус вампира… был бы хуже смерти. Я ненавидела их вид, ни живых, ни мертвых – тех ужасных существ, которые загоняли нас в загон, как овец, сколько я себя помню.

– Тогда пошевеливайся.

* * *

В кромешной тьме мы подошли к подножию горы. Я не могла видеть перед собой дальше нескольких футов, а он двигался так, будто был полдень. Споткнувшись несколько раз, я шла за ним. Змей исчез, скользнув в траву где-то в другом месте. Когда мы спустились вниз, я ожидала увидеть его армию и пленных, но сейчас мы были одни.

– Где же твоя армия?

– На обратном пути в Грейсон.

Он подошел к своей лошади, которая была привязана к ветке дерева.

– Ты лично пришел за мной?

Он мог бы послать за мной небольшую группу солдат. Именно так поступил бы Элиас.

Он сел на черную, как ночь, лошадь с идеально причесанной гривой и мускулистыми боками.

– Народ не служит своему королю. Король служит своему народу.

Он протянул руку, чтобы посадить меня в седло.

Я колебалась.

– А что насчет змея? Сможет ли он уютно расположиться между нами?

Я всегда ненавидела змей, с тех пор как была маленькой. День, проведенный в полях, однажды закончился укусом. Но это была безобидная змея, и мне удалось уйти без яда в венах.

– Его зовут Клык, и тебе не нужно его бояться.

– Верно… – Я взглянула на змея, его голова возвышалась над травой, так что его все равно можно было принять за ветку в темноте. – Он кажется безобидным…

В нетерпении вампир схватил меня за запястье и заставил сесть на лошадь.

Сидя позади него в седле, я не знала, что делать с руками, потому что меньше всего мне хотелось прикасаться к нему.

Он не стал ждать, пока я схвачусь, пнул лошадь и поскакал на бешеной скорости.

Я начала соскальзывать назад, поэтому сразу же схватилась за него и только благодаря этому удержалась. У меня было такое ощущение, будто мои ладони коснулись горы, настолько твердым было его тело. Его талия не была мягкой, как, например, моя. Он был ровным и крепким.

Он разогнулся лошадь до предела и помчался через равнины на север. Мы ехали так быстро, будто кто-то преследовал нас по пятам. Когда мы миновали Рейвентауэр и прискакали к холмам, отделявшим людей от вампиров, в небе уже забрезжил дневной свет. Добравшись до леса, он остановил лошадь.

Этот лес называли Мертвым, потому что он считался территорией вампиров, но вампиры были не самыми ужасными из существ, что жили там. Ветви кишели темными сущностями. Если провести через лес армию, можно потерять половину солдат еще до того, как они войдут в него. Если монстры не доберутся до них первыми, то их убьют неожиданные зыбучие пески, ядовитые фрукты или коварные ямы.

– Мы здесь не на привал случайно остановились? – я изо всех сил старалась сохранить голос сильным, но страх уже сквозил в моем тоне.

Он слез с лошади, не дожидаясь, пока я слезу первой, – перекинул ногу через шею животного и спрыгнул с другой стороны. Змей появился мгновением позже, прорезав траву, забрался на дерево и устроился на одной из веток. Конец его длинного тела свесился вниз, и он положил голову на ветку, тут же закрыв глаза.

Я осталась в седле, потому что меньше всего мне хотелось спать в этом лесу. Никогда не думала, что предпочту королевство вампиров другому приюту.

– Наконец-то рассвело. Мы бы могли продолжить путь.

Он проигнорировал меня, снял вьюк с лошади и бросил его на землю.

Как я могла быть такой глупой?

– Верно… вампиры ведь ненавидят дневной свет.

– Слезай с лошади.

Он говорил со мной так, будто я была одним из его солдат, но в его тоне не было раздражения. Он почти не глядел на меня, а всякий раз, когда смотрел, его узкие зрачки были полны ярости.

Я слезла с лошади и позволила своим ботинкам зарыться в землю.

Он вытащил веревку из сумки и подошел ко мне.

– Стоп, что ты делаешь?

