Утро четвёртого дня выдалось холодным и ясным.

Небо — высокое, бледно-голубое, без единого облака. Солнце стояло низко, едва поднявшись над кронами леса, и длинные тени деревьев ложились на траву перед поместьем, как пальцы тёмной руки. Роса блестела на каждой травинке — мелкие, ледяные капли, которые обжигали босые ноги. Эрик был не босиком — старые сапоги, разношенные, на размер больше, — но холод пробирался и через них.

Бран ждал у ворот. Копьё, меч, кожаный жилет. Рядом — Фен. Молодой пастух, двадцать два года, тощий, жилистый, с быстрыми нервными глазами. На поясе — топор. Тот самый, единственный хозяйственный. В руках — копьё с деревянным наконечником, обожжённым на огне.

Эрик подошёл. На поясе — костяной нож. Лучший из трёх, с уроном шесть. За спиной — два пустых мешка. В руке — второе копьё. Тоже с деревянным наконечником — железные он пока не ковал, горн стоял.

— Три цели, — сказал Эрик. — Дерево для угля. Мясо. Трофеи. В таком порядке.

Бран кивнул. Фен — тоже, часто и нервно. Парень боялся. Эрик это видел — в подрагивающих пальцах на древке копья, в частом дыхании, в том, как Фен облизывал губы. Но он стоял здесь. Не сбежал, не отказался. Стоял и был готов идти.

Храбрость — не отсутствие страха. Храбрость — это стоять, когда страшно.

Бран снял засов. Ворота открылись — скрип петель, привычный, почти родной. За воротами — мир. Трава, дорога, лес.

Они вышли.

Маршрут Бран выбрал заранее: вдоль оврага с ручьём, мимо глиняного обрыва — того самого, где Эрик набирал глину, — дальше на север, к роще сухостоя. Там — мёртвые деревья, серые, без листьев, с облезшей корой. Рубить живое дерево — долго и тяжело. Сухостой — быстрее, легче, и уголь из него получается не хуже.

Шли молча. Бран — впереди, копьё наперевес. Фен — чуть позади справа. Эрик — слева, на полшага сзади. Треугольник. Не строй — скорее, привычка, которую Бран вбил в них за первые пять минут: «Идём треугольником. Я впереди. Вы — сзади, по сторонам. Если тварь — я первый. Вы — добиваете или бежите. Не геройствуйте.»

Лес приближался. Стена деревьев — ели, сосны, берёзы, что-то с серой корой и почти чёрными листьями — стояла молча, как строй солдат. Между стволами — тени, кусты, папоротник. Запах — хвоя, прелая листва, мох. И что-то ещё. То самое кислое, животное, что Эрик помнил с первого выхода. Метка территории. Шипохвосты.

Они вошли в лес. Свет изменился — стал тусклым, зеленоватым, рассеянным. Кроны деревьев сомкнулись над головой, и небо превратилось в мозаику из листьев и просветов. Тишина. Не мёртвая — живая. В тишине прятались звуки: шорох ветра в кронах, поскрипывание стволов, далёкое журчание ручья. И — где-то на грани слышимости — лёгкий, частый стук. Дятел? Может быть. А может — когти по коре.

Эрик шёл и смотрел. Навык «Базовая оценка» — второй уровень «Сбора» — работал пассивно, автоматически. Стоило увидеть живое существо, и информация всплывала:

Мелькнуло справа, в кустах:

[Чернолапый заяц — ур. 1]

Серая тень метнулась между папоротниками и исчезла. Мелкий, быстрый, безобидный. Не стоит внимания. Не сейчас.

Ещё один — слева, под ёлкой:

[Чернолапый заяц — ур. 1]

Зайцы были везде. Мелкие, чернолапые, с вытянутыми мордами и длинными ушами. Они шмыгали по подлеску, жевали корни и грибы, и убегали при малейшем шуме. Безвредные — но раздражающие: каждый раз, когда один мелькал на периферии зрения, Эрик вздрагивал, принимая его за шипохвоста.

Десять минут ходьбы. Пятнадцать. Овраг — знакомый, с ручьём и глиняным обрывом. Эрик мельком глянул на глину — рыжая, жирная, влажная. Запасы в инвентаре есть, но если понадобится ещё — знает, где брать.

Дальше. Глубже. Деревья становились выше, стволы — толще. Подлесок — гуще, мох — плотнее. Запах менялся: к хвое и прели добавилась сладковатая гниль — где-то рядом лежало упавшее дерево, рассыпающееся в труху.

