Всё пошло кувырком, как только я ушла от Преподобного. Вернувшись в госпиталь, отработала свою смену, попутно выслушав не одну тираду от Макларен за мою рассеянность. А что я могла сделать? То и дело прокручивала в голове слова мамы, те что она написала. У меня нет сомнений, что писала это именно она. "Мне нужна твоя помощь. Молю тебя, приди на встречу с Флинтом. Он даст нам время поговорить… в случае твоего отказа он убьет меня". Это всё, что было нацарапано корявым маминым почерком.

Следующая мысль, которая не давала мне покоя и заставляла мои руки трястись – это Майкл. Он будет в бешенстве. Я ему обещала, что не кинусь спасать её, но по-другому я не умею. Не смогу жить, зная, что могла ей помочь, но не сделала этого.

Вечером, переступая порог дома, я не ожидала увидеть ЕГО. Майкл стоял на кухне, опираясь бедром о стол, и по его напряженным плечам и пристальному взгляду, я поняла, случилось что-то серьёзное, или он знает о моём разговоре с Преподобным.

Делаю два шага к нему:

– Привет. – пытаюсь улыбнуться, но выходит слабо. Хочу просто чтобы он обнял меня, и я забылась… хоть на время.

– Нет. – только сейчас замечаю, как быстро опускается и поднимается его грудь. Он всё знает…

– Майкл…

– Нет. Ты не пойдешь сегодня на встречу с этой женщиной. – он смотрит так пристально, а голос его настолько холоден, что заставляет меня поёжиться. Майкл не просто зол, он в ярости.

– Майкл, послушай… я должна…

– Ты этой женщине больше ничего не должна! Как ты этого не понимаешь? Она сделала свой выбор. У неё была возможность уехать, но она пошла другой дорогой.

– Прекрати называть её "эта женщина", она – моя мама.

– Я не смогу заставить себя назвать её так. Она тебя сейчас просто использует. Джей. – делает шаг в мою сторону, не отрывая от меня янтарного взгляда, и слегка сжимает мои плечи. – Это ловушка.

Не выдерживаю и преодолеваю шаг, что нас разделял, и утыкаюсь лицом в черную футболку, которая идеально подчеркивает его тело. Вдыхаю его запах, и это помогает успокоить бешено колотящееся сердце. Майкл сжимает меня в объятиях и кладет свой подбородок мне на макушку.

Вот так… именно так я хочу провести всю свою жизнь… в объятиях этого мужчины.

– Я не отпущу тебя. – его надломленный шепот заставляет меня прижаться к нему ещё ближе, хоть и кажется, что это уже невозможно.

– Майкл, это будет всего лишь разговор. – произношу это и сама начинаю сомневаться в правдивости данных слов.

– Что я должен сделать, чтобы ты передумала?

– Боюсь, что ничего.

– Джей, ты обещала мне… дала слово. – настаивает Майкл на своем, отклоняюсь от него и прижимаю палец к его губам.

– Это будет только разговор. Что если Саито солгал и вообще не пытался вытащить её? Что если всё это время я жила не зная бед и печали, а моя мама находилась в аду? Пойми меня… я не смогу… не смогу просто продолжать жить, как будто этого крика о помощи с её стороны не было. Это просто съест меня изнутри.

– Ты не передумаешь. Что бы я не сделал.

Отрицательно качаю головой, я понимаю, что сейчас я доставляю боль человеку, который стал для меня настолько родным и близким, что я не могу описать словами чувства к нему. Секунду он смотрит мне в глаза и прикрывает свои, словно не может смириться с реальностью, что настала так скоро.

– Я иду с тобой. И это не обсуждается.

– И не только ты. Преподобный тоже выйдет за периметр, встретиться с мистером Морисом.

– Хорошо. Иди ко мне.

Не успела я понять, что произошло, как Майкл поднял меня на руки и унес в нашу комнату. Он был нежным и чутким, а в следующее мгновение – ненасытным и диким. Я принимала его любым и была счастлива, ровно до того момента, пока нас не прервал стук в дверь.

Это был Преподобный.

Он сообщил, что за стенами Креста нас ожидают мистер и миссис Морис.

У нас осталось тридцать минут ДО.

