Тэун Хаас

Моему возмущению не было предела. Ладно, архимаги Готтард с Балодисом дают мне дополнительные задания из-за связи с Ашей, но с какого перепугу они подключили уже и мою жену? Она неустанно ищет наёмников для того, чтобы мы могли их перехватить и обезвредить. Из старого замка, принадлежащего теперь архимагу Меднеку, сделали временную тюрьму. Мест категорически не хватает, но долго их там держать не собираются. Ради баснословных денег, обещанных Гайсаром Третьим, теперь каждый второй проходимец хочет найти подходящую по описанию девушку и привести её к гвардейцам. С каждым днём работы становилось всё больше и больше. Из-за всеобщего сумасшествия я жену уже не видел несколько дней, и сегодня Майга ещё добавила повода для тревоги. Она рассказала, что Аша с Омидом собрались на земли Трёх Сестёр. С какой целью она туда отправляется, понятно, но на кой ей там сдался Хранитель Синего Камня Правды? Если что-то пойдёт не по их плану, то Камню придётся искать нового Хранителя.

«От Юрта Каулиньша пришёл вестник. В их деревне появились чужаки. Вопросы задают местному населению. Ты знаешь эту деревню, поэтому сходи проверь», — прослушал я сообщение от Балодиса.

— Сходи проверь, — передразнил я его, кидая на стол папку с личными делами новобранцев.

С таким объёмом работы нам катастрофически не хватает людей, но и кого попало мы принимать не можем. По каждому проводим проверку. Предупредив начальство о задании архимага, я переместился к дому Ашиных «родственников». Они меня уже знают, поэтому могу рассчитывать даже на обед. Хозяйка действительно очень вкусно готовит. Постучав в калитку, я взбудоражил собак, и на крыльцо вышла младшая их дочка. Она пригласила в дом и сообщила, что отец в поле на вспашке. Пришлось поспрашивать о том, что слышала, и чуть позже к нам присоединилась её мать. Женщина знала мало, зато, как я и хотел, угостила наваристым супом. Чтобы совсем не расслабляться, мне пришлось сразу уйти, а то от домашней, уютной обстановки сильно потянуло в сон.

Посетив старосту, узнал, что были тут проездом два мужика. Искали пропавшую сестру, но, узнав, что такой в деревне не имеется, уехали. Я попросил припомнить, как они описывали девушку, и ничего, что относилось бы к Аше, они не назвали. На всякий случай я решил пройтись по улицам и поговорить со случайными прохожими. И вот, шатаясь уже около часа, я обошёл, наверное, все дворы и ничего подозрительного не увидел и не услышал. Изрядно утомившись, я собрался домой, как вдруг моё внимание привлекла рыжая девочка, перебежавшая дорогу. Одета она была явно не по погоде, и, вдобавок, маленькому изношенному платью давно пора на переработку. Половая тряпка и то больше размером и лучше выглядит. При беге она сильно размахивала тонкими руками, и короткий подол задирался, оголяя худющие ноги. Слишком болезненная худоба заставила меня задуматься. Знаю, не в моей компетенции проводить проверку населения, но вдруг сюда нужно направить социальные службы? Возможно, старосте пора устроить встряску. Не дело, чтобы в наше время кто-то голодал. Проводив её взглядом до того момента, когда она скрылась за поворотом, я посмотрел в ту сторону, откуда она выбежала. Туда я не хотел идти, потому что там остались полуразрушенные дома, и людей там вряд ли я мог встретить, но всё же решил глянуть.

Приближаясь к повороту, я с каждым шагом стал ощущать плотность воздуха. Замедлившись, я посмотрел по сторонам, и взявшийся из ниоткуда туман сразу дал понять, что я снова угодил в прошлое, потому что среди дымки я стал различать людские силуэты. Они пробегали мимо меня, и вообще наблюдалась какая-то паника. Медленно соображая, что происходит, я продолжил свой путь, и вскоре туман рассеялся, показывая полную картину. В небо поднимался чёрный дым. Кто-то кричал: «Пожар! Тащите вёдра!» Очень быстро стала собираться толпа, и вместе с ней я вышел к пожарищу. Одноэтажный старый домишко слишком быстро горел, и пламя уже перекинулось на близко стоящие, точно такие же дома. Люди суетились, кричали, носили воду, и вдруг я отчетливо увидел Биргера. Выглядел он снова иначе. Волосы его были собраны в короткий пучок, и я разглядел даже оставленный когда-то мной красный шрам на подбородке. Что он здесь делает? Не его ли это рук дело? Да с другой стороны, зачем ему это делать? Пока я об этом размышлял, огневик отошёл в сторону от толпы и, вместо того чтобы помочь тушить, действительно добавлял искры. Хотелось подойти и тряхнуть его хорошенько, но понимал, что это прошлое, и вдобавок эти дома уже не спасти.

— Дед Вахан, чего пришёл? Всё равно тут ничем не поможешь, — вдруг возле меня раздался женский голос.

Я оглянулся и посмотрел на дряхлого старика, утирающего слёзы, а обратившаяся к нему женщина похлопала его по плечу и побежала за следующей порцией воды. Отвлекшись на них, я потерял Биргера из виду и, плюнув на всё, собрался идти обратно. «Надеюсь, покину эту улицу, и странное видение исчезнет», — подумал я, огибая суетившийся народ, и вдруг снова увидел ту девчонку. Она бежала мне навстречу, поэтому в этот раз я разглядел её лицо. Вокруг левого глаза цвёл уже пожелтевший огромный синяк. «Кто ж ребёнка так сильно ударил?» — возмутился я и встал как вкопанный, понимая, кого я вижу. Вот она промчалась мимо меня и вбежала в горящий дом. Я ринулся следом, но меня кто-то схватил за руку. Пришлось дёрнуться с желанием освободиться, но хватка была сильной.

