Яхта. Парус — да, да, наконец-то парус! Солнце. Сочи…

И мужчина, которого я называю своим.

Мой любимый мужчина.

Мой теперь уже муж.

Да, да… он сделал мне предложение еще тогда, в тот неожиданный, странный, непонятный отпуск с боссом. Который в итоге стал самым лучшим отпуском для нас обоих.

Правда, под парусом мы в тот раз так ни разу в море и не вышли. Мы вообще сутки не выходили из каюты. Я делала вид, что сильно боюсь пауков, а мой начальник меня спасал.

Потом мы переехали в отель, еще на неделю.

Самую сладкую, самую страстную. И…

И тоже не выходили из номера. Зачем?

Ну, ладно, пару раз искупались в море, но у нас был балкон с джакузи и вида на море хватало вполне.

А еще была очень уютная, удобная кровать. Мягкие подушки.

И много-много любви.

Мы узнавали друг друга. Познавали.

Мы признавались друг другу во всех тайнах и грехах.

Я узнала, что мой любимый был реально очарован мной с самой первой встречи. А он узнал, что он мне тоже очень сильно нравился и был мужчиной мечты.

В последнюю ночь Роман заказал ужин на крыше с видом на море, мы были там одни. Он встал на одно колено и преподнёс мне кольцо с невероятным турмалином параиба, ярко бирюзового цвета, в обрамлении бриллиантов.

— Ты выйдешь за меня?

— Ты готов связать свою жизнь с пышкой, которая к тому же «неликвид»? — улыбнулась я.

— Определённо. Я очень люблю всё вкусное, сочное, спелое, сдобное, и ненавижу конкуренцию. Так что…

А вот теперь, спустя месяц мы вернулись сюда, в свадебное путешествие. В город, который стал для нас особенным.

К особенному, самому изумрудному Черному морю. К южным фруктам, шашлыкам и самым вкусным мидиям.

Я шучу, говоря, что мы вернулись и к паукам тоже. Но Роман меня уверяет — больше никаких пауков.

Ага, как же!

Первое, что я вижу. Когда мы подходим к яхте — паутину! На заборе! И там сидит тот самый паук — по крайней мере очень похож, и он не один! Вокруг паучки малыши! Господи… А вот с малышами это уже как-то не так страшно.

— Видишь, мы сохранили ей жизнь и теперь у неё дети. Пауки, кстати, очень полезны, если бы не они, то паразиты вроде мух заполонят весь мир.

— Ты уверен?

— Да. И еще… она тебя боится больше, чем ты её.

— Неужели?

— И потом, у тебя есть я. Я буду тебя защищать.

Мой муж обнимает меня, прижимается ко мне своим мощным телом, и я чувствую огненную силу его желания. И мне тоже не терпится.

Поэтому мы сначала спускаемся в каюту, подготовленную к нашему приезду. На кровати сердце из лепестков роз, розами украшено всё. Мне приятно, я очень люблю розы, и вообще цветы.

За это время, что мы вместе, Рома меня уже избаловал — каждый день букеты. Мне невероятно приятно.

Свадьбу мы сыграли простую, но шумную, многолюдную, весёлую и красивую. Я точно была красивой, особенно в финале вечера, когда в первую брачную ночь танцевала перед своим султаном Романом в белоснежном костюме с пайетками и кристаллами «Сваровски».

— Ты великолепна, любовь моя.

Он не устаёт это повторять. И носит меня на руках.

— И прекрати повторять, что ты толстая. Ты прекрасна!

Наверное, особенно потому, что накануне свадьбы я сбросила килограмм пять, видимо от нервов.

Ну, немного пришлось понервничать, конечно. И из-за Антона, который начал меня обвинять меня в том, что я его подставила. Он уже был под стражей, почему-то через какие-то соцсети транслировал какая я меркантильная дрянь, еще и мстительная. Мол, это я отомстила ему за измену, слив какие-то данные Роману.

Я не знаю на что он надеялся. Видимо, просто не верил, что у нас с Королёвым всё серьёзно.

А у нас серьёзно!

Мы любим друг друга и наслаждаемся счастьем.

Здесь и сейчас.

В Сочи.

На яхте.

По парусом!

После бурной ночи любви мы вышли в открытое море, я и не подозревала, что Роман так ловко управляется с катамараном. На самом деле он не один, тут целая команда. И я наслаждаюсь прогулкой под парусом.

А вечером мы снова остаёмся одни в той самой каюте.

Нет, сначала на палубе. Целуемся, мой муж обнимает меня крепко.

— Спасибо тебе, любимая.

— За что?

— За то, что ты рядом. Такая потрясающая, невероятная, нереальная.

— Тогда и тебе тоже спасибо.

— За что?

— За то, что тогда так мужественно отвоевал меня у Сальникова, назвав плюшкой.

— Ты будешь мне это вспоминать всю жизнь?

— Конечно.

— Моя ведьмочка…

— Я буду это вспоминать, потому что теперь понимаю зачем ты это сказал. И, наверное, ты был тогда прав.

— Я так не думал.

— Я знаю.

— Ты самая роскошная и потрясающая девушка, которую я знаю.

— А ты самый крутой, самый умный, самый настоящий мужчина моей жизни. И самый лучший босс.

— Я ведь больше не твой босс.

— Нет, нет, ты мой босс навсегда. Любимый!

— Да? Значит… значит как босс я могу требовать выполнения своих требований?

— А у вас есть требования, Роман Александрович?

— Да, есть, целых два.

— И какие же?

— Во-первых, Алёна Игоревна, ты должна меня ублажать сегодня всю ночь. Ярко, жарко, страстно.

— Так. Принято. А во-вторых?

— Во-вторых, знаешь ли, я почему-то сильно завидую тому паучку.

— В смысле?

— Тоже очень хочется, чтобы ты мне кого-нибудь родила…

Боже… на свете нет ничего прекраснее и сексуальнее этих слов. Когда твой мужчина просит тебя стать матерью его детей.

— Что ж… я думаю, что можно приступать к выполнению ваших требований.

И мы приступаем.

Сначала очень долгая прелюдия, нежная, страстная, когда его пальцы касаются то осторожно, то остро, то дерзко. Когда его язык проникает во все самые сладкие места. А потом… потом у нас обоих просто сносит крышу, мы забываем, что есть тормоза.

А их и нет.

Есть любовь.

Есть желание быть рядом.

Есть желание быть друг в друге.

Есть какая-то нереальная нежность.

И дикая, необузданная страсть.

Всё вместе — это просто любовь, которая делает нас одним.

— Алёнушка моя, сладкая, конфетка моя…

— Рома… пожалуйста… боже…

— Да, да, моя вкусная, проси еще, еще… вот так…

Мы сливаемся в одно, мы прорастаем друг в друга. Мы оживаем друг с другом. Умираем и воскресаем каждый раз.

Взлетаем, паря в небесах, под божественным парусом имя которому — любовь.