Просыпаюсь словно от толчка. Сначала не могу сообразить, где нахожусь, и что происходит. Все мышцы ноют, словно я пробежала марафон. Но потом воспоминания, словно кувалдой, бьют по голове, и от каждого стука начинает нарастать паника и понимание того, что все это — правда, а не плод моего воображения.

Это не я, я не могла переспать с двумя мужчинами и лишиться девственности с ними, это невозможно. Но два горячих тела, окружающих меня по обеим сторонам, — прямое тому доказательство, доказательство того, что это все реально, а не выдумка.

Две тяжелые руки оплетают мое тело, а мирное посапывание свидетельствует о том, что они все еще блуждают в царстве Морфея, в отличие от меня. Но это все, может быть, ненадолго, и они проснутся в любой момент.

Начинаю лихорадочно соображать, что делать. Немного приподнимаю голову и рассматриваю обстановку, я зажата двумя телами, и мне нужно аккуратно выбраться, пока они не проснулись.

Начинаю тихонько шевелиться и приподнимаю руку Олега со своего бедра или, точнее сказать, с пятой точки. И, наверное, только через несколько минут мне удается это сделать, его рука тяжелая, а сдвинуть ее не так-то просто, да и еще надо осторожно, так, чтобы он не проснулся. Но у меня получается, поэтому я чуть не вскрикиваю от радости, вовремя прикусывая язык.

Теперь уже другая проблема — это Игорь, чья рука покоится на моей груди. Вот тут сложнее, и тут я изворачиваюсь, и прилагаю больше усилий. И вот, когда я почти освобождаю свою грудь из его захвата, он начинает шевелиться.

Мне кажется, в этот момент я перестаю дышать, все нервы на пределе, вдруг мужчина почувствует, что я не сплю, захочет продолжить и разбудит брата.

Паника достигает предела!

Я точно не смогу еще. Это был один вечер, но сейчас мой мозг хоть что-то соображает, и сегодня мне будет стыдно. Но моим опасениям не суждено сбыться: Игорь только перевернулся, немного прижимаясь ко мне горячим телом, и продолжил мирно сопеть.

Уф!

Теперь бы аккуратно выбраться из комнаты и бежать!

Здесь получилось все быстрее, чем я думала. Я даже смогла найти свое платье в темной комнате с разбросанными вещами. Не хочется выходить в коридор в маске и абсолютно голой. Надеваю платье, надеюсь, меня никто не увидит. Главное сейчас — скорее уйти до их пробуждения и найти свои вещи.

Открываю дверь, хорошо, что она не скрипит, и еще раз кидаю взгляд на мужчин. Двое мужчин, показавших мне сегодня, что такое получать удовольствие, и сделавших из меня женщину. Да, я должна это признать: мне понравилось и даже очень. Я точно буду помнить эту ночь. Единственную ночь…

Выхожу, чтобы скорее уйти. В клубе тихо; видно, что вчерашнее мероприятие прошло на ура, тут и там ходит обслуживающий персонал, который все подметает и моет. Тоже кстати в маске.

Я выгляжу не очень хорошо: растрепанная, с порванным платьем на голое тело, то и делаю, что прикрываю самые важные места, но работникам заведения на это наплевать. Их я не интересую, похоже, что люди — профессионалы и давно здесь ничему не удивляются. Поэтому я быстро миную длинный коридор и иду прямиком вниз по лестнице, туда, где предположительно остались мои вещи. Конечно же, мне очень хочется принять душ, я вся в сперме, которая давно превратилась в корку на моем животе и на бедрах, и это доставляет легкий дискомфорт, но сейчас это стояло не на первом плане. Между первым и вторым этажом меня находит Лика.

— Доброе утро! Надеюсь, все хорошо прошло? — обеспокоенно спрашивает она, видимо, мой внешний вид оставляет много вопросов.

— Да, да, все хорошо, — сразу же уверяю ее я, чтобы она ничего плохого не подумала, мой голос хриплый, и это не укрывается от Лики.

— Вижу, что все прошло даже отлично, и тебе понравилось, — усмехается она, а я краснею от осознания, на что она намекает. — Пойдем за мной, проведу тебя в нашу раздевалку, там сможешь принять душ и найдешь свои вещи, ну и перекусишь.