И тут Бран остановился.

Поднял руку — жест «стоп». Эрик и Фен замерли.

Тишина. Секунда. Две. Три.

Эрик услышал — или скорее почувствовал. Шорох. Не заячий — тяжелее, медленнее. Что-то двигалось справа, за кустами, в двадцати шагах. Не быстро. Не крадучись. Уверенно, как хозяин территории.

Оно вышло на прогалину.

Шипохвост.

Эрик видел его второй раз в жизни, но узнал мгновенно. Серое тело, вытянутое, низкое. Короткие мощные лапы с широкими подушечками. Голова — безухая, плоская, с широкой пастью и маленькими глазками, утопленными в кости черепа. По хребту — ряд костяных наростов, серо-жёлтых, как старая слоновая кость. Хвост — длинный, гибкий, с костяным шипом на конце. Шип блестел — тёмный, влажный, покрытый чем-то маслянистым.

«Оценка»:

[Шипохвост — ур. 2]

Уровень два. Средняя опасность. Эрик уже знал — с первого выхода, когда Бран убил одного у ручья. Быстрые, но трусливые поодиночке. Опасны в стае. Шип ядовит.

Тварь стояла на прогалине, повернув голову к ним. Маленькие глазки — тусклые, без зрачков, без выражения — смотрели. Принюхивалась. Ноздри — два узких разреза по бокам морды — раздувались.

Бран перехватил копьё. Медленно, без резких движений. Тварь отреагировала — повернула голову, оскалилась. Из пасти показались зубы — мелкие, острые, как осколки стекла, в два ряда. Шип на хвосте дёрнулся — раз, другой. Нервно.

— Один, — тихо сказал Бран. — Одиночка. Не нападёт первым, если не подойдём.

— Нам нужны его трофеи, — сказал Эрик. Тоже тихо.

Бран скосил глаза. Секунда — оценка. Потом кивнул.

— Фен, стой здесь. Если побежит к тебе — бей топором. Сверху вниз, по хребту. Молодой господин — за мной, но не ближе трёх шагов.

Они двинулись. Медленно, шаг за шагом. Бран — впереди, копьё наперевес. Эрик — позади, со своим копьём, сердце стучало в рёбра.

Пятнадцать шагов. Десять. Тварь зашипела — низко, предупреждающе. Хвост поднялся, шип нацелился на Брана.

Восемь шагов. Пять.

Шипохвост атаковал.

Рывок — взрывной, мгновенный. Серое тело метнулось к Брану, пасть распахнулась, когти заскребли по земле. Бран ударил — не размахиваясь, коротко, от бедра. Копьё вошло в бок тварь сбоку. Не глубоко — толстая шкура, мышцы под ней. Но достаточно, чтобы сбить направление атаки.

Шипохвост взвизгнул — высокий, резкий звук, от которого заложило уши — и крутанулся, пытаясь вырвать копьё из рук Брана. Хвост хлестнул — шип рассёк воздух в сантиметре от предплечья стражника. Бран отступил, удерживая копьё, наваливаясь весом.

Эрик подошёл сбоку. Три шага — Бран сказал «не ближе трёх», но тварь была прижата копьём, билась, визжала, и Эрик видел — нужен ещё один удар, чтобы закончить.

Он ударил копьём. В шею, туда, где шкура казалась тоньше. Наконечник — деревянный, обожжённый — вошёл неглубоко. Кожа и мышцы. Тварь дёрнулась сильнее.

Ещё удар. Глубже. Хруст — наконечник пробил что-то внутри. Тёмная кровь — густая, с зеленоватым оттенком — хлынула по древку. Шипохвост захрипел, лапы подогнулись, хвост бил по земле — раз, другой, третий — и затих.

Тишина.

Эрик стоял над тварью, тяжело дыша. Руки тряслись. Копьё в руках было липким от крови. Сердце колотилось так, что казалось, рёбра треснут.

Первый убитый мной монстр.

Нет, не первый — Бран сделал основную работу. Но Эрик нанёс решающий удар. Это считалось. Система согласилась:

[Опыт получен: +15]

[Участие в бою: копьё, колющий удар, добивание]

Пятнадцать очков опыта. Не много — но первые боевые очки.

Эрик присел рядом с тушей. Положил ладонь на серую шкуру. Тёплая ещё. Под пальцами — жёсткая щетина и твёрдые наросты.

«Сбор».