Я быстро одеваюсь и выхожу вслед за Майклом на кухню, ловлю взгляд Преподобного, и он слегка приподнимает бровь, на что я киваю ему в ответ. Он должен знать, что я не передумала…

Перед выходом из ворот нас ожидало человек тридцать – это люди Преподобного. Так же с нами пошел хромающий Брэдди, который каждый пройденный метр повторял, какую глупость мы придумали, и желательно нам развернуться и идти домой. Стейси и Саманта шли в абсолютной тишине, и я была им за это признательна. Рой тихим шепотом о чем-то разговаривал с Майклом. Вы не поверите, но даже Шарлотта выдвинулась с нами, но думаю, она надеется, что меня просто прикончат за воротами, и она сможет выдохнуть спокойно.

Всю дорогу я сжимала руку Майкла, кажется, я не потеряла сознание только благодаря ощущению его тепла и силы.

Лязг металла, и ворота открылись перед нами. Метрах в трёхстах вижу четыре внедорожника, но людей нет. Это настораживает, но мы продолжаем двигаться по направлению к ним. Люди, которые окружают меня, способствуют моему движению вперед. Каждый шаг отдается страхом, что поднимает свою мерзкую голову всё выше и выше.

Останавливаемся метрах в двадцати от машин и ждем. С каждой пройденной секундой я начинаю жалеть, о том что мы находимся здесь.

Я подвергаю всех опасности.

Снова.

Полная луна освещает уродливые кресты, которые окружают меня, но я могу смотреть только на черный внедорожник, что находится левее всех. Я чувствую, что именно из этой машины на меня устремлен пристальный взгляд, от которого кровь леденеет в жилах. Я не знаю кто там находится, возможно, это просто мои разыгравшиеся нервы.

Ещё сильнее сжимаю руку Майкла, это мне необходимо. Чувствовать его рядом. Знать, что я не одна.

Открывается дверь с водительской стороны одного из внедорожников, стоящих по центру. В эту же секунду люди Преподобного направляют оружие на человека в черном костюме. Но это просто водитель, который обходит машину, даже не бросив в нашу сторону равнодушного взгляда. Открывает дверцу, и передо мной возникает элегантно одетый в темно-синий костюм мистер Морис… Он ленивой походкой хищника двигается в нашу сторону.

Совершенно один.

Без оружия.

Но… его взгляд.

Так смотрит человек, чей план удался.

– Гарольд, друг мой. К чему весь этот цирк? – Флинт останавливается в двух метрах от меня, я с трудом могу побороть желание отступить назад.

– Это только предосторожность. Мистер Морис, вы дали мне слово, которое прежде не нарушали, что это будет всего лишь разговор, который положит конец недопониманию между нашими городами. – спокойно и уверенно говорит Преподобный.

– Я не нарушал своего слова раньше и не собираюсь начинать делать это сегодня. Так что, позволите? – спрашивает у Гарольда Эшвуда и переводит взгляд на меня. – Здравствуй, Джей.

Сглатываю ком в горле и спрашиваю:

– Моя мама здесь? – опять сжимаю руку Майкла, и в это мгновение Флинт переводит взгляд на наши сплетенные пальцы, слабая улыбка появляется на его гладковыбритом лице.

– Конечно. Она очень хотела увидеться с тобой. Желание женщины для меня закон. – не отрывая взгляда от моего лица, поднимает правую руку вверх и щелкает пальцами, тем самым давая знать своим людям – вот этот момент, когда появление миссис Морис будет актуальнее всего.

И вот она, наша встреча… я так долго не видела маму.

В серой куртке и черных джинсах движется в моём направлении. Мужчина, который прежде открывал дверь для Флинта, идет на расстоянии вытянутой руки от заплаканной Анны Морис.

Только сейчас различаю черты её лица. Она избита. Это произошло недавно, ссадины и синяки свежие.

– У тебя есть пять минут. – далекий голос главы Черной Пантеры заставляет меня разжать руку и отпустить мой якорь, который всё это время держал меня на плаву, не давая потеряться в этом жестоком мире.

– Джей, не забывай, это просто разговор. – слова Майкла останавливают меня на секунду, и повернувшись лицом к нему, вижу неподдельную обеспокоенность и возможно даже страх. Это страх за меня. Прежде я не думала, что этот мужчина может чего-то бояться.

