К вечеру в доме Семьи Основателей нас начали готовить с самого утра. В жилом блоке, как его ранее назвала Лисса сновало слишком много людей в серых передниках. Нас отмыли, намазали чем только было можно и нельзя, облили духами. Делали прически, наносили макияж. Потом составляли в ряд перед экраном, на нас смотрел вчерашний мужчина и говорил переделывать. Когда нас привели к экрану в последний раз, он утвердительно кивнул, напомнил нам о том, что наша жизнь нам больше не принадлежит, а потом обратился к группе людей, которые были выстроены за нашими спинами.

– Запомните, как они выглядят сейчас, и никогда впредь не старайтесь сделать из них столичных граждан. Только черный и серебро. Они должны выглядеть представительно, но ниже всех, кто будет на вечере. Ясно?

Естественно, им было ясно, как я поняла, этому человеку вообще никто никогда не перечит. Вчера Джек рассказал мне, что это первый наследник, по совместительству родной отец Чейза. Я видела, каким взглядом Чейз смотрел на мужчину на экране и не решилась подойти к нему с вопросами.

Меня облачили в обтягивающий костюм. Блестящие черные брюки плавно переходили в черно-серебристую водолазку с открытой спиной и голыми руками. Накрасили меня соответственно одежде. Броские черные веки с зауженными стрелками на висках, приподняли мне брови, что придало взгляду высокомерность. Налепили длинные серебряные ресницы и накрасили губы тоже в серебряный. Шанти была в черном комбинезоне с закрытыми руками, но шикарным декольте, которое она постоянно пыталась поднять выше. Вивиан вышла к нам в облегающем платье, с разрезом до середины бедра. Келли была в короткой юбке и топе, который еле как прикрывал ее грудь. Джеку и Чейзу повезло больше, на них надели черные брюки и серебряные рубашки. Макияж у всех был примерно одинаковый, единственное, что не сделали мужчинам, так это не налепили ресницы и не накрасили губы.

В холл въехал небольшой транспорт без колес. Мы сели на него и в жилом блоке отключили свет. Электричества словно вообще не было. Кромешная тьма окружала нас, но машина ехала. Из-за этого невозможно было понять, куда мы направлялись. Потом включился свет и нас пересадили в другие машины, и мы поехали. И опять было невозможно понять в каком направлении мы двигались. Казалось, что даже чувство времени меня подвело и я даже примерно не могла понять, сколько было затрачено на дорогу. Пятнадцать минут? Час?

Возле дома Семьи Основателей была неимоверно огромная толпа людей. Они стояли за перегородкой, вдоль которой ходили безопасники с оружием наперевес. Люди визжали, хлопали в ладоши, а те, что не хлопали, держали в руках плакаты. Наши напечатанные лица были повсюду.

Они сошли с ума. Что все это время транслировали по экранам центра Столицы, что граждане поехали головой?

Нас быстро втолкнули в двери, и мы оказались в большом помещении. Тут уже были люди. По их нарядам и украшениям с огромными сверкающими камнями можно было легко догадаться, что это самые богатые люди планеты. Столицы уж точно.

Нас встретили аплодисментами и изучающими взглядами. Сказать, что мне было неловко, ничего не сказать.

В нашу сторону бодрой и уверенной походкой шла женщина на высоченных каблуках в платье бордового цвета. Она держала в руках какую-то продолговатую вещь и говорила в нее, ее голос разносился по залу:

– А вот и они, виновники этого вечера! Прошу поприветствовать шестерку игроков команды Рэйвен из Синта! – Эти аплодисменты звучали еще громче, а взгляды стали более наглыми.

Женщина стала представлять нас по одному. Вокруг происходило невообразимое столпотворение. Взрослые и обеспеченные люди выглядывали из-за спин друг друга, как дети. Как только женщина кого-то представляла, к нам тут же стали подходить десятки людей, они практически собирались в очередь, они трогали нас, что-то спрашивали, говорили слова восхищения и поддержки. От них сильно пахло духами, настолько, что я хотела сбежать из этого зала, но приказывала ногам не шевелиться. С нами фотографировались, гладили по волосам, обнимали.