— Да какого хрена⁈ — крикнул я, поворачиваясь.

На меня пристально смотрела необычайно яркими глазами та самая девушка-менталист из моего странного стазиса.

— Нельзя менять фундаментальные события, — произнесла она, продолжая держать меня за предплечье.

— Зачем тогда я здесь?

— Я не знаю. Мироздание так решило, — грустно ответила она, и я проследил за её взглядом.

А в это время маленькая Аша вынесла на улицу ребёнка. Платье её дымилось и тлело. Волосы обгорели, кожа почернела, и она очень громко кашляла, но пыталась воскресить мальчишку. Тут я вспомнил, как она мне об этом рассказывала, но я тогда слушал её вполуха. Мне было откровенно неинтересно и мыслями я был далеко. Самое страшное сейчас — это быть наблюдателем этих ужасных событий и поражаться равнодушию людей. Они не хотели ей помогать. Один полоумный мужик даже опрокинул на неё ведро воды. Я не мог больше на это смотреть и хотел подойти, как, сделав шаг, я оказался на пустой улице.

— Ну и для чего мне нужно было это видеть? — крикнул я в небо и предпринял попытку переместиться домой.

Переноса не произошло.

— Какого? — изумился я, сдёргивая перчатку, чтобы посмотреть на узор.

Рисунок был на месте, а вот способность к перемещению пропала. Разозлившись на себя за то, что так быстро привык пользоваться чужим даром и не брать с собой портальный камень, я решил просто уйти от аномальной зоны подальше. Пробежав квартал, я снова попробовал представить дом Гайлисов, но продолжал стоять на месте. «Придётся вызвать кого-нибудь за мной», — подумал я и посмотрел на деревенский магазинчик, возле которого я оказался. Хотелось жутко пить, и я шагнул в сторону деревянной постройки.

Открыв дверь, меня снова кинуло в прошлое, потому что обстановка и товары на прилавке были как в моём детстве. Я сначала подумал, что до этой отсталой деревни до сих пор не дошла цивилизация, но, глянув на посетителей, понял, что действительно я опять в прошлом. Возле продавца стоял тот самый дед Вахан. Он покупал папиросы и спички и вполголоса общался с продавцом. Подойдя ближе, я прислушался:

— Ты давно был в своей хижине? — спросил упитанный владелец лавки.

— Давно. Сил нет ходить так далеко. Она, наверное, уже без меня развалилась совсем.

— А если бы ты тогда показал нам, где её построил, то мы с Хорном могли бы ей пользоваться, оставаясь на ночь. Я ж теперь тоже медленно передвигаюсь, поэтому на охоту и перестал ходить.

— Да я и сам теперь не вспомню, где она, — хмыкнул дед и пошаркал на выход.

А не про этого ли деда говорила Аша? Вроде бы кто-то именно из её деревни помог ей в первое время… Проклятье! А будь что будет! Выбежав на улицу, я догнал его и преградил путь. На секунду засомневался в своем решении, но вынул кошель и, отобрав купюры старого образца, сунул ничего не понимающему деду в руку.

— Купи еды, лекарства и вообще всё, что нужно для оказания первой помощи. Срочно иди в свою хижину, там…

Не успел я договорить, как дед исчез, а я стоял возле того самого магазина и мимо меня проехал автомобиль.

— Что за издевательство-то такое? — воскликнул я и представил свой дом, чтобы переместиться, но оказался в лесу.

Сделав шаг, я провалился по колено в снег и во всё горло выругался. Не полегчало, наоборот, ещё больше разозлился. Сделал попытку переместиться, но ничего не вышло. Пришлось шагать в неизвестном направлении с целью уйти подальше от аномальной зоны. С каждым шагом становилось всё темнее и темнее. Мороз крепчал, и я ощутил знакомое покалывание в теле.

— Да сколько можно? — взвыл я, понимая, что я снова в прошлом.

Пробираясь среди деревьев в полной темноте, вдруг вдали я увидел дом. И не поверил своим глазам. Это был домик Аши. Стараясь не упасть, я поспешил к нему и, когда приблизился настолько, чтобы увидеть дверь, заметил, что она открыта и там кто-то ходит. Мужской силуэт наклонился, открыл печную дверцу, и огонь вспыхнул мгновенно, переходя на пол. Так это был не несчастный случай! Её хотел кто-то убить! И мне захотелось тут же узнать, кто это. Мне необходимо добраться до него, и вряд ли он доживёт до суда. На моих руках разгоралась искра, и я побежал со всех сил. Вот уже оставалось совсем немного, и я увидел, как мужик вышел, закрывая за собой дверь. Проклиная сугробы, что мешали мне поскорее добраться до убийцы, я наконец-то выбежал на поляну и накинулся на поджигателя. Повалил его на землю и ударил. Тот сопротивлялся и яростно отбивался, а когда через окно появился свет от пожара, я разглядел лицо Биргера и замер на секунду, не поверив своим глазам. Тот воспользовался моментом, оттолкнул меня и исчез, а я ринулся в дом. Внутри уже всё полыхало. Сквозь дым я разглядел ширму, за которой спала Аша, и, закричав: «Аша, проснись!» — сделал шаг к ней, но очутился снова в лесу, среди бела дня.

Сконцентрировавшись очередной раз, подумал о своей комнате и наконец-то переместился домой. Настроение было паршивым. Из головы не выходили эти видения, тем самым заставляя всё время думать о несчастной Замарашке. И тут я вспомнил, что она сегодня должна была забрать Жёлтый Камень. И у кого я мог узнать подробности? Конечно, у Омида. Переодевшись, я перенёсся в каменный домик. Хранителя я обнаружил в его пристройке. Он сказал, что мне повезло, потому что собирался уже уходить в подпространство на ближайшие сутки. И сейчас он не мог уделить мне достаточно времени. Тогда я задал самый интересующий меня вопрос:

— Для чего она брала тебя с собой?