[Сбор завершён]

Получено:

— Шкура шипохвоста x1

— Костяной нарост x3

— Мясо шипохвоста x2

— Жилы x1

Четыре позиции вместо трёх — жилы не выпадали с первого шипохвоста, которого убил Бран у ручья. Второй уровень «Сбора» — плюс пять процентов к извлечению — работал. Разница маленькая, но заметная.

Бран вытер наконечник копья о траву. Посмотрел на пустую тушу — ссохшуюся, полую, как сброшенная кожа змеи.

— Никогда к этому не привыкну, — сказал он. Без осуждения. Просто констатация.

Эрик не ответил. Убрал добычу в инвентарь и встал.

— Дальше, — сказал Бран. — Сухостой — через десять минут.

Роща сухостоя — десяток мёртвых деревьев на краю оврага. Серые стволы, голые ветки, облезшая кора. Некоторые ещё стояли, некоторые накренились, опираясь на соседей. Корни — полуобнажённые, вылезшие из земли, как пальцы мертвеца.

— Рубим, — сказал Эрик. — Фен — толстые стволы. Я — ветки, мелочь. Бран — охрана.

Фен кивнул, перехватил топор и подошёл к ближайшему дереву. Примерился. Замахнулся. Удар — сухой, звонкий, дерево вздрогнуло, от ствола полетели щепки. Ещё удар. Ещё. Фен рубил уверенно — пастух, привыкший к работе на открытом воздухе, к топору и пиле. Руки знали, что делать.

Эрик взялся за ветки. Рубил ножом — железным, своей ковки. Толстые ветки поддавались с трудом, тонкие — легко. Складывал в вязанки. Параллельно — «Сбор» на каждом стволе, каждой ветке, каждом пне, до которого мог дотянуться.

Первый ствол:

[Сбор завершён]

Получено:

— Сухая древесина x3

Три единицы. Ствол — целый, большой — дал бы больше, если срубить и обработать целиком. Но «Сбор» извлёк только то, что мог при текущем уровне навыка. Остальное осталось мёртвым деревом.

Значит, «Сбор» — не всемогущ. Из крупного объекта он берёт часть. Чем выше уровень — тем большую часть. Значит, нужно прокачивать.

Второй ствол — четыре единицы. Третий — три. Пень — одна. Ветки — по одной-две.

И неожиданный дроп.

Эрик провёл «Сбор» по стволу с длинной трещиной — и вместо обычной древесины получил:

[Сбор завершён]

Получено:

— Сухая древесина x3

— Кора (сухая) x2

— Древесная смола x1

Смола. Кусок затвердевшей смолы из трещины в стволе — янтарно-жёлтый, прозрачный, с пузырьками воздуха внутри. Интерфейс описал:

[Древесная смола]

Качество: обычное

Тип: материал (прочее)

Свойства: горючая, липкая при нагреве, водостойкая

Применение: клей, герметик, розжиг, факелы

Клей. Водостойкий клей.

Эрик замер, держа кусок смолы в руке. Маленький, размером с грецкий орех. Полупрозрачный, с запахом хвои.

Клей означал, что можно крепить лезвия к рукоятям надёжнее — не обмоткой, а клеем плюс обмотка. Двойная фиксация. Герметизировать швы на кожаных изделиях — вода не будет проникать. Делать факелы — смола горит ярко и долго. Десятки применений. Маленький кусок смолы — и целый веер возможностей.

Он провёл «Сбор» на остальных стволах с особым вниманием — искал трещины, наплывы, дупла. Нашёл ещё один кусок смолы. Итого — два.

К концу часа:

Собрано:

— Сухая древесина x22

— Кора (сухая) x8

— Древесная смола x2

Двадцать две единицы древесины. Хватит на одну угольную пирамиду, которая даст тридцать-тридцать пять единиц угля. Угля хватит на неделю ковки. Неделя ковки — десятки предметов: ножи, наконечники, скобы, гвозди, петли, может, даже топор.

Фен тем временем свалил три дерева и разрубил на чурки. Каждая — длиной в локоть, толщиной в руку. Ровные, аккуратные — Фен знал, как рубить. Чурки не помещались в инвентарь Эрика — инвентарь имел ограничение по весу, и он был уже наполовину забит. Фен взвалил вязанку на плечи. Тяжело, но парень был жилистый и упрямый.

Обратный путь.

Они возвращались тем же маршрутом — вдоль оврага, мимо глиняного обрыва, к опушке. Бран шёл впереди, как всегда. Фен — позади, согнувшись под вязанкой. Эрик — посередине, с мешком и копьём.