Я чувствовала себя рабыней.

Не будь проклятого чипа в голове, я бы не стала это терпеть. Врезала бы уже в пару жирных рож.

Хотелось визжать.

Голова шла кругом, меня постоянно куда-то тянули, что-то говорили, пару раз даже поцеловали в щеку.

– Посторонитесь, я забираю даму на танец.

Передо мной возник Гаррет Уорд. В отличие от всех разукрашенных мужчин в зале, он один был без грамма макияжа, а еще и подстригся. Черные брюки и белая рубашка с закатанными по локоть рукавами. Он схватил меня за руку и потащил вглубь зала, я обернулась и поймала взгляд Чейза, но нас тут же отгородили люди. Я еле успевала за Гарретом, а потом он резко остановился и обернулся. Сжал мою ладонь, а вторую положил на талию. Из-за гомона голосов у входа музыку было практически не слышно.

– Что ты тут делаешь? – спросила я, и первая мысль, которая пришла мне в голову, – он из противоположной команды.

– Пришел посмотреть на цирк уродов.

– Мы не уроды.

– Да я и не про вас говорил, но твое увечье не дает людям покоя. Сколько раз тебя попросили показать руку и рассказать, что случилось?

– Это они сделали из меня урода, – брякнула я не подумав.

– Милая, – издевательски протянул он. – Все, абсолютно все мы уродливы, но внешнее проявление – ничто по сравнению с внутренним. А так вы куда больше похожи на панд. Кто вас так разукрасил? Я тебя еле узнал.

Почему он говорил со мной так, будто мы давно знакомы? И кто такие панды? Что он здесь делает и почему я с ним танцую? Ладно, на последний вопрос я сама в силах ответить. Так мне хотя бы приходится разговаривать только с ним, а не улыбаться столичной элите, которая постоянно меня трогала.

– Где тебя держат? Ты тоже будешь участвовать в играх? – спросила я.

Гаррет прокружил меня и ответил, только когда я снова оказалась в его руках.

– Меня нигде не держат. В играх я не буду участвовать. А теперь мои вопросы. Где находится Синт, и как туда попасть?

Его вопросы застали меня врасплох.

– Что? Зачем тебе туда?

Гаррет растянул губы в улыбке и отрицательно покачал головой, склонился к моему лицу и прошептал:

– Нет, милая, ты нарушаешь правила.

– Какие к черту правила?

– Ты задала мне два вопроса, я дал тебе два ответа. А ты на мои не ответила. Это нечестно, я оскорблен.

– Я не знаю, как попасть на Синт.

– Такой ответ мне не нравится.

Я даже не заметила, как мы перестали танцевать и просто стояли в центре огромного зала и разговаривали.

– Зачем вы меня разбудили? – спросил Гаррет.

– Я не знаю.

– Неправильный ответ. Ты знаешь, Чакки точно сказал тебе.

– Что тебе от меня надо? Мне не до пустых разговоров.

Я забрала свою руку у Гаррета, развернулась и пошла обратно к своим, но мне практически сразу же преградили дорогу. Люди готовы были порвать меня на куски. Они все спрашивали и спрашивали, а мне приходилось отвечать и делать это с улыбкой. Больше всего их интересовали моменты, которые касались моей семьи, взрыва в Топорах и Шпорах, побега и того, как мне отрезали палец, но я все же смогла спастись.

Я больше часа не могла дойти до Чейза. Нас постоянно разделяла толпа. Когда я нашла взглядом Гаррета, он стоял, прислонившись плечом о колонну и держал в руках бокал. Отсалютовал мне им, и я четко прочитала в его глазах издевательство. Типа сама виновата, что сбежала от танца и разговора, теперь, Рэйвен, пожинай плоды.