— Не могу дать ответ, — оголил он руку, показывая узор магической клятвы.

Это меня ещё больше заинтриговало, но последующий его рассказ о демоне и убийстве Одноликих меня отвлёк и даже повеселил. Я помнил, как Аша рассказывала о том, что демон заключён в Агъяне, и каким же образом он мог убить Одноликих? Как ни пытался, но не смог себе представить лекаря в роли убийцы. Хотя он теперь некромант, и тёмная магия, скорее всего преобладает… Из всего услышанного меня больше удивило то, что они забрали оттуда Хранительницу Илмари Митру с её дочерью. Вот как раз наличие ребёнка у бывшей воительницы для меня стало шок-новостью.

— Так получается, что вам действительно можно иметь семью и даже детей? — уточнил я.

— То есть другое тебя не удивляет? — хмыкнул Омид.

— Тогда ты можешь выбрать себе любую красотку и не обязательно жить здесь.

— Я уже давно выбрал, но она теперь замужем, — буркнул он, отводя взгляд.

— Ты про Замарашку, что ли? На ней что свет клином сошёлся? — рассмеялся я.

— Ты слышал же слухи? Я бы не отказался на роль любовника по-настоящему, — мечтательно произнёс он, чем меня ещё больше развеселил. — Не смейся, ко мне даже приходил Хранитель Красного Камня.

— А ему-то какое дело до слухов? — продолжал я улыбаться, а затем вспомнил её в красном платье, и улыбка сползла с лица.

Как узнать, куда она в таком виде ходила? Если она так всегда теперь одевается, то можно понять Балодиса и его дикую ревность. Омид, увидев мою задумчивость, не спешил ничего говорить и молча наблюдал за мной. И тогда я решил рассказать ему о своих видениях. Он прикинул, когда эти события происходили, и предположил, что Биргер, скорее всего, выполнял поручение Камня, так как в те годы был уже Хранителем.

— Нереус частенько бранит Эдана за халатное отношение к его обязанностям. Там явно был другой посыл. Нужно было просто помочь девочке вернуться в столицу, но вышло, как вышло, — с грустью озвучил он свои мысли.

— Сжигать постоянно её жилища — это называется помочь? Раз не стало дома, то она должна была догадаться, что нужно прийти к Камню? Такая что ли логика у них? — разозлился я. — Нет что бы подойти напрямую и сказать, кем она является и что ей нужно теперь делать…

— Не нам решать судьбу человека, — вздохнул Омид. — Извини, мне пора.

— Тебе бы в проповедники, — злобно произнёс я.

Покинув пристройку, я посмотрел вслед Хранителю, скрывшемуся в каменном домике, и, желая немного остыть, я решил пройтись и перешёл через дорогу. Шагая вдоль академического ограждения, я незаметно дошёл до главных ворот и остановился, глядя на статую, установленную в честь архимагов. Адепты возвращались с прогулки в общежитие, и вдоль дороги постоянно останавливались машины, высаживая пассажиров. Вот подъехал чёрный автомобиль с номерами Балодиса, и я даже встрепенулся, ожидая увидеть его и желательно бы с Ашей. Откуда взялось такое желание, я не успел понять, но на тротуар вышел его сын с господином Дугданом. Мальчишка что-то спросил у своего надзирателя, и тот ответил, что сегодня уже поздно тревожить Хранительницу и ее дочь. Это я отчетливо услышал, потому что они подошли ближе к воротам. Мне тоже захотелось познакомиться с легендарной воительницей, поэтому шагнул навстречу и поздоровался. Господин Дугдан сразу меня узнал и пожал руку.

— Прошу прощения, я был у Омида, то есть у Хранителя Синего Камня Правды, и он сказал, что к нам прибыла Илмари Митра. Не подскажете, когда с ней можно будет увидеться? — сразу перешёл я к делу.

— Сам только что узнал, — ответил мужчина, поглядывая на своего подопечного. — Думаю, завтра в районе обеда. Юный господин как раз закончит обучение, и мы можем организовать праздничное знакомство. Ей с малышкой будет очень приятно наконец-то оказаться среди людей. Забронирую, пожалуй, банкетный зал, — кивнул он на ресторан, находящийся через дорогу.

Я тоже посмотрел туда и заметил смену вывески. Вот обычная забегаловка доросла сначала до академического кафе, а теперь и до ресторана. Попрощавшись, я отправился домой и расстроился, не обнаружив там Лами.

— Милая, я дома. Дико соскучился, — отправил ей вестник.

«Скоро буду, грей постель», — ответила она, поднимая мне не только настроение.

Аша

Сегодня я устроила себе выходной. После вчерашней нервной встряски и вечернего обжорства организм отказывался быть бодрым и идти на лекции. Мне, конечно, хотелось бы поскорее закончить начатое и отправить всех Камней спать, но Омиду нужен сегодня отдых. Он проведёт весь день с Нереусом, потому что заклинание сокрытия отнимает очень много сил. А вот завтра мы точно пойдём в Ягват. Провалявшись в кровати почти до полудня, мне пришёл вестник от Самала: «Нас пригласили на обед в ресторан». Коротко и ясно. Как всегда, никаких подробностей. Пришлось вставать и начать приводить себя в порядок. Кто там будет? Очередные аристократы? Скорее всего, да. Тогда нужно приличное платье и позвать госпожу Смилгу, чтобы помогла заплести волосы. Собравшись за два часа, я была готова к выходу, как появился Самал и, быстро скинув с себя свой ректорский пиджак, закатал рукава на рубашке и сообщил, что там будут только свои. «А раньше сообщить нельзя было? Я что, зря из себя царевну делала?» — мысленно возмутилась я, но взялась за предложенный локоть и ещё больше удивилась тому, что идти туда придётся пешком.