И тут Эрик увидел второго шипохвоста.

Тварь стояла на тропе — в тридцати шагах, прямо на пути к поместью. Крупнее первого. Наросты на хребте — больше, темнее. Глаза — ярче, злее. Шип на хвосте — длинный, покрытый тёмной жидкостью, блестящей в рассеянном свете леса.

«Оценка»:

[Шипохвост — ур. 2]

Тот же уровень, но крупнее. Старше. Опытнее.

Тварь увидела их и не убежала. Стояла, раскачиваясь на передних лапах, голова опущена, пасть приоткрыта. Зубы. Шип. Мышцы, перекатывающиеся под серой шкурой.

— Не обойти, — тихо сказал Бран. — Тропа узкая, овраг справа, кусты слева. Придётся через него.

— Фен, поставь вязанку, — сказал Эрик. — Возьми топор.

Фен опустил чурки. Руки тряслись, но топор он перехватил уверенно — двумя руками, лезвием от себя. Пастух, привыкший к волкам. Это было другое, страшнее — но рефлексы работали.

Бран шагнул вперёд. Копьё — наперевес. Тварь зашипела — низко, угрожающе.

И прыгнула.

Быстро. Очень быстро — быстрее, чем первый шипохвост. Серое тело метнулось к Брану, целя в ноги. Бран отступил, ударил копьём сверху вниз — наконечник скрежетнул по костяному наросту, высек искры и соскользнул. Тварь не замедлилась — крутанулась, обошла копьё и метнулась снова.

Хвост хлестнул. Шип — длинный, тёмный — описал дугу и чиркнул по предплечью Эрика.

Боль пришла не сразу — сначала было ощущение удара, как будто кто-то щёлкнул по руке линейкой. Потом — жжение. Острое, горячее, расплывающееся от царапины по всему предплечью. Кожа рассечена — неглубоко, шип прошёл вскользь, — но из ранки сочилась кровь, смешанная с чем-то зеленоватым. Яд.

[Получен урон: 6]

[Статус: лёгкое отравление (слабое)]

[Длительность: 15:00]

ОЗ: 79/85

Шесть единиц урона. Лёгкое отравление. Таймер — пятнадцать минут.

Рука онемела. Не полностью — пальцы ещё слушались, — но запястье горело, и по предплечью ползло тепло. Нехорошее, чужое, как будто что-то живое двигалось под кожей. Сердце забилось быстрее — или это адреналин, или яд воздействовал на сердечно-сосудистую систему. Эрик не знал. Знал только, что нужно кончать бой. Быстро.

Фен ударил.

Парень зашёл сбоку — пока тварь была сосредоточена на Бране и Эрике — и рубанул топором. Лезвие врезалось в бок шипохвоста, между наростами, глубоко. Кровь — тёмная, густая — хлынула. Тварь взвизгнула, развернулась к Фену, хвост хлестнул — и шип врезался в землю в сантиметре от ноги пастуха. Фен отпрыгнул — быстрый, как кошка, инстинкт пастуха, привыкшего уворачиваться от рогов и копыт.

Бран ударил копьём. Сверху, в основание шеи. Наконечник пробил шкуру — на этот раз попал между наростами, в мягкое место. Глубоко. Тварь дёрнулась, захрипела, лапы подогнулись.

Эрик — левой рукой, правая онемела — перехватил копьё и ткнул в бок. Не сильно — левая рука слабее правой, удар вышел неуверенный. Но наконечник вошёл в уже открытую рану, расширяя её.

Шипохвост упал. Забился. Десять секунд агонии — когти скребут землю, хвост бьёт по сторонам, пасть хватает воздух. Потом — тишина.

Эрик отступил. Посмотрел на свою руку. Царапина — красная полоса на предплечье, длиной в ладонь. Неглубокая — шип прошёл вскользь, не вошёл в мышцу. Но кровь текла, смешиваясь с зеленоватой жидкостью. Яд.

— Промой, — сказал Бран. Голос — ровный, командный. — Ручей. Сейчас.

Эрик спустился к ручью. Склон оврага был скользким от мха, и он чуть не упал — ноги подкашивались, то ли от яда, то ли от адреналина. Добрался до воды. Сунул руку в ручей.

Холод ударил, как кулак. Ледяная вода — горная, родниковая — обожгла рану. Зеленоватая жидкость смылась, кровь потекла чистая, красная. Жжение ослабло. Не ушло — но стало терпимым.