От последних слов мой желудок предательски заурчал, а я и правда только сейчас поняла, что очень проголодалась. И даже не помню, когда в последний раз ела.

Мы спустились на последний этаж здания, хотя, скорее всего, в подвал, тут были маленькие окна, вырезанные в стене, и две двери с табличками: женская и мужская раздевалка. Мы прошли в женскую, и тут тоже было немного людей: скорее всего, мастера или те, кто проводил ночь. Неужели и клиентки тоже переодеваются тут? Словно услышав мой вопрос, Лика заговорила.

— Проходи, твоя кабинка восьмая, там есть душ, а также твои вещи, — она вручает мне ключ-карту с номером восемь.

— Спасибо.

— Когда придешь в себя, покушай и попроси кого-нибудь отвести ко мне. Я отдам тебе твои деньги, — она еще раз улыбается и оставляет меня одну.

Захожу в свою кабинку, она похожа на мини комнату, где есть все необходимое: шкаф, душ и туалет. Первым делом, конечно же, иду в душ. Как же приятно!

Мне становится лучше, даже настроение немного повышается, хотя между ног все равно саднит после бурной ночи, но терпимо. После надеваю свою одежду, в которой пришла, она аккуратно развешена, и мне даже кажется, выглажена. Ничего себе тут удобства. Дальше выхожу в общий холл. Тут стоит непринуждённая остановка, некоторые в масках, другие нет. Я решаю надеть ее, а то мало ли. За столом с закусками в виде маленьких тарталеток есть и горячий чай. Как раз и хочу его, так как в горле просто пустыня. После того, как я немного утолила свой голод, прошу отвести меня к Лике. И она из горничных (даже не знаю, как ее еще назвать) приводит меня в кабинет девушки.

Кабинет Лики не такой масштабный, как у ее босса, но очень даже милый и уютный. Видно, что она сама занималась обустройством.

— Получше себя чувствуешь? — спрашивает девушка меня.

— Да, спасибо, после душа стало намного лучше, — благодарю в ответ.

— Не нужно врача? Если что, у нас есть… — начинает она, но я перебиваю.

— Спасибо, но со мной все в порядке, немного устала, однако сегодня выходные, поэтому отдохну.

Мне становится опять немного стыдно, если я лишилась девственности, то это не значит, что стала более раскрепощенной и уверенной в себе.

— Хорошо, — кивает она. — Вот твоя сумма.

Она указывает на черный конверт перед ней.

— Если хочешь, можешь пересчитать.

Качаю головой, не думаю, что такое заведение обманывает людей.

Подхожу к ней и беру конверт. Наверное, я должна радоваться, ведь деньги у меня, долгожданная свобода уже рядом. Но радости от этого я не испытываю, а чувствую себя шлюхой, что продала себя. Хотя так и есть.

— Эй, не грузись, — говорит Лика, как будто читая мои мысли. — В жизни бывают разные ситуации, и иногда мы не можем на них повлиять. Я тоже оказалась тут не от хорошей жизни, но сейчас благодарна обстоятельствам и тому, что теперь работаю здесь. Может, потом и ты скажешь это…

Очень сомневаюсь. Я наслышана о похождениях босса и уверена, что уже сегодня они не вспомнят обо мне. Одна единственная ночь, на этом все.

— Спасибо, — говорю лишь эти слова, черный конверт жжет руки, и я быстрее кладу его в сумку.

— Наше такси уже ждет тебя у входа, можешь назвать ему любой адрес.

Ого, как у них все круто, даже свое такси выделяют для таких, как я. Еще раз благодарю девушку, и мы прощаемся. Выхожу из здания и сразу же кутаюсь в куртку, так как холод быстро пробирает до костей. Сегодня на улице довольно морозно, но солнечно, в отличие от остальных дней. На пороге и правда стоит такси, если так можно назвать черную машину представительского класса. Сажусь в нее, и меня тут же окутывает тепло салона. Водитель учтиво спрашивает адрес, и я решаю ехать домой, чтобы найти Зверя и сразу же отдать ему деньги. А потом уже к Кате, за своими вещами. Теперь-то мне не будет страшно находиться дома и ходить по родным местам. А с мачехой и сестрами я разберусь. Придумаю, как выселить их из дома.