Отворачиваюсь и иду к маме, она тут же бросается ко мне и сжимает моё одеревеневшее тело в крепких объятиях. Обнимаю её в ответ, и слезы стекают по моему лицу. Я давно забыла, что такое объятие родной мамы. Из моей памяти стерся последний связный разговор с ней. Это было настолько давно, что кажется плодом моего воображения.

Отстраняюсь от неё и смотрю в кристально чистые глаза, она не под наркотиками. С уголка рта стекает капля крови, на скуле большая царапина.

– Джей, девочка моя. – осматривает меня с ног до головы и всхлипывает. – Боже, как ты выросла.

И вновь хватает меня в охапку, и я на мгновение прикрываю глаза. Больно от того, что мама скорее всего даже не помнит большую часть моей жизни, и я для неё практически чужой человек. Но не она для меня.

Собираю свою волю в кулак и отстраняюсь от неё.

– Мама у нас мало времени. – говорю я, вытирая мокрые щеки.

– Да, да, конечно. Он согласился меня отпустить. Девочка моя, я больше так жить не могу. Он чудовище… – начинает бессвязно тараторить, и мне приходится её тормозить.

– Мама? Постой… почему ты не уехала из города, когда Саито Фудо пытался тебя забрать? – спрашиваю это и понимаю, скорее всего старик солгал мне. Мама шокирована не меньше меня и с непониманием смотрит в мои глаза.

– Я не знаю, о чем ты говоришь. Саито никогда не предлагал мне этого.

– Так… хорошо. Чего хочет Флинт за твою свободу? – и на этом месте я понимаю… вижу по страданиям на лице мамы… всё встало на свои места. Он обменяет её на меня. – Ему нужна только я?

– Нет. Ты и какая-то карта. – хватаюсь руками за голову, и меня разрывает на части. Издалека слышу голос Флинта, который напоминает, что у меня осталась минута. – Джей? Он сказал, что убьет меня. – маму начинает трясти от истерики и потока слез, что смешались с кровью из раны на лице. – Убьет меня прямо здесь… у тебя на глазах…м-моё т-тело он привяжет к м-машине и повезет ег-го до сам-мого города.

Обнимаю её и раскачиваю из стороны в сторону, словно маленького ребенка. Я даже не хочу знать, что мистер Морис сделает со мной. Я не хочу думать о том, что Майкл возненавидит меня.

Ведь я его предам.

Сейчас.

Уйду и никогда больше его не увижу.

Слышу, как мама объясняет мне, что в случае моего отказа Флинт выпустит всю обойму в голову Майкла. У него пистолет под пиджаком. Перевожу взгляд на мистера Мориса, который стоит с надменной улыбкой на лице и плавно опускает руку на место, где находится пистолет. Также мама говорит о том, что Преподобный не сделает ничего, потому что ему не нужна война с таким городом, как Черная Пантера.

Он всё просчитал.

Я снова проиграла.

Смотрю на Майкла и понимаю, как много слов я не успела ему сказать. Слишком много для одного дня. У нас и этого времени нет. Есть только прошлое, которое я не забуду никогда.

– Время вышло. – Флинт демонстративно разворачивается и уходит в сторону машин.

– Джей? Не дай ему меня убить… – мама в судорожных всхлипах опускается на землю у моих ног и цепляется мертвой хваткой в мою руку. – Если ты согласна на его условия, то ты немедленно должна идти к нему.

Смотрю на Майкла, и моё сердце разбивается на тысячи осколков, когда я говорю ему: "Прости".

Скорее всего он слышал весь наш разговор, но именно это слово заставило его ринуться ко мне. Не могу позволить ему сделать это. Перевожу взгляд на Преподобного и киваю головой. Он всё понимает и отдает команду своим людям, которые бросаются на Майкла и удерживают его.

Мама поднимается на ноги и обнимает меня, говоря различные слова благодарности, но мне это не нужно.

Понимание того, что я только что разрушила свою жизнь давит на меня, и я отстраняюсь от мамы.

Не смотря на то, как Майкл раскидывает людей Преподобного одного за одним, пытаясь добраться до меня, иду в сторону машины Флинта Мориса. Задняя дверца открыта в ожидании меня.

Крики Майкла больше похожие на звериный рык разносятся по округе, и словно хлыстом выбивают у меня почву из-под ног.