— Ты скоро совсем забудешь, как ногами ходить, — усмехнулся он, догадавшись по выражению моего лица. — Магия — это хорошо, но мышцы тоже нужно тренировать. Предлагаю в твою учебную программу добавить физические нагрузки. Побегаешь, разомнёшься немного, научишься приёмам самообороны, — накидывал он мне головной боли, пока мы шли по коридору.

Дело было в том, что я вообще не приспособлена к физическим занятиям. Всю жизнь мне сил хватало лишь на то, чтобы держаться вертикально и еле таскать свои ноги, а тут он предлагает обучаться самообороне.

На улице сегодня было необычайно солнечно и даже жарко по меркам поздней весны. В городе намного теплее, чем в деревне. Там у нас ещё, скорее всего, где-то по углам лежит снег. Хотя, я несколько дней не общалась с Юртом и не знаю, какая погода там… Шагая под руку с мужем, я пожалела, что напялила туфли. Одно дело, когда ты переместилась и по возможности сразу села за стол, а тут приходится идти приличное расстояние. Самал подстраивался под мой шаг и постоянно отвечал на приветствия адептов, что встречались нам на пути.

— Тебе идёт этот наряд, — вдруг дождалась я комплимента. — Для кого так вырядилась?

Ну вот! Я-то подумала, что он от большой любви решил сказать приятное, но нет… это снова говорит его ревность. Он думает, что я надела это платье для другого мужчины…

— Ты не сказал, к кому мы идём на встречу, поэтому понятия не имею, кто будет в ресторане, — слегка обидевшись, ответила я.

Этот ответ его удовлетворил, и это значит, что у него точно есть какой-то артефакт, определяющий ложь. Или это я стала настолько мнительной?

Обновлённое заведение ничем не напоминало бывшее кафе, в которое когда-то приводил меня Самал. Нас проводили в отдельное помещение, где был накрыт огромный стол. Места почти все были уже заняты. Действительно присутствовали мои знакомые люди и существа: Агъян с Джунией, Маруа с Фуратом, Тэун (правда, один), затем господин Дугдан с Суфьяном и даже Джикони с Саргоном. Вокруг них было свободно с обоих сторон по два стула, и я сразу же отправилась в их сторону. Остановившись рядом с Красноглазым, тут же словила негативные эмоции со стороны супруга, но он покорно подставил стул, и я лучезарно улыбнулась всем присутствующим, поймав на себе пристальный взгляд Тэуна. «Плохо. Очень плохо. Нельзя так на меня смотреть», — разволновалась я в ожидании новой ревностной реакции от Самала. Знала бы, что здесь будет огневик, надела бы мешок из-под картошки. Через минуту к нам присоединилась Илмари с Салви, а от Майги пришёл вестник, что она не сможет прийти, потому что Дениз капризничает и будет только мешать за столом. Уговаривать её не стали, тем более следом архимаг Готтард тоже извинился за своё отсутствие.

За вкусным обедом мы непринужденно общались между собой. Вначале, конечно же, всё внимание было направленно на Хранительницу, но потом все разошлись по своим интересам. Благо, стол был большой, и общаться мы могли друг с другом, не мешая соседу. Общительная Салви быстро нашла общий язык со всеми. С Суфьяном они договорились поиграть вечером у него в комнате, и после того, как ей надоело сидеть рядом с матерью и Фуратом, она неожиданно подошла к Саргону и залезла ему на колени. Возникла минутная, молчаливая пауза. Джини с любопытством рассматривала девочку, а затем медленно повернулась и вперилась пристальным взглядом в Илмари.

— Видать, отцовские гены проснулись, — выдохнула она. — Отец Салви обладал очень низким уровнем дара. Тёмной магии в нём было с ноготок, — показала она на своём мизинце. — Будущая некромантка она у меня. Если Самал не возьмётся развивать в ней стихию ветра, то отдам тогда господину Пэйону, — улыбнулась она, ласково посмотрев на дочь.

— С удовольствием обзаведусь ученицей, — слегка склонил голову Агъян.

— Я хочу быть с дядей, — высказала свою точку зрения юная магиня и обняла улыбающегося демонюку.

— Дядя уже занят, — фыркнула дроу, убирая от своего мужчины детские ручки.

Вся эта ситуация была настолько забавной, что я искренне радовалась возникшей в данный момент дружеской обстановке. Улыбка не сползала с моего лица, и я зачем-то посмотрела на Тэуна, тут же встречаясь с ним глазами. «Ну зачем он на меня так смотрит?» — перевела я взгляд в сторону. Дурацкое платье с дурацким вырезом на груди! Зачем я его надела? Оно провоцирует мужчину! Лучше бы он продолжал меня ненавидеть! Моя привязка стала слишком сильно на него влиять. Я не прощу себе, если из-за меня у него распадётся семья. Ламис — чудесная девушка, и она должна быть счастлива. Придётся снять с него мою печать. Только как улучить момент? С этими мыслями я делала вид, что участвую в препирательстве Джини с маленькой соперницей за тело Саргона, и, шутливо пощекотав девочку, перетащила к себе. Она была не против поразглядывать мои узоры.

— Красотаааа… Тоже хочу такие, — затребовала она.

— Вырастешь, и я подумаю, — улыбнулась я, отпуская девочку к матери.

Обеденное время подходило к концу, и все постепенно стали расходиться. Самал тоже встал и взялся за спинку моего стула, чтобы помочь мне подняться. Сидевший напротив меня Тэун продолжал взирать на меня, не отводя взгляда. Если это вижу я, то Самал тем более.

— Что ты хочешь сказать моей жене? — вдруг раздалось сверху.