Статус «лёгкое отравление» мигнул. Таймер: 13:42… 13:41… 13:40…

Тринадцать минут. Потом пройдёт. Терпеть.

Он обмотал предплечье полоской ткани — оторвал от подола рубахи, завязал узлом. Ткань мгновенно пропиталась кровью, но кровотечение было слабым. Капиллярное, не артериальное. Жить будет.

Поднялся наверх. Бран стоял рядом с тушей, вытирая копьё о траву. Фен сидел на земле, обхватив колени руками. Бледный, но целый. Топор — в крови.

— Молодец, — сказал Бран Фену. Коротко, без деталей. Для Брана — практически хвалебная ода.

Фен кивнул. Губы подрагивали, но на лице — тихая, осторожная гордость. Он ударил чудовище топором и попал. Он не замер, не убежал, не бросил оружие. Он — справился.

Эрик подошёл к туше. Присел. Левая рука — на серой шкуре.

«Сбор».

[Сбор завершён]

Получено:

— Шкура шипохвоста x1

— Костяной нарост x4

— Мясо шипохвоста x2

— Ядовитая железа (малая) x1

Четыре нароста вместо трёх — крупная особь, больше материала. И новый предмет. Ядовитая железа. Эрик мысленно ткнул в строчку:

[Ядовитая железа (малая)]

Качество: низкое

Тип: материал (алхимия/яд)

Свойства: содержит слабый нейротоксин

Применение: отравленное оружие, алхимия, противоядие (при наличии навыка)

Отравленное оружие. Намазать наконечник стрелы ядом шипохвоста. Или лезвие ножа. Тварь, ранившая его, — ядовита. Но яд — оружие. И теперь оно у Эрика.

Он убрал железу в инвентарь. Встал. Голова чуть кружилась — яд? Или просто устал? Стамина: тридцать один из шестидесяти одного. Здоровье: 79/85. Отравление: 11:28… 11:27…

— Уходим, — сказал Бран. — Два шипохвоста за час — значит, рядом территория стаи. Если появится ещё один — или, хуже, несколько, — втроём не отобьёмся. Особенно с раненым.

Он посмотрел на руку Эрика. Повязка — пропитанная, но кровь уже не текла.

— Я в порядке, — сказал Эрик. — Пройдёт.

— Знаю, — ответил Бран. — Но в следующий раз — стойте за мной.

Фен поднял вязанку. Они двинулись к поместью.

Вернулись без происшествий. Таймер отравления истёк на подходе — в десяти шагах от ворот. Ощущение ушло мгновенно: онемение, жжение, тепло под кожей — всё исчезло, как будто кто-то щёлкнул выключателем. Здоровье: 81/85 — регенерация шла медленно, но шла.

У ворот Эрик остановился. Посмотрел на свои руки — грязные, в крови, правая перевязана. Посмотрел на мешки — полные. На Фена — с вязанкой чурок. На Брана — с копьём, на котором сохла тёмная кровь.

Подсчитал. Два шипохвоста. Двадцать две единицы древесины. Восемь единиц коры. Два куска смолы. Шкуры, наросты, мясо, жилы, ядовитая железа.

Это был хороший выход.

Нет — отличный. По их меркам — отличный.

Вечером Эрик организовал углежжение.

Хорт знал как — старик в молодости жёг уголь для отцовской кузницы, и руки помнили.

— Чурки — в пирамиду, — командовал Хорт, стоя над Тобом и Гирдом, которые таскали чурки и складывали по его указаниям. — Вертикально, комель вниз. Плотнее. Ещё плотнее. Между ними — щепу, мелочь. Сверху — тоже щепу. Теперь — дёрн. Обкладывай. Равномерно. Не клади кусками — укладывай, как черепицу, внахлёст. Снизу — отдушина, вот тут. Маленькая, в кулак. Если закроешь — огонь задохнётся. Если сделаешь большую — будет не уголь, а пепел.

Пирамида выросла за час — метр в высоту, полтора в ширину. Чурки внутри, дёрн снаружи, маленькое отверстие внизу. Хорт осмотрел, потыкал палкой, хмыкнул.

— Сойдёт, — сказал он. Высшая похвала.

Эрик поджёг. Через отдушину — сухую бересту и щепу. Огонь занялся, дым пополз из-под дёрна — серый, густой, с резким запахом. Медленное горение — без доступа воздуха, без пламени. Дерево не сгорает — оно обугливается. Два дня. Через два дня внутри будут чёрные, лёгкие, звонкие куски настоящего древесного угля.