– Джееей! Нееет! – это последнее, что я услышала от мужчины, который подарил мне самое счастливое время в моей жизни. За это я буду мысленно благодарить его каждый прожитый день. Хотя уверена, этих дней не так уж и много осталось.

***************

Майкл.

Я знал, что не должен был позволять ей идти на эту встречу. Когда Преподобный связался со мной по рации и приказал экстренно возвращаться в город, я был недалеко и примчался примерно через час. Выслушав Гарольда Эшвуда, я пришел домой и ждал Джей. С каждой секундой времени, утекающей от меня, я понимал, если она решила встретиться с Анной, то мне её не отговорить.

Открылась дверь, и Джей переступила порог, если бы она только видела себя со стороны, чертовски красивая и напуганная.

Стоя там на кухне, обнимая девушку, которая изменила мою жизнь кардинальным образом, я понял – что бы не случилось, я не позволю подобному страху появиться на её лице вновь. Она должна только улыбаться. Твою мать, её улыбка – это нечто неземное, то что не давало спать мне ночами.

Как я и думал, убедить её мне не удалось, особенно после слов о том, что она не сможет жить, зная, что не помогла своей матери. И эту позицию я понимаю. В своё время я тоже пошел на огромный риск, чтобы спасти Мегги… но я провалился, и Мегги больше нет. Но у Джей ещё есть шанс не очернить свою душу так, как это сделал я.

Какая-то пара часов пролетела незаметно. И вот мы уже находимся за периметром, и Джей разговаривает со своей матерью. Мне удалось услышать каждое слово, которое сказала эта женщина. И согласен я только в одном, Преподобный действительно не начнет войну с Черной Пантерой из-за какой-то девчонки. Этот город слишком важен для него.

Не свожу взгляда с Флинта. Так… у него пистолет, другого я и не ожидал. Мы находимся слишком близко, и я понимаю, что ему не хватит скорости выхватить пистолет и выстрелить в меня. Я быстрее… намного. И Морис тоже это знает, так что эта информация только для Джей.

– Зря ты с ней связался. – Морис смотрит на меня в ответ и слегка приподнимает бровь. – Она не стоит того, чтобы быть изгоем. Возвращайся в город и живи как раньше.

Не отвечаю ему. Флинт просто отвлекает моё внимание от Джей и Анны.

– Время вышло. – говорит самодовольный ублюдок и уходит в сторону машины.

Перевожу взгляд на Джей и вижу, как Анна валяется у неё в ногах и рыдает.

Джей смотрит на меня и произносит слово, которое заставляет меня сорваться с катушек.

"Прости"

Нет!

Твою мать!

Срываюсь с места и ловлю боковым взглядом движение людей Преподобного. Они лавиной сносят меня и валят на землю.

– Джей! Не смей этого делать! – кричу и попутно скидываю с себя парней.

Один. Второй. Кажется кому-то сломал челюсть. Кое-кому руку. Мне абсолютно плевать на них. Сейчас мне безразличны все люди, кроме НЕЁ.

Поднимаюсь на ноги и иду вперед, но я просто двигаюсь на месте. Я не знаю сколько человек повисло на мне, но я готов убить каждого. Разорвать на мелкие кусочки. Ярость заполняет каждую клетку моего тела.

– Джееей! Нееет! – кричу я, но она садится в машину, и в следующую секунду автомобиль срывается с места.

Борюсь дальше. Стоя на коленях посреди тысяч крестов издаю крик, от которого все твари сбегутся сюда за считанные минуты.

Отъезжает последняя машина… пассажирское стекло опускается, и в окне появляется улыбающееся лицо Сенатора. Повязка на глазу не делает его лицо менее ублюдским, чем оно было раньше. Поднимает руку салютует мне.

Ей конец.

Собираю всю силу, вырываюсь из десятка державших меня рук и бегу за машиной. Я не могу позволить ему добраться до Джей.

Бегу и бегу… но расстояние между мной и машиной Сенатора только увеличивается. Моих сил недостаточно… их просто не хватает.

Этот выродок пожалеет, если даже посмотрит в сторону Джей. Это я ему гарантирую. Не знаю сколько я пробежал, но в итоге я остался один… посреди пустынной местности.