— Зачем тебе Омид? — глядя мне в глаза, спросил Тэун.

Я напряглась, потому что даже Самал не спрашивал у меня об этом.

Если бы я и вправду переносила Камни в корону, то подпространство, в котором они существовали, просто схлопнулось бы, оставляя после себя пустоту. Даже от Хранителя ничего бы не осталось, но об этом знала только я. Илмари бы исчезла, а малышка осталась сиротой. Такой участи ребёнку я не желала, да и не могла я лишить жизни самого Омида, Чагдара и, в особенности, Онгона.

— Для красоты, — улыбнулась я, не желая говорить правду, поэтому выдала то, что первое пришло на ум.

Таким ответом я, по-моему, удивила всех, но не удовлетворила интерес Тэуна. Пришлось добавить:

— За компанию напросился. Хотел посмотреть, как происходит перенос, — озвучила я то, что когда-то в разговоре он упоминал.

— Тогда я тоже хочу, — подскочил со стула огневик, и я почувствовала, как напрягся теперь мой муж.

— Обойдёшься, — рыкнул он, и мы оказались в нашей спальне.

— Что это было? Ты что, научилась флиртовать? — тряхнул он меня, держа за плечи.

Я даже от неожиданности не удержала голову, и она мотнулась вперёд-назад. Видимо, тем самым он поставил мои мозги на место, вытряхнув всё хорошее настроение, и я поняла, что натворила. О, Мать-прародительница! Итак, все считают Омида моим любовником, а тут я ещё такое ляпнула.

— Чтобы я не видел рядом с тобой Гайлиса. А Хааса я просто убью, — вызверился Самал, начиная меня раздевать.

Только на простое раздевание это было совсем не похоже. Платье затрещало по швам, и меня просто-напросто вытряхнули из него.

— Стой! — воскликнула я, когда он кинул меня на кровать. — Остановись!

Но он совершенно ничего не слышал. Озверевшими глазами смотрел на меня, срывая с себя рубашку. Затем подошел и, схватив за ногу, снял туфлю, затем вторую. Может, такая страсть кого-то и возбуждает, но не меня. Я боялась. Мне было очень страшно. Мне всегда казалось, что когда он в таком состоянии — когда-нибудь не сдержится и ударит меня. Я прекрасно помню, как получала в детстве от кого ни попадя: то от женщины, которую раньше считала своей матерью, то от мальчишек, то от продавцов, но там хоть было за дело. Я воровала у них еду. А сейчас я боялась попасть под раздачу от бушующей магии в собственноручно созданном для меня Щите. «Пусть он выпустит пар на мне, чем пойдет убивать Тэуна», — решила я, позволяя срывать с меня нижнее бельё.

Когда Самал вроде бы успокоился, он даже не извинился. Поцеловал оставленные им синяки от грубых прикосновений, оделся и ушёл. Как мне теперь с Омидом попасть к Зелёному Камню? Вот что значит расслабилась и перестала следить за языком! Поднявшись с подушки, я села и обняла колени. С горьким вздохом я подумала: «Ладно, уж как-нибудь в Ягватскую империю попадём, а вот как мне усыпить Эдана, чтобы не встречаться с Онгоном?»

— Можно войти? — услышала я голос Джини.

Мне не нужно было ничего отвечать, потому что она и так знала, о чём я думала. Дверь открылась, и дроу торопливо приблизилась ко мне. Села на край кровати и уставилась на меня.

— Ты почему не дала ему отпор? Он твой Щит. Он слуга! Он должен тебе подчиняться. На полу должен ползать по твоему только хотению… Это всё твои детские страхи. Хочешь, я заблокирую эти воспоминания? — спросила она, оглядывая моё тело. У меня сейчас не было сил ни физических, ни моральных даже прикрыться.

— Не надо. Я скоро уйду отсюда… Попроси Саргона ускорить коронацию.

— Да он готов хоть сейчас. Ты знаешь его методы. Выкосит весь дворец, и заходи, живи на здоровье, — усмехнулась она.

Я поёжилась, вспомнив кучи растерзанных тел в Обители.

— Что у тебя с огневиком? — вдруг спросила она, и я напряглась от неожиданного вопроса.

— С каким? — уточнила я.

— Даже так? А что, ещё какой-то есть? Ты для меня сейчас закрытая книга. Я не смогла прочесть твои мысли, но он на тебя так смотрел…

— А как ты сейчас поняла, что было у меня с Самалом, если говоришь, что не можешь прочесть меня? — перебила я её.

— В такие моменты твой страх рушит защиту. И вот эта штука подсказала мне, что тебе больно, — помахала она рукой с моей меткой.

— Другие тоже это почувствовали? — испугалась я.

— Вряд ли. Среди них нет мага разума. Мы с тобой теперь в одной шкуре. Ты это ещё не поняла? Так что там у тебя с этим огненным красавчиком?

— Ничего. У него прекрасная жена, и я собираюсь лишить его печати.

— А чего же он не взял с собой жену, раз она такая прекрасная? — съехидничала дроу, укладываясь на живот.

Под подбородок она подложила руки и явно ждёт от меня каких-то откровений.

— Я думала, что ты обо мне уже давно всё знаешь. В голове моей ты как у себя дома была несколько месяцев.

— Мне больше делать нечего, как всю твою жизнь пересматривать. Не хочешь — не говори, но архимаг, похоже, исполняет свою угрозу. Сейчас Саргон сказал мне, что на городском полигоне кто-то резвится.