Всю поездку я смотрю в окно на заснеженный город, украшенный новогодней атрибутикой, и в голову то и дело лезут пошлые мысли и картины того, что произошло сегодня ночью. Блин, как теперь от этого избавиться!? Теперь я и правда боюсь, что при виде двух своих боссов буду вспоминать эту ночь.

От всех этих размышлений начинает болеть голова, и я уже хочу скорее приехать.

Дорога занимает примерно полчаса. Благодарю водителя и выхожу. Дом, милый дом! Как давно я тут не была. По факту почти неделю, но такое чувство, что уже месяц. Нахожу связку ключей и иду к крыльцу. В окне вижу одну из сводных сестер, значит, все в сборе, что неудивительно: куда им еще идти.

Открываю входную дверь и вхожу. На пороге сразу же чувствую запах табака. Я же просила Елену не курить дома, но, видимо, как и всегда она пропустила это мимо ушей. Почти что снимаю с себя зимнюю обувь, как тут же в прихожую забегают сводные сестры.

— О, прив, систер! — начинает Юля. Ее манера глотать слова осталась неизменной. Такие же, в ярких нарядах, состоящих из обтягивающих топиков до пупка, с явно выделяющимися сосками и коротких юбок, словно на дворе лето.

— Привет, — бросаю я грубовато и хочу пройти дальше. Но они обе отчасти загораживают весь проход.

— Опять ты бука! Мы же систер, — в тон Юле говорит Настя, растягивая последнее слово.

— Да, вообще-т! — поддержала сестру Юля, чавкая жвачкой так, что несколько ее слюней попало мне на лицо. Меня затошнило, все же Елена, в отличие от своих дочерей, была более элегантной женщиной, и становится понятно, что она вообще не смотрела за воспитанием дочерей. Хотя у нее ведь были другие проблемы, ей нужно было срочно найти мужа и побогаче, вот тут-то мой отец и попался.

— Слушаю вас… — отвечаю я, стараюсь глубоко дышать и не идти на скандал. Я слишком устала и хочу найти Змея, передать ему деньги.

— Не дашь косарь? Оч надо, у нас как раз… — начинают они явно придумывать, но сейчас на их неумелую игру мне не очень-то хочется смотреть.

Молча достаю из сумочки нужную сумму. Их глаза сразу же загораются, и они быстро хватают купюру.

— Спасибо, систер, мы оч тебе благодарны, — бросают мне и сразу же уходят.

Лучше бы работать пошли, но не мне их учить. Поэтому, с облегчением вздохнув, иду дальше, захожу в зал, а оттуда на кухню, где уже дымит мачеха.

Молча прохожу внутрь и распахиваю окно, чтобы впустить свежий морозный воздух.

— И тебе привет, — бросает Елена, все так же демонстративно берет элегантную дамскую сигарету и опять прикуривает.

— Где сейчас Змей? — сразу же перехожу к делу, не хочу этих лишних фальшивых реплик.

Она демонстративно откладывает сигарету и смотрит на меня.

— А мне откуда знать, я не слежу за ним, — пожимает плечами, а потом добавляет. — А что? Ты, по-моему, наоборот, от него бегаешь, долги отдавать не хочешь, — последние слова мачеха проговорила с усмешкой, что еще больше взбесило меня.

— Ну вот сегодня и хочу отдать! Поэтому, пожалуйста, узнайте, где он, и скажите, что я хочу встретиться.

Если Елена и удивилась, то виду не подала, а только опять снисходительно улыбнулась:

— Хорошо.

Больше я не хотела с ней разговаривать, поэтому направилась прямиком в свою комнату. Там у меня тоже замок, и ключи только у меня. Раньше тут его не было, пока один раз, получив свою зарплату и оставив ее в комнате, не обнаружила ее. Быстро прибрать деньги могли только Елена и сводные, думаю, последние как раз и есть те, кто это сделал. Поэтому уже на следующее утро я врезала замок в дверь, ключи от которого находились только в моей сумке.