— Через два дня будет уголь, — сказал Эрик, стоя рядом с дымящейся пирамидой. — Много угля. Достаточно, чтобы ковать каждый день.

Бран стоял рядом. Негромко, так, чтобы слышал только Эрик:

— Вы ранены, молодой господин. В следующий раз — стойте за мной.

— Не могу, — ответил Эрик. — Мне нужно быть рядом с тушей сразу после боя. Чем быстрее «Сбор» — тем лучше результат. Я не проверял, но чувствую — если тушка остывает, качество падает.

Это было предположение, не факт. Но логичное — система поощряла скорость и эффективность, это Эрик уже понял.

Бран посмотрел на него. Долгий, тяжёлый взгляд. Потом:

— Тогда вам нужна броня.

— Я знаю. Сделаю.

Бран чуть качнул головой — не кивок и не отрицание. Принятие к сведению. Жест человека, который услышал обещание и будет ждать выполнения.

Ужин. Мясо шипохвоста — варёное, с диким луком и щепоткой соли из тающих запасов. Лира добавила какие-то корни — горьковатые, жёсткие, но питательные. Марта нашла их у ручья.

Порции были маленькие, но горячие. Мясо — жёсткое, с тем самым странным привкусом, который Лира научилась маскировать луком. Люди ели молча, но Эрик чувствовал разницу. Не в еде — в людях. Раньше тишина за едой была тишиной страха. Тишиной людей, которые ждут конца и не знают, будет ли завтра ужин. Сейчас — другая тишина. Тишина усталости. Рабочей усталости. Люди работали весь день: Хорт чинил ворота, Тоб и Гирд таскали камни для стены, Нод плёл верёвки и сети, Лира и Марта занимались хозяйством, Ода стирала в ручье. Они работали — и видели результат.

Перевязку Эрику сделала Марта — чисто, аккуратно, с мазью из подорожника. Рана не гноилась — чистая, неглубокая, уже подсыхающая. Марта цокнула языком, глядя на зеленоватый след вокруг царапины.

— Яд? — спросила она.

— Был. Прошёл.

— Быстро прошёл, — сказала Марта. И замолчала, но Эрик заметила: она посмотрела на него — внимательно, с тем же вопросом, который задавала себе Нэла. Откуда?

Эрик не объяснял. Не мог — сам не до конца понимал.

Перед сном — интерфейс. Привычный ритуал: открыть панель, посмотреть на цифры, оценить прогресс.

Эрик Ирвин

Уровень: 1

До следующего уровня: 68%

Шестьдесят восемь процентов. Вчера было меньше пятидесяти. Два шипохвоста, «Сбор» с десятков объектов, ковка ножа — всё сложилось. Ещё один хороший день — и второй уровень.

Навыки:

— Сбор: ур. 2

— Ковка: ур. 1

Характеристики:

Сила: 8 (+1 от работы)

Ловкость: 7 (+1 от крафта)

Выносливость: 8

Интеллект: 10

Восприятие: 7

Удача: 5

Сила выросла. Эрик не заметил, когда именно — может, утром, когда ковал, может, днём, когда рубил ветки и бил копьём. Тело адаптировалось. Каждый удар молотом, каждая переноска дров, каждый замах — мышцы работали, и система фиксировала нагрузку.

Восьмёрка в Силе. Среднее значение для обычного взрослого мужчины в этом мире — восемь-десять. Он догонял. Медленно, по крупице, но догонял.

Эрик посмотрел на свои руки. Мозоли — новые, красные, горящие. Вчера их было три. Сегодня — семь. На ладонях, на пальцах, на основании большого пальца. Руки кузнеца. Пока — руки начинающего кузнеца. Но — кузнеца.

Он закрыл интерфейс. Лёг на лавку. Потолок — тот же, трещина на балке — та же. Но Эрик смотрел на неё иначе. Не как на символ разрушения. Как на задачу. Одну из многих. Решаемую.

Завтра — ещё один день. Уголь будет через двое суток. До того — охота, ремонт, тренировка. Каждый день — шаг вперёд. Маленький, но шаг.

Из леса донёсся вой. Далёкий, низкий, вибрирующий. Чернокогти. Те, которые пока далеко. Пока.

Эрик закрыл глаза и уснул. Ему снился огонь — жаркий, ровный, гудящий. Горн. Наковальня. Звон молота.

И голос — тихий, глубокий, идущий откуда-то из-под земли: «Кузня ждёт.»

Он проснулся с привкусом дыма на губах и не мог вспомнить, снилось ли это или нет.