Я тут же подскочила и побежала к шкафу. Хватая без разбора одежду, я принялась одеваться, как вдруг рядом со мной появилась дроу и прикоснулась ладошками к моим щекам. Уставилась своими красными глазами в мои и, прикоснувшись лбом к моему лбу, зашептала:

— Приказывай! Ты можешь остановить это простым приказом. Оглуши их своей волей, и пусть знают, кому они принадлежат. Если не хочешь, то Саргон оторвёт головы драчливым петухам, и никуда тебе сбегать не придётся. Останешься со мной во дворце. От её ментальной волны меня покачнуло. Перед глазами всплыли тысячи огней, и я поняла, что это и есть городской полигон. Он был разграничен на большое количество участков, позволяющих одновременно упражняться паре десятков магов. Ошарашенная таким переходом, я не сразу сфокусировала зрение на двух магах, что лупили друг друга, заимствовав дар противника. Самал шмалял огненными шарами, а Тэун посылал огненные смерчи, подхваченные сильным ветром. Можно было бы подумать, что они просто тренируются, но на обоих уже не было живого места. Одежда — в лохмотьях. Кожа кровоточит, и красные капли разлетаются повсюду. Я и предположить не могла, что Тэун, оказывается, такой сильный. Он достойно сражается с архимагом, и только я мысленно его похвалила, как Самал поднял руку вверх и топнул ногой. Тэуна придавило к земле. Мне даже показалось, что я услышала хруст костей и сдавленный стон.

— Хватит! — крикнула я. — Я запрещаю калечить моих подданных, — проговорила за меня моим голосом Джикони, — и я поняла, что продолжаю стоять в комнате, а не на полигоне.

Самала скрутило, и он повалился на землю. Тэун тут же приподнялся и, облокотившись на руки, тряхнул головой, а я перестала их видеть. Теперь передо мной была широкая улыбка дроу.

По внутренней связи я позвала Агъяна. Он удивился, потому что мы давно так не общались.

«Быстро на городской полигон вместе с Джун. Там Самал с Тэуном. И передай моему мужу, что бы на глаза мне не попадался!»

— Приятно повиливать, не правда ли? — начала свою игру Джикони, почувствовав ослабление моих щитов.

— Я не останусь во дворце. Он весь твой, как и договаривались. Там у тебя будет много игрушек.

— Без тебя не интересно, — коварно улыбнулась она и, качая бедрами, вышла из комнаты.

Самал и вправду послушался и провёл ночь у Агъяна. Я впервые за эти несколько дней по-настоящему выспалась. Даже ночное покалывание рисунка меня не разбудило. Утром я проснулась сама по себе в семь тридцать и после утренних процедур вышла в соседнюю комнату на завтрак. Стол, как всегда к этому времени, был накрыт, и я с огромным удовольствием поела в одиночестве. Периодически дергало ладонь, но я старалась не обращать внимания. Драчуны должны были быть под присмотром Агъяна с Джун, так что ничего с ними не случится. А поболеть даже будет им на пользу. Тэун, конечно, ни за что пострадал, но скоро я освобожу его от этих мучений. Я прекрасно помню, как он просил убрать печать. Сконцентрировалась на ладони и приглушила неприятные ощущения, чтобы не обращать больше на неё внимания, и принялась выбирать наряд, подходящий к визиту с Императором. Оглядев себя в зеркале, я, не теряя времени, переместилась в каменный домик. Омид ждал меня в своей синей сутане, и мы, взявшись за руки, отправились прямо во дворец.

Появившийся Олхазар сильно удивился отсутствию архимага, потому что о моём прибытии именно он вчера предупредил своего друга.

— Наказан, — последовал от меня короткий ответ, и мы тут же были приглашены на аудиенцию к Императору.

В тронном зале, как и в прошлый раз, у стены стояли советники. На боковых сиденьях располагались принцы, и их отец появился из-за шторы.

— Я надеюсь, ты определилась с выбором? — спросил он, хитро ухмыляясь.

— Конечно. Моими мужьями станут все три ваших сына. Намджуна за прошлый ласковый приём я назначу вторым мужем, Санджар станет третьим, потому что я так хочу, а четвертым возьму Раянджи за легкую внушаемость.

— Я не хочу быть четвертым, — воскликнул самый наделавший дел молодой мужчина.

— Смешные шутки шутишь, — рассмеялся Император.

— Я серьёзна как никогда, — улыбнулась в ответ.

— Отец, я не хочу на ней жениться! — воскликнул старший принц.

Намджун пока молчал. Омид, похоже, пребывал в лёгком шоке, потому что мы не оговаривали цель прибытия во дворец.

— Я приготовил для тебя дары в знак признательности. Ты спасла мою империю от краха. Так же от моего отца остались подарки для Гамиры, поэтому Цветочный дворец теперь твой. Можешь жить в нём даже со своим мужем. Я не буду против.

— Спасибо. Я как раз хотела бы посмотреть, что осталось от моей прабабушки. Как вы знаете, в моем царстве всё уничтожили.

— Отец, разреши, я провожу несравненного Потомка, — вскочил Намджун.

Император махнул рукой, давая разрешения, и я поклонилась, выказывая уважение старику. Затем, взявшись под локоть теперь уже точно ошалевшего Рыжего, мы последовали за истеричным принцем.

Шагая по длинным коридорам, я поглядывала через арки на улицу, но никаких девушек я там не увидела.

— Я хочу, чтобы вы перестали держать рабынь, тех, кто попадает к вам не по своей воле, — сказала я, обращаясь в спину Намджуна.

— У себя будешь порядки наводить, а сюда не лезь, — приблизился он так близко, что навис надо мной, и мне пришлось немного задрать голову. — Хорошо, что не взяла с собой своего Щита. Я не забываю обид, поэтому ты будешь сегодня стонать подо мной всю ночь, а сейчас ты приласкаешь мой член, — слегка наклонился он и схватил меня за плечо.

Омид мгновенно среагировал и, оттолкнув принца, задвинул меня себе за спину. Не ожидая такого поворота, я слегка запаниковала, но уверенности в своих действиях мне прибавил сам принц:

— И шлюху белобрысую мне верни. Мой шпион донёс, что твой Щит вчера прикончил её мужа, так что она будет моей рабыней.