Ведущая появилась и снова завладела вниманием публики, от меня отстали, и я быстро дошла до Чейза, он сжал мои пальцы и притянул к себе.

– Держись, – прошептал он.

У меня не было сил даже на то, чтобы кивнуть, столичные богатеи вынули из меня душу и потоптались по ней своей дорогой обувью. Ведущая тем временем снова оказалась у входа.

– Спешу представить вам вторую команду! Противников нашим звездам!

Когда она начала перечислять наших противников, земля ушла у меня из-под ног. В какой-то момент люди разошлись, и я увидела четырех мужчин и двух женщин в красном. Видимо, это был их цвет.

– Прошу поприветствовать первую девушку из команды Красных! Вы все ее прекрасно знаете, наследница Семьи Основателей – Дженна!

Люди аплодировали, а Дженна улыбалась, но в глазах присутствовал страх. Ее так не лапали, держали дистанцию. Дженна один из игроков, какого хрена происходило?

– Следующий игрок! Его вы тоже знаете, Хант из Клана Феникс! Далее Велас из Клана Топоры и Шпоры! Бродрик, брошенный супруг Шанти. Лилия родная сестра Келли! И Соломон – друг, а в дальнейшем враг Вивиан!

Пока толпа ликовала и перевела внимание от нас к другой команде, я потащила Чейза, и мы стали собирать остальных наших по залу, а потом скрылись за колонной.

– Какого хрена они здесь делают? – спросила я, чувствуя, как ладони начали потеть, а голова шла кругом.

Я снова была в одном помещении с Веласом. Какого черта!

– Посмотрите, они нашли игрока под каждого из нас. Хотят сбить нас с толку, – сказала Келли.

Я кивнула. Шанти вступила в разговор:

– Мы одна команда уже на протяжении продолжительного времени, они – нет. Велас и Хант вообще ненавидят друг друга. Это может сыграть нам на руку.

– Дженна у них, – сказал Чейз. Все повернулись к нему. – Нас некому вытаскивать из этих игр. Она теперь сама игрок. Нужно узнать условия победы и что будет с победителями.

Дженна у них.

Трижды черт!

– Пандочки, вы бы лучше не по углам прятались, а показали противникам, что не боитесь их. А то даже я вижу, как ваши маленькие хвостики трясутся от страха.

Мы все, как один развернулись к Гаррету, который закидывал в рот виноградины и, закатив глаза, жевал их.

– Ты-то что тут забыл? – со злостью спросил Чейз.

– Черокки, не переживай, я тебе не противник. Учу тебя, как играть по правилам Дельгадо.

Мы все, кроме Чейза и Джека, переглянулись между собой.

– Кто такой Дельгадо? – спросила я.

– Милая, не заполняй голову глупостями. Идите туда и покажите, что вы не трусливые зайки.

– Почему тебя снова не запихали в капсулу? – спросил Чейз.

– Друг мой, оказалось это просто так не работает. Нельзя меня снова туда класть. И ты лишил меня бессмертия, так что теперь ты мой должник.

– Я тебе ничего не должен.

Гаррет медленно пошел в сторону Чейза. Его взгляд из безразличного преобразился в убийственный.

– Должен, – сказал он, а потом веселость снова к нему вернулась. – Пойду познакомлюсь с другими участниками.

Голос ведущей снова отразился от стен:

– Прошу всех игроков пройти к столу!

К какому еще столу? Нас будут кормить?

Мы двинулись вперед, люди расступались перед нами. Я увидела стол, длинный и узкий. По двум сторонам от него разместились двенадцать стульев. С одной стороны, уже сидели противники. Нам не дали выбора, куда опуститься. Меня посадили напротив Веласа, Джека – напротив Дженны, Шанти – напротив мужа, Вивиан – напротив друга, а потом врага, что бы это ни значило, Келли – напротив сестры, а Чейза – напротив Ханта.