Я попятилась, сохраняя дистанцию между нами.

– Мне нужен отдых.

– Тогда отдохни.

Я посмотрела на веревку в его руках.

– Ты думаешь, что я усну после того, как ты дважды попыталась меня убить?

– Ты знаешь, где мы находимся, да? Эти леса опасны…

– Для вашего рода. Не для моего.

Он схватил меня за плечо и с силой, которой я не смогла противостоять, с резким натяжением затянул веревку на моих запястьях.

Я сопротивлялась изо всех сил, но это было похоже на борьбу с приливной волной. Я уперлась руками в его живот, а затем стукнула его по голове:

– Ты чертов…

– Довольно.

Он схватил меня за шею и швырнул в грязь. Сила была такой, что мне показалось, будто на меня упало дерево. Его пальцы впились в мою кожу, словно он хотел меня задушить. Он сжимал все туже и туже, но, сдержав себя, не стал окончательно перекрывать мне подачу воздуха. Но я чувствовала его желание покончить со мной, чувствовала, как он хотел свернуть мне шею и заставить мои глаза потускнеть.

Языки пламени были такими горячими, что переливались черным. Они опаляли землю, опаляли все, кроме него. Неописуемая ярость.

Меня пощадили лишь потому, что он нуждался во мне, только это заставило его пальцы отпустить мою шею.

Схватив конец веревки, он встал, а затем потащил меня по земле, пока не закрепил веревку вокруг ствола дерева. Мой рюкзак и вещи остались возле лошади, а я не могла пошевелиться, но, даже если бы и могла, защищаться было нечем.

– Послушай, я обещаю, что не буду пытаться убить тебя, если ты меня развяжешь.

Он прикрепил свое оружие к лошади, а затем перешел к скатке, которую разложил на земле. Змей на ветке над ним уже спал мертвым сном. Казалось, никто из них меня не услышал.

– Это варварство.

Он заложил руки за голову и закрыл глаза.

– А что, если кто-то нападет на меня?

Он ответил с закрытыми глазами:

– Ничто не нападет на тебя, пока я здесь.

Я прислонилась к стволу дерева, уставшая от полуночного побега, но слишком нервная, чтобы закрыть глаза. Некоторые деревья были покрыты густой листвой, и листья их были малиново-красными и оранжевыми, будто застрявшими в вечной осени. Другие засохли и умерли, но не из-за холодной зимы. Горы вдалеке были покрыты снегом, и я боялась, что нам придется вскоре идти по этой коварной местности. Я едва смогла пережить эту ночь на склоне горы. И не была уверена, что выживу в более суровых условиях.

В какой-то момент я все-таки задремала… заснула в тени могучего дерева.

* * *

– Вставай.

Я вздрогнула, когда почувствовала, как меня пнули ботинком.

Были сумерки. Солнце стояло низко в небе, свет проникал сквозь деревья и создавал драматичные тени. Вечером было намного холоднее, чем днем, и я видела, как пар вырывался из моих ноздрей.

Кингснейк развязал меня, и змей сполз с дерева, оказавшись рядом со мной. Его кожа переливалась. Он тихо зашипел, проползая мимо, и его огромному телу потребовалась целая минута, чтобы миновать меня. Его близость представляла собой явную угрозу.

Я действительно ненавидела змей.

Я схватила свой рюкзак и стала искать что-нибудь поесть. Наспех я схватила лишь несколько свертков – сушеные орехи и абрикосы.

– Идем.

Я осталась лежать на земле, глубоко засунув руку в пакет с закусками.

– Можно мне сначала поесть?

– Нет.

– Ну, я не буду вкусной, если буду голодать, верно?

Его темные глаза смотрели на меня, щель в зрачке такая же, как у его питомца, и то количество презрения, которое он выказал мне в этом единственном взгляде, было огромным. Его красота была запятнана гневом, тень скрывала его совершенство. Наконец он отошел, и его плащ издал легкий шорох, когда он очень быстро развернулся.