Вот за Ламис мне стало обидно. И что значит «прикончил»? Сконцентрировавшись, я послала мысленный вопрос Агъяну:

«Что с господином Хаас?»

«Он в лекарском. Самал запретил лечить».

«С каких это пор для тебя на первом месте приказ Самала, а не здоровье пациента?» — разозлилась я.

«Я с ним солидарен», — равнодушно ответил некромант.

«Поговорим позже. Я занята сейчас. Приказываю не дать умереть Тэуну и передай Самалу, что в академии шпион ягватского принца», — в конец озверела я от таких новостей и перевела взгляд на ухмыляющегося Намджуна.

Пришлось срочно включать дурочку и, придав лицу безмятежный вид, я заговорила ласковым голосом:

— Хорошо. Я сделаю, как пожелает мой господин, тем более сама этого хотела. Всё это время о тебе и думала.

Омид даже слегка повернулся, чтобы посмотреть на меня, на что принц похабенько улыбнулся.

— Хранитель, не могли бы вы отойти немного подальше? Я хочу своему будущему мужу сделать приятное, — продолжала я издеваться над дурачком-принцем.

Омид предсказуемо не пошевелился, и мне пришлось обойти его. Глядя в надменное лицо пока ещё не знающего, что такое боль, молодого мужчины, я подошла к несчастному.

— Разреши это сделать здесь? — потянулась я к поясу его шаровар.

Тот кивнул, вытягивая руку, чтобы положить её мне на голову и опустить на колени, но я перехватила её и влепила со всей мощи печать подчинения. Тот, ожидаемо, закричал, схватился за запястье и повалился на каменный пол. В судорогах его тело выгибало. Крик перешёл в стоны, а затем он молча продолжал корчиться, сунув руки между ног.

— А теперь веди нас в мой Цветочный дворец, — шепнула я, наклонившись к его уху.

Тот как-то странно взвыл и ещё больше согнулся, лёжа на боку.

— Ему нравится эта боль. Сейчас ты ему доставляешь огромное удовольствие, — озадачил меня Омид.

А я и забыла, какой он талантливый эмпат. Выждав пару минут, я стала наблюдать, как принц с трудом начал подниматься, и сразу заметила приличный бугор в его шароварах. «Кто бы мог подумать», — изумилась я.

Пока я осматривала свои владения, Намджун смиренно стоял на коленях возле порога. Всё-таки как хорошо, что Джини научила меня подчинять людей. А я, глупая, ещё сопротивлялась, говорила, что никогда не смогу такого сделать с живым существом. Омид оставался рядом с принцем и периодически окликал меня, если я надолго пропадала в какой-нибудь из комнат. Дворец был большой. Очень высокие потолки не давали помещению нагреваться за день, и естественная вентиляция из соседнего цветущего сада приносила различные ароматы цветов. Сокровищ тут оказалось и вправду много: ткани, ковры, золото, украшения, наряды, посуда — и всего не перечислить. Побродив ещё немного среди сказочного богатства, я наконец-то увидела то, что искала. В ящике стола лежали чёрно-белые фотографии моей прабабушки. На одной была изображена довольно странная семья: миниатюрная женщина с маленьким остроухим ребёнком на руках, а за спиной стоял Илф'олг. На другой снова была она, но в объятиях огромного мужчины. Её макушка была на уровне груди Даррела. Я догадалась, кто он, по повышенной волосатости. Из-под рубашки торчали во все стороны густые волосы, и я поразилась: неужели Алек тоже будет таким громилой? Полистав рядом лежащий блокнот, я поняла, что это дневник, поэтому вложила в него фотографии и закинула настоящее сокровище себе в подпространство.

— Теперь можно и к Камню, — обратилась я к Омиду.

— А как же он? — кивнул он на замершего принца.

— Посидит ещё часик и пойдет к себе, — ответила я, беря Хранителя за руку.

Лицо Гамиры, высеченное в скале, и огромная рука приводят в восторг своей монументальностью. Хоть я и в третий раз здесь, но великое творение здешних магов меня поистине восхищает. Омиду тоже очень понравилось увиденное. Мы стояли с ним на этой огромной ладошке и смотрели в разные стороны. Вид открывался волшебный. Вдалеке виднелось море, а вокруг — непроходимые джунгли с диковинными животными и птицами. Призвав свой дар, которым я в последнее время очень редко пользовалась из-за неимения времени посетить хотя бы зоопарк, я ощутила поблизости несколько обезьян, трех огромных варанов и кучку мелких грызунов. Птицы щебетали о своих ежедневных делах, и я, заслушавшись, пропустила, как к нам подошёл Чагдар.

— Рад видеть вас, — слегка склонил он голову.

— И я рада, — протянула я руку.

Молодой парень, не привыкший к прикосновениям, несмело дотронулся к моим пальцам, но мне нужно было поставить ему свою метку, чтобы он не смог кому-либо рассказать о том, что Камни спят.

— Я не умею жить среди людей, — грустно произнёс он, рассматривая появившийся узор.

— Отец тебе поможет. Ты не один. Если захочешь, то можешь жить в Цветочном дворце. Заодно присмотришь за моим имуществом.

— Разве ты не собираешься тут остаться? — удивился он.

Я отрицательно качнула головой.

— Ты изменилась с последней нашей встречи и не только внешне, — проговорил он, принимая свою участь.

— Поживёшь с Самалом и драться научишься, — выдохнула я и отправилась в чертоги Зелёного Камня.