Вокруг нас стоял невообразимый галдеж, но я больше не слышала, что говорили столичные люди. Я смотрела на Веласа и не могла оторвать от него взгляда. Его приодели, и, я уверена, преобразили так же, как и меня. Но его лицо осталось безобразным, но более сносным, теперь у него закрывался рот. Полностью от уродства его не излечили, а это значит, обгоревшее лицо – его отличительная особенность.

– Так просто тебе от меня не сбежать, – сказал он.

– Много чести, я сбегала не от тебя.

– Разве?

Ответить мне не удалось, внимание привлекли безопасники, которые стали обносить стол прозрачными листами. Для чего это? Мы оказались в круге, на расстоянии трех метров возле нас никого не было, но за прозрачной преградой толпились люди. И тут я услышала голос отца Чейза:

– Игра начнется сегодня. Дорогие друзья, сегодня вы станете свидетелем открытия первых игр на выживание среди избранных! – Толпа гудела, но уже более тихо. Один из безопасников отошел в сторону и в наш круг вошли две высокие стройные девушки с максимально оголенным телом и первый наследник. В руках у девушек были маленькие сундуки. Наследник продолжал: – В далеком прошлом была опасная игра – русская рулетка. Не думаю, что кто-нибудь помнит точные правила игры, но вот что удалось добыть нашим историкам. В пистолет с подвижным барабаном вставляется одна пуля. Барабан прокручивается, и после этого происходит выстрел. В голову, разумеется.

Он продолжал говорить, а у меня кровь застыла в жилах. Это не игры, это какое-то истребление.

Толпа за прозрачной ширмой притихла настолько, что шаги первого наследника отражались эхом от высокого сводчатого потолка.

– У нас есть два револьвера и две пули. Девушки, прошу, – сказал он и галантно отступил от нашего стола смертников.

Девушки подошли с двух сторон и поставили свои сундуки золотого цвета. Вынули оттуда два старых пистолета, открыли обойму и загрузили в каждый по патрону и с улыбками прокрутили барабан. Меня затошнило.

– Спасибо, девочки, за представление, – сказал наследник, и девушки синхронно пошли кругом рядом с барьером, показывая оружие столичным идиотам, которые готовы платить баснословные деньги, чтобы в живую посмотреть на смерть. – Условия игры максимально просты. Раскручиваете барабан и направляете его на человека перед вами, по команде стреляете. Если первый круг, а точнее шесть выстрелов в одну команду окажутся осечками, круг начинается заново. И так пока оба патрона не покинут свои барабаны. Девочки, передайте револьверы капитанам команд. У черных это Рэйвен, у красных – Велас.

Наследник вышел из нашего круга, девушки подошли и подали мне и Веласу револьверы. Голос наследника заменили на ведущую, которая встретила нас на входе в дом Семьи Основателей.

– Уважаемые участники, крутите барабаны! – взвизгнула она.

Я все делала машинально. Повторила, как это сделала девушка. Сердцебиение раздавалось в ушах. Смерть смотрела мне прямо в лицо. Я чувствовала ее зловонное дыхание. Ощущала, как она сверлит меня взглядом и манит крючковатым пальцем.

Я не хотела умирать.

Если я попытаюсь сбежать, то умру с точностью в сто процентов, а тут пятьдесят на пятьдесят. Меня начало мутить еще сильнее.

– Направьте пистолет на противника!

Я навела дуло в лицо Веласа и услышала тихий плач Вивиан. Сердце молотом пробивало грудь, ладонь вспотела.

– Стреляем на счет три.

– Один.

– Два…

– Три!

Я нажала на курок, смотря в дуло пистолета, направленного на меня. Две осечки, и я соскочила с места. Меня ужасно мутило, голова шла кругом. Руки дрожали, а на лбу выступил пот.

– Рэйвен, присядь и передай пистолет дальше, – приказала ведущая.