Я пыталась насладиться обедом… или ужином, что бы это ни было. Вдруг заметила движение вдалеке. Это произошло так быстро, что я не была уверена, случилось ли это на самом деле или просто показалось. Но я прищурилась и увидела это снова: что-то черное, что-то громоздкое. Оно переместилось в темноту, а что-то другое скользнуло за дерево. Мои глаза просканировали все деревья, и когда я присматривалась достаточно внимательно, то видела силуэты повсюду.

Кингснейк подготавливал лошадь, повернувшись ко мне спиной.

– Там что-то есть…

– Я в курсе.

– Они повсюду, вокруг нас.

О еде можно было забыть, поскольку я чувствовала себя окруженной врагами, которых просто не смогла бы пережить.

– Стражи Мертвого леса.

– Стражи? Ты их так называешь? Просто мы называем их монстрами.

– Название зависит от твоего статуса друга или врага – и мы оба знаем, кем являешься ты.

Я поднялась на ноги и подошла ближе к нему. Его змей тоже не выглядел обеспокоенным.

– Мы собираемся проехать по их территории?

Он подтянул подпругу и посмотрел на меня сверху вниз. Для девушки я была высокой, но Кингснейк все равно возвышался надо мной как минимум еще на фут, а возможно, и больше.

– Пока ты со мной, тебя никто не тронет.

– Почему?

– Потому что я не только король вампиров, я – повелитель тьмы.

* * *

Мы ехали всю ночь, и Кингснейк ориентировался в густом лесу так, словно знал тропу, знал каждый перевернутый корень и низко свисающую ветку. Мы добрались до второй части нашего пути – сквозь метели и снег.

Я, наверное, умру от переохлаждения.

Он дошел до подножия скалистого выступа и слез с лошади.

– Почти рассвет?

Он проигнорировал меня и подошел к стене.

Было так темно, что я с трудом разбирала его действия, но поняла, что он прижимал ладонь к разным точкам, будто это были скрытые спусковые крючки, запускающие невидимый механизм. Как только он нажал на четыре точки, твердая скала сдвинулась, и открылся проход.

– Идем под гору…

Ветра нет. Никаких метелей.

– Дальше пойдем пешком.

Я оторвалась от лошади и украдкой оглянулась. Было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть, но я чувствовала их присутствие. Чувствовала их взгляд. Чувствовала их голодные глаза на моей бледной коже. Кингснейк взял поводья лошади и направился в пещеру.

Я последовала за ним, и, как только мы оказались внутри, дверь за нами закрылась.

Проход был освещен коридором факелов. Факелов, освещавших бесконечный путь.

– Кто зажег эти факелы?

– Остальные уже прошли тут.

Он взял поводья своей лошади и направился вперед. Туннель был двенадцать футов в высоту и не менее десяти футов в ширину – достаточно большой, чтобы провести армию сквозь гору, но сама земля была каменистой и неровной, что представляло опасность для всадников на лошадях.

Я шла следом, а змей полз далеко впереди, скользя по неровному полу. Мы проходили факел за факелом, звук каждого шага усиливался сводами каменного туннеля. Мы шли медленно, и я уже даже начала считать количество пройденных нами факелов, пока не потеряла счет.

– Сколько времени это займет?

– Три дня.

– Мы проведем тут три дня?

В темноте. Без света. Запертые в туннеле, который может обрушиться на нас в любой момент.

– Поверь мне, это лучше, чем идти по горе.

– Ты уверен?

– Я бы посоветовал тебе попробовать самой, но ты наверняка умрешь.

Понизив голос, я заговорила сама с собой:

– Я все равно что уже мертва…

После Кингснейк произнес:

– У меня нет намерения убивать тебя.

– Поверь мне, я знаю, какие у тебя намерения по отношению ко мне.

– Думаешь, если ты будешь вести себя настолько отвратительно, насколько это возможно, они изменятся?

– Стоит попробовать.

Мы погрузились в молчание, двигаясь через бесконечную пещеру, пропуская факел за факелом, но не было никаких признаков нашего продвижения. У меня даже не было возможности узнать, сколько времени вообще прошло, потому что на камнях не было и намека на солнечный свет.