В его сказочном лесу я опустилась на зелёную лужайку и ощутила дикую усталость. Меня стремительно покидали силы. Прикрыв глаза, я магическим зрением посмотрела на своих отмеченных, и со всеми было всё в порядке, кроме Тэуна. Жалость острой иглой кольнула моё сердце. «Ничего. Я скоро приду и помогу ему», — подумала я, не замечая, как улеглась на мягкую траву и уснула.

— Ты неправильно поставила подчиняющую печать, а ещё твой отмеченный огневик вытянул с тебя изрядную долю твоего резерва, — разбудил меня Илф'олг.

— Ну и ладно, — ответила я, переворачиваясь на спину.

Мне здесь было необычайно хорошо. Как же я скучала по лесу! Невыносимо надоел город. Дроу подсел рядом и рассказал, как мне следовало бы поступить с принцем, а затем попытался отговорить от моего побега, но я давно уже всё решила. Я боюсь, что Самал начнёт убивать каждого, кто на меня посмотрит. И чтобы никого не сводить с ума, мне лучше жить одной.

— Я не хочу покидать её. Я не хочу засыпать, — молвил дроу, а сам держал в руках подушечку, на которой лежал изумруд.

— Моурн присмотрит за вами. Я оставлю камешек на саркофаге.

— Обещай, что когда-нибудь разбудишь меня.

— Не могу обещать. Жизнь непредсказуема, — притронулась я к изумруду, и тут же оказалась в тёмном склепе.

Мороз пробежался по коже, но появившийся одновременно со мной Чагдар осветил помещение тусклыми светлячками. Я боялась этого места и не хотела случайно вызвать видения прошлого, поэтому очень быстро положила на крышку саркофага душу дроу и, нервно схватившись за руку Хранителя, мы вернулись на каменную ладонь.

Омид принялся сразу же выполнять свою работу, а я окинула взглядом в последний раз прекрасные просторы.

Вернувшись теперь уже вместе с Чагдаром в Цветочный дворец, я наткнулась на мирно спящего принца. Он не стал уходить, а завалился на мой диван. Я хотела тут же уйти, но Намджун проснулся, увидел меня, ловко перекатился на пол и по-собачьи, на коленках, пополз ко мне.

— Госпожа, — молил он, а я напугалась, что свела с ума младшего императорского сыночка. — Молю. Не оставляй меня. Я прогоню всех наложниц и рабынь. Я буду твоим вторым мужем, да хоть пятым, но не прогоняй меня, — продолжал он ползти ко мне.

Омид прыснул в кулак и отвернулся, а Чагдар непонимающе смотрел на это представление.

— Я никогда не испытывал такого наслаждения. Молю! Если не захочешь здесь жить, забери меня к себе. Я буду целовать твои ноги…

— Омид, что мне делать? — шепнула я во всю уже смеющемуся парню.

— Давай так оставим? Пусть ждёт твоей милости.

— Не навредила ли я?

— Нет. Он такой и был.

Пока я советовалась, извращенец дополз до меня и, обхватив мои колени, уткнулся лицом в мои руки. Ими я успела прикрыть стратегическое место, иначе он своим слегка горбатым носом уткнулся бы прямо туда. Чагдар попытался оторвать от меня принца, но тот держал меня мёртвой хваткой. Чуть не завалившись на него, я рассмеялась и представила, что было, если бы это увидел Самал. Омиду надоело смотреть на эту дикость, и, прикоснувшись к его вискам, он мгновенно усыпил неадекватного парня. Затем они с Чагдаром взяли принца за руки и ноги и уложили обратно на диван. Я сама еле стояла на ногах, поэтому, попрощавшись с Хранителем Зелёного Камня, взялась за локоть Омида и представила свою кровать.

Вернулись мы домой поздно вечером. Омид, увидев, куда я нас перенесла, тут же сбежал, а я, дождавшись, как только закроется за ним дверь, сняла с головы платок, затем стянула с себя платье. Завела руки за спину, расстегнуть бюстгальтер и, повалившись на кровать так и замерла попой кверху. «Если кто-то увидит выходящего от меня Хранителя, то будет полный звездец», — подумала я, мгновенно засыпая.

«Полный звездец» пришёл слишком быстро. Самал столкнулся с Рыжим у входной двери и, проводив гневным взглядом смущенного парня, даже ничего не сказал, но прямиком ворвался в спальню. А тут картина маслом: моё платье на полу, а я в расстёгнутом нижнем белье на краю кровати со свисающими ногами. Так трудно я ещё не просыпалась. От головокружения меня даже затошнило. Это Самал крутил меня, пытаясь разбудить, чтобы выяснить отношения. Он что-то кричал, а я сначала не понимала ни слова, а потом до меня стали долетать обрывки фраз:

— … отомстить решила? Почему именно с ним? Что я делаю не так? И что он лучше меня?

— Да о чём ты говоришь? — спросила я, наконец-то приходя в сознание.

— Омид Гайлис только что вышел отсюда, — чуть ли не по слогам произнёс он. — Не могли вы хотя бы не в стенах академии?

— Что не могли? — начинала я глумиться над ревнивцем.

Самал кинул меня на кровать и вскочил.

— Почему вы были так долго в Империи? — попытался он взять себя в руки, но не смог. — Вам там не хватило времени? Зачем ты притащила его сюда? — снова взревел муж.

— Да не было ничего! — сдалась я. — Ты что, веришь слухам? Где твоё кольцо-артефакт? Давай, проверь мои слова на нём.

— Говори, — он извлёк из кармана брюк предмет, похожий на кусок стекла, замотанный проволокой, и моя догадка оказалась верна: он заменил кольцо на что-то более серьёзное.

— Я сегодня весь день провела с Хранителем Омидом Гайлисом. Несколько раз по необходимости перемещения я прикасалась к его рукам. Больше контакта с ним не было, — проговорила я, заворачиваясь в одеяло. Самал постоял некоторое время, а потом сел рядом и со вздохом попросил прощения.