И тут я чуть не слетела с катушек. Дальше сидел Чейз, и он смотрел на меня уверенным взглядом. Я отрицательно покачала головой. Нет. А что, если у Ханта не будет осечки? Только сейчас до меня дошло, что одного мы тут сегодня оставим. Кто-то из нашей шестерки не вернется в зону номер семнадцать. Потеря неизбежна.

– Рэйвен, давай. Все нормально, – прошептал Чейз.

Я села и передала ему револьвер.

– Чейз, пожалуйста, – просила я, словно это могло как-то повлиять на исход событий.

Он наклонился ко мне и легко поцеловал в губы, в этот момент за перегородкой случился коллективный вздох умиления. По моему лицу покатились слезы.

– Игроки, приготовьтесь! Крутите барабан!

Я никогда не забуду звук крутящегося барабана.

– Наведите пистолет на противника!

Чейз и Хант сделали это молча и смотрели друг другу в глаза.

– Один, два… три!

Два щелчка и ни одного выстрела.

Не успела я помолиться и поблагодарить бога за то, что Чейз остался жив, пистолеты перешли к Шанти и ее мужу.

– Приготовьтесь! Крутите барабан!

И снова этот тошнотворный звук. Я не могла больше его слышать, заткнула уши и прикрыла глаза. Отсчет до трех прошел и прозвучал выстрел.

Душа выпрыгнула из тела, и я снова соскочила со стула. За перегородкой визжали, аплодировали, кажется, я даже слышала чей-то смех.

Я упала на колени.

Тело Шанти лежало на полу, стул был перевернут, рядом с ней уже сидел Джек. Я просто смотрела, как из ее головы растекалась кровь. А потом я завизжала и на четвереньках поползла к ней.

Боже, ну только не Шанти!

Это несправедливо!

Она ведь бежала именно от своего мужа и погибла от его руки. Я кричала, но боялась прикоснуться к ней. Моя команда. Она, та которая вернулась за мной в лесу на Ристалище. Шанти. Моя Шанти. Она стала мне сестрой и другом, о котором я не могла мечтать. А теперь. А теперь она погибла на потеху публике. Чейз пытался поднять меня, но я брыкалась, пока не услышала его шепот:

– Если ты не сядешь, они будут пытать нас в зоне. Ты уже ничего не можешь сделать.

Чейз помог мне сесть, я посмотрела на Джека, его подбородок дрожал. Он сдерживал себя, Вивиан плакала, а Келли невидяще смотрела на свою сестру. Я перевела взгляд на мужа Шанти, он улыбался. Ублюдок улыбался.

– Передаем револьверы дальше!

Тот, что теперь был направлен на нас был пустым, но несмотря на это, рука Вивиан тряслась. На счет три именно рука Вивиан выбила игрока из команды красных.

Вокруг стояли овации. Люди за перегородкой сходили с ума. Они что-то кричали, хлопали, топали. Гомон звуков, криков, визгов. Но когда ведущая заговорила, все замолчали:

– Первый этап игр закончен! Спасибо всем, что пришли, можете и дальше праздновать, но игрокам нужен отдых, они отправляются к себе.

Голова была набита ватой.

Нам не позволили забрать тело Шанти.

Нас загрузили в машину и вернули в зону тем же способом, которым вывезли. Только когда мы оказались в зале, где был экран и круглый стол, включили свет.

Столов теперь было два, а стульев вокруг каждого по пять. Стула Шанти тут больше не было, но была пятерка из противоположной команды. Они стояли напротив нас. У меня не было сил биться с ними, даже смотреть на них я не могла. Слезы не прекращались.

Экран на стене загорелся, оттуда на нас смотрело лицо первого наследника, и оно было серьезным.

– Молодцы, – сказал он. – Теперь вы все будете жить в зоне номер семнадцать. Убийства в зоне запрещены. Остальное не возбраняется. Ждите следующего этапа игр.

Экран погас.