Я сходила с ума от скуки.

– Откуда у тебя домашний змей?

– Клык – не домашнее животное.

– Он подчиняется тебе как питомец.

– Он мой друг, остается рядом со мной по своему выбору и, следовательно, не подчиняется.

– Ну и как он стал твоим компаньоном?

– Это было очень давно.

Я ждала продолжения, глядя на его мускулистую спину, пока он вел лошадь.

– Это не ответ на вопрос.

– Как кто-то становится близким? Возникает связь.

– И какая у вас связь?

Он остановился и посмотрел на меня через плечо.

– Ты слишком заинтересована для той, кому должно быть наплевать на Клыка.

– Я просто никогда не встречала подобной пары.

Он молча продолжал идти вперед.

– Так ты не собираешься мне ответить?

– Ты не заслужила моего ответа.

* * *

Должно быть, прошел целый день путешествия, потому что к тому времени, когда мы остановились, я была измотана. Мы вошли в большую часть пещеры: в грот с таким высоким потолком, что оценить его размеры было просто невозможно. Пространство было достаточно просторным, чтобы разместить целую армию, и я заметила несколько проходов, уходящих в разные стороны.

Интересно, куда они ведут…

Кингснейк покормил лошадь, а змей в это время скользнул куда-то. Вероятно, собирался найти крысу и тоже поесть.

Вытаскивая свою еду, я размышляла, что будет есть Кингснейк.

Я не видела, чтобы он ел с тех пор, как мы вместе отправились в это путешествие.

Черт.

Он отпил из фляги, а затем разместил свои вещи у стены.

Я смотрела на другие проходы, гадая, куда они ведут и как далеко я смогу уйти, прежде чем он заметит мое отсутствие. Возможно, он знает туннели, но, если бы у меня было преимущество во времени, я, вероятно, смогла бы уйти от него и спрятаться, пока он не оставит поиски.

Кингснейк прислонился к стене, держась от меня подальше, словно находил меня отталкивающей. Он казался необычно тихим, волны эмоций под его внешней оболочкой были спокойны. Он снова отпил из фляги, положив руки на колени и глядя прямо перед собой.

– Что?

Я вздрогнула от его тона.

– Ты смотришь.

Он повернул голову и посмотрел на меня.

Я быстро отвела взгляд, не осознавая, что так долго наблюдала за ним.

– Я знаю, о чем ты думаешь.

Трудно было вздрогнуть снова.

– Если ты убежишь в эти туннели – ты умрешь.

Змей исчез, а это был мой самый большой противник. Благодаря своей гладкой коже он мог скользить с огромной скоростью. Мог обвить меня своим телом и мгновенно парализовать. К тому же, он просто был чертовски страшным.

– Если я останусь с тобой, я умру.

– Как я уже сказал, у меня нет намерения убивать тебя.

– Но я бы предпочла смерть, чем стать добычей вампира.

– Правда?

Теперь я повернулась, чтобы посмотреть на него.

– Тогда возьми этот кинжал и пронзи себе сердце. – Его суровые глаза бессердечно смотрели на меня. – Давай.

Эта мысль никогда не приходила мне в голову.

– Так я и думал. – Он снова посмотрел прямо перед собой. – Есть вещи похуже, чем стать добычей вампира. Большинству представителей вашего вида это даже нравится.

– Это полная чушь.

Я поднялась на ноги и надела рюкзак на плечо.

Кингснейк остался лежать на земле, никак не заинтересованный моими действиями.

– Я предупреждал тебя.

Я подошла к первому туннелю, готовая ко всему, что произойдет на другой стороне.

– Ты не собираешься меня остановить?

Он остался на земле.

– Рядом со мной – самое безопасное место для тебя. И я позволю тебе убедиться в этом на собственном горьком опыте.

Возможно, мне следовало прислушаться, но я так отчаянно нуждалась в свободе, что была готова рискнуть. Я вошла в туннель и обнаружила длинный холодный коридор. Я побежала трусцой, желая увеличить расстояние между нами, прежде чем Кингснейк решит преследовать меня. К несчастью, тропа пошла вниз, сначала медленно, потом круче. Коридоры разветвлялись, поэтому я шла куда глаза глядят, теряясь в пространстве.