Усталость все же брала свое, поэтому, как только моя голова коснулась подушки, я тут же провалилась в сон. Мне снились они, я не видела их, но знала, что мужчины рядом. Их горячее дыхание, их нежные и одновременно грубые руки опять прикасались к моему телу, даря наслаждение и сладкую боль.

Из такого сладкого, эротического сна меня вывел сильный стук в дверь. Сначала я была дезориентирована, ведь за окном уже темно. Но потом поняла, что нахожусь в своей комнате.

— Открывай, Елизавета! — слышу голос моего страшного кошмара.

Змей не заставил себя ждать. Опять громкий стук, так что я почти вскакиваю. Кутаюсь в теплый кардиган бабушки. Не хочу, чтобы мы разговорились в моей комнате, мне нужны свидетели.

— Я сейчас выйду, проходите на кухню! — кричу в ответ.

— Ну ладно… — слышу в его голосе усмешку. Через несколько секунд он и правда отходит от моей двери, и только тогда я немного успокаиваюсь. Сейчас мне нужно быть, как можно расслабленной и уверенной в себе. Я не должна показывать ему свой страх. Иду к своей сумочке и достаю черный конверт.

Всех действующих лиц, как по команде, нахожу на кухне. Клубы дыма, хороший коньяк и закуски. Все для важного гостя Елены.

— Проходи, Лиза, только тебя и ждем, — суетится мачеха перед Змеем.

Но никакого настроения и желания с ним сидеть у меня нет. Поэтому перехожу к главному.

— Вот конверт с нужной суммой, которую должен мой отец, — кладу конверт прямо перед ним. — Теперь мы в расчете.

Воцаряется минутное молчание, я вижу, как вытягивается лицо Елены и сводных от неожиданности, только Змей так и сидит, спокойно попивая коньяк. Молчим… И я чувствую, как мои руки начинают предательски подрагивать.

— Хорошо… — наконец-то, начал он, беря конверт и заглядывая. — Но это только та сумма, которую брал твой отец, а я еще жду проценты, что накопились за все эти годы.

И тут у меня внутри все похолодело. О чем он?! Я не понимаю. Какой процент? Скорее всего, все эти вопросы были написаны у меня на лице, так как мужчина продолжает.

— Твой отец брал в долг у меня под проценты, и за все годы знаешь, сколько накопилось… — цокает, качая головой.

А мне хочется кричать и биться об стенку. А еще вцепиться в его заплывшее лицо, чтобы стереть это победную улыбку, словно он тут царь. Никогда не проявляла агрессии, но сейчас на грани.

— С… сколько? — заикаясь, произношу я не своим голосом. Охрипшим. Отчаянным одновременно.

Змей называет сумму, а у меня начинают подгибаться ноги. Как? Как я наберу такую сумму! Где я найду?

— Поэтому, Лиза, я снова жду, в противном случае ты знаешь, что будет… — плотоядно смотрит на меня, словно я голая, отчего становится мерзко. — Думаю, не нужно напоминать…

Незаметно киваю, мне ничего не нужно напоминать, только от его вида я уже вижу страшные картины того, что он может со мной сделать.

Не прощаюсь, а просто выхожу из кухни, направляюсь в свою комнату, немного пошатываясь. Лишь там даю волю чувствам. Закусив подушку, чтобы они не слышали мой вой и всхлипы, начинаю горько плакать. От несправедливости, от того, что все так произошло.

Не знаю, в какой момент успокаиваюсь и опять проваливаюсь в сон уже без сновидений.

На следующее утро просыпаюсь с разбитой головой. Приходит мысль — не идти на работу, но там меня ждет Катя с новостями, и пока это единственный источник моего заработка. Одеваюсь и направляюсь в сторону остановки, даже солнечный зимний день так не радует — все кажется серым и безветренным.

На работу прихожу как на автомате, как и всегда Виктора Романовича нет — это даже хорошо, поэтому спокойно готовлюсь к рабочему дню. Примерно через полчаса ко мне заходит Катя.

— Привет! Хорошо, что зашла, я как раз хотела… — начинаю я, решив рассказать все, пока моего непосредственного начальства нет и, соответственно, нет лишних ушей, но подруга перебивает меня.

— Привет, попозже все обсудим, — начинает она быстро. — Сейчас тебя срочно вызывают наши боссы.

Что?!