Но, раз я заблудилась, это, вероятно, означает, что Кингснейк меня не найдет. У меня было достаточно еды и воды, чтобы продержаться несколько дней, но все же придется найти выход, и чем раньше, тем лучше.

Вдруг я остановилась, почувствовав странный запах.

Пахло… грязным животным. Собакой, которая всю ночь провела под дождем. Ее спутанная шерсть покрылась потом и грязью. Некоторое время я принюхивалась, задаваясь вопросом, куда именно я иду.

Должна ли я вернуться?

Сумею ли я найти дорогу назад?

Я вглядывалась в темноту впереди, обдумывая свой следующий шаг. Свет факелов становился все слабее, и вскоре я совсем ничего не могла разглядеть. Но затем я увидела полоску света далеко впереди – настолько, что трудно было оценить это расстояние.

И я пошла на него, а запах мокрой псины усилился, и это могло означать только одно…

Но позади остался голодный вампир, готовый сделать меня рабыней и питаться мной до тех пор, пока однажды не перестарается, а затем я умру, превратившись в пустой сосуд.

Так что только вперед.

Я продолжала идти, двигаясь быстрее, отчаянно пытаясь увеличить дистанцию между мной, королем вампиров и его любимым змеем. Насколько я могла судить, он не преследовал меня, однако я не была настолько глупа, чтобы поверить, будто он действительно даст мне уйти.

Я спустилась глубже по небольшому склону, и запах усилился. С самого начала пути у меня постоянно болел желудок, потому что я так и не поела как следует, когда меня прогнали в ночь.

Яркая полоса света все увеличивалась.

И запах становился резче.

Двадцать минут спустя я поняла, что обманчивый луч был лишь факелом из-за поворота тропы. Добравшись до него, я увидела еще больше факелов, большую пещеру и… существ.

Высоких, мускулистых, с кожей такой черной, словно она была покрыта краской. Согнувшись в поясе, они носились по полу, как голодные собаки, и издавали необычные звуки.

Теперь я знала, откуда исходит этот запах.

В углу на открытом огне жарили свинью.

А это означало, что выход из этого места все же есть.

Мое сердце бешено заколотилось, ладони вспотели, а страха было достаточно, чтобы заставить меня задуматься о возвращении к вампиру тем же путем, которым я и пришла.

Но я заставила себя продолжить путь.

Я прокралась по другому коридору и молча пошла, прижавшись спиной к стене на случай, если одно из существ пройдет в этот проем. Дорога была темной, и они, вероятно, не подозревали о моем присутствии, поэтому пробраться мимо было легко.

Я бросилась в другой проход, и это место оказалось подобием кладовки. Было довольно легко спрятаться за бочками с пшеницей и свежими яблоками. Я даже украла пару для себя, потому что была не прочь воровать у этих уродливых существ.

И вот я добралась до другого коридора. Как только нашла тропинку, ведущую вверх, я пошла именно в этом направлении. Ведь это означало, что она вроде как ведет на поверхность и, будем надеяться, к выходу.

Р-р-р-р-р-р-р-р-р.

– Черт…

Р-р-р-р-р-р-р. Их пришло еще больше, и теперь они поднимались из других туннелей.

Р-р-р-р-р-р-р. Я не понимала, откуда они узнали, что я была там, но гадать уже не было смысла. Может быть, я пахла для них так же плохо, как они для меня.

Я побежала к выходу, не зная, правильный ли это путь; не зная, что наткнусь на орду, с которой мне никогда не справиться.

В туннеле позади меня послышались шаги, и решение, куда бежать, пришлось принимать быстро. Я напрягла свое тело изо всех сил. С приливом адреналина я побежала быстрее, чем могла себе представить. Я добежала до еще одной расщелины, освещенной факелами, а из этого помещения был только один проход – и в нем горел свет. Не факел. Солнце.

Я побежала, не обращая внимания на ужасающий рев, эхом отдававшийся от потолка и твердых камней, и бросилась в туннель.

Но затем солнечный свет исчез. Дверь была закрыта.

– Нет…

Р-р-р-р-р-р-р. Я обернулась и увидела пространство, наполненное отвратительными существами огромного роста, рычащими и обнажающими свои острые зубы. Они стояли прямо надо мной в доспехах и с тупыми мечами.

Черт. Кингснейк был прав.

Первый подошел ко мне и поднял меч.

Я была так напугана, что могла обделаться, но инстинкт сработал, и я встретила его меч своим собственным. Сила его удара почти отбросила меня назад, но я удержалась. Я парировала удар, затем вонзила меч прямо между пластинами его доспехов и в конечном счете оттолкнула его ногой.

У меня не было времени насладиться победой, потому что следующий монстр напал на меня, размахивая мечом, чтобы снести мне голову с плеч.

Я блокировала удар, а затем полоснула его по лицу. Он рухнул рядом с первым, образовав небольшой защитный барьер.

Но потом они напали все сразу – и у меня не было шансов. Если бы я вбежала в заблокированный туннель, мне бы едва хватило места, чтобы замахнуться мечом.

– Остановитесь. – Оказалось, эти существа могли говорить, их голоса были гортанными, животными. – Кингснейк приближается.

Один из их мечей был уже близко к моему лицу. Я использовала свой меч как щит, который рухнул бы под их атакой. Мое сердце все еще колотилось, как будто ему оставалось лишь мгновение. Мои руки были настолько скользкими, что рукоять готова была выскользнуть из отчаявшихся пальцев.

Затем существа разошлись, отступая равномерно, открывая вид на тоннель. В пещеру вошел Кингснейк. Он был ниже монстров, но каким-то образом казался самым высоким в помещении. Рядом с ним был Клык, скользивший по полу и не сводивший с меня раздраженных глаз. Выражение лица Кингснейка нельзя было прочитать, о его мыслях можно было только догадываться, но я чувствовала исходящее от него непреодолимое раздражение.

Он остановился прямо передо мной, царственный в своей тунике со змеей. Его широкие мускулистые плечи дополняли доспехи и плащ. Теперь раздражение переросло в нечто более зловещее. Вроде… ненависти.

– В тот момент, когда ты покинула свое королевство, ты вошла в мое. Моя сила простирается далеко за пределы Грейсона, в места, которых может коснуться только тьма, и это единственная причина, по которой ты еще дышишь. Если ты хочешь продолжать жить, ты подчинишься мне.

Я должна была чувствовать себя благодарной за то, что Кингснейк прогнал существ, которые могли сломать мне шею одними только пальцами, но я слишком сильно ненавидела его, чтобы чувствовать какую-либо признательность.

– Ты меня поняла?

Я встретила его взгляд с такой же враждебностью.

– Отвечай.

Теперь его тон стал грубее, и ярость в прищуренных глазах соответствовала эмоциям, которые почти сотрясали его тело.

– Ты сказал, что не убьешь меня, поэтому я могу делать, что хочу.

Приливная волна высотой в шестьдесят футов – достаточно сильная, чтобы разрушить все на своем пути. Пламя, поглотившее мир и способное превратить его в кучу пепла.

Кингснейк шагнул вперед, его плащ скользнул за ним, а затем он остановился, оказавшись прямо передо мной.

Я держала оборону.

Его рука внезапно рванулась вперед и схватила меня за шею, прежде чем я успела его остановить. Пальцы в перчатке сильно сжали меня, перекрывая подачу воздуха. Я пыталась оторвать их от шеи, но хватка была стальной. Он легко поднял меня с земли без какого-либо напряжения.

– Это обещание в силе только если ты будешь мне полезна.

Кингснейк позволил мне бороться, позволил мне задыхаться, свесив ноги над землей. А я почувствовала, что соскальзываю, и мои легкие протестовали, не имея доступа к воздуху. Тогда он понизил голос до шепота:

– Еще раз прояви ко мне такое неуважение – и я убью тебя.

Все потемнело.