Партизаны и начало операции.

— Нам обязательно садиться в летательные аппараты? — уточнил я.

Шестерня вздохнул, после чего ответил.

— Да. Командование считает, что мы вообще не должны тратить силы на полет, потому что все они понадобятся в бою. Тем более эти аппараты созданы посредством сплава технологий и магии. Специальные материалы, что заставляют фотоны света огибать летательный аппарат и делают его невидимым для обычных глаз. Плюс специальная магия невидимости, куча гемов, усиливающих свойства материала, шумоподавление, теплоизоляция и многое другое. Если ты полетишь рядом, то, скорее всего, тебя засекут и поднимут тревогу. Вся операция построена на внезапности.

— Ладно, я понял-понял.

Шестерня улыбнулся, хлопнул меня по плечу, после чего сам полез в вертолет.

Я вздохнул. Настолько привык к свободному полету, что теперь полет в жестяной коробке угнетает меня. Но Шестерня прав. Скрытность очень важна, а у меня из скрытности только простое заклинание невидимости.

Цель операции Шестерня обсудил с нами еще вчера на общем собрании гильдии. Сам Шестерня участвовал в ее разработке, потому что нашей гильдии отводится особая роль — ликвидация командного состава, в который входит и генерал короля демонов — Голод. Вообще операция по уничтожению командного состава — это основа ведения любой войны. Войска, подвергшиеся внезапной атаке и лишившиеся управления в силу уничтожения высшего командования, практически не имеют шансов на победу. Да, есть вероятность, что командиры разных родов войск попытаются наладить какую-то связь, связь с соседями, будут пытаться координировать оборону, но в целом в 99 случаях из 100 это никак не спасет, только чуть оттянет неизбежный конец, потому что в отсутствии высшего командования возникает не только хаос в управлении, но и прекращают поступать разведданные, которые шли через штаб. И любой командир подразделения, даже сумев наладить связь с ближайшими соседями, не узнает, что противник, к примеру, прорвался в сотне километров севернее и уже скоро отрежет их от тыла и окружит.

Усевшись в кресло, я поднял взгляд на Ласку. Лицо у девушки сосредоточенное, она замерла, словно превратилась в статую.

Я вспомнил наш разговор двухдневной давности, где мы, стоя у окна, обсуждали планы на будущее.

— Ты так спокойно об этом сказал, — прошептала она. — Словно это что-то неизбежное.

— Так и есть. Если мы не хотим повторения того, что случилось с нашим миром, то мы не должны отстраняться. Нам придется брать все в свои руки, хотя бы на какое-то время точно. Потому что если мы это не сделаем, то корпорации возродятся и подонки вновь возьмут власть над миром. Он опять станет жутким местом, где простым людям нормальной жизни будет не видать. Сначала людей выжмут как лимон досуха, а потом заменят машинами, самих же людей будут уничтожать. Устроят геноцид, но не открытый, нет, никто расстреливать или в газовых камерах их морить не будет. Просто будут спаивать, продавать наркотики или закрывать на их распространение глаза, закрывать глаза на преступность, платить копейки. Люди умрут от нищеты и болезней — потому что у них не будет денег на докторов. Перестреляют друг друга на улицах, сторчатся в притонах. Все это грозило нам еще до того, как появился разлом. Многие считают, что это бедствие, и в целом это так, учитывая ситуацию с Богами Хаоса, но это и шанс. Шанс на то, чтобы изменить судьбу. Простые люди, такие как ты или я, получили в руки огромную мощь и силу. А там, где сила — там и власть. Мы должны просто ее взять в свои руки.

Ласка встала рядом, поежилась.

— Такое ощущение, будто в тебе заговорил Бог Хаоса.

— Возможно, — усмехнувшись, сказал я. — Только мы об этом не узнаем. Так что ты думаешь?

— Что? Разве не очевидно. До самого последнего вздоха я буду рядом с тобой.

Я улыбнулся, наклонился и поцеловал ее…

По корпусу прошла легкая дрожь, до слуха донесся слабый шелест винтов. Мощные электромоторы, да еще обработанные магией и снабженные разного рода кристаллами, работают мощно и в то же время почти бесшумно. Если раньше в фильмах полет вертолета можно было услышать за километры, то наш вряд ли услышишь и с расстояния в десяток шагов. Нет, конечно, аватары с высоким показателем ловкости, имея запредельные возможности в восприятии, сосредоточившись, могут заслышать такой вертолет и за пару сотен метров, но все равно он считается невероятно тихим даже по меркам магического мира Алиона, что уж говорить про наш.

Я усмехнулся. Все еще никак не привыкну к тому, что миры слились, и что нет уже никакого отдельного Алиона и отдельного нашего мира. Последствия этого слияния еще предстоит осознать. Какими будут рождаться дети у людей, смогут ли смешиваться люди из разных миров друг с другом?

— Подлетим через час, — произнес Шестерня.

Я кивнул. Сжал кулаки. Внутри потихоньку нарастает волнение, но это неудивительно, учитывая, что вчера сказал Шестерня…

В небольшом зале собрались все члены гильдии Первой Волны. Шестерня обвел присутствующих тяжелым взглядом, после чего начал излагать ту часть плана, в которой мы будем задействованы. На вертолетах с электродвигателями, снабженными как техникой, подавляющей звук и создающей невидимость, так и магией с геммами, мы приблизимся к штабу, где расположился Голод, что управляет всей западной группировкой войск орков. Параллельно с нами другие гильдии будут атаковать места командования обычных солдат, над которыми стоят демоны хаоса.

— А откуда известно точное местоположение Голода? — спросил Медок.

— Разведка определила.

Все присутствующие переглянулись. Похоже, такой краткий ответ никого не удовлетворил. Шестерня вздохнул и, понимая, что не отвертится, произнес:

— Там, в оставшихся супергородах, очень многие сейчас не желают быть под властью богов хаоса. У нас много союзников, есть целые подполья. Достоверность высокая, потому что они выдают очень много секретных сведений, что оказываются правдой. На базе партизан была создана целая гильдия — Тени Возмездия. Действуют они скрытно, занимаются в основном уничтожением кристаллов хаоса, что демоны хаоса размещают в городах и используют призванных монстров в качестве такой своеобразной стражи, следящей за порядком.

— Как же они могут действовать в таких условиях, находясь в землях, где фактически властвуют боги хаоса? — спросила Ласка.

— А как вы с Тимом действовали, когда за вами и полиция, и корпораты охотились? — спросил Шестерня в ответ.

— Ну, нам было проще — нам не нужны капсулы для того, чтобы становиться аватарами, — сказал я.

— Резонно, но все же у них тоже есть возможность. Тайные подземные комплексы. Подвалы заброшенных домов и многое другое.

— Откуда они капсулы-то берут, да и полиция их может отследить? — спросила Точка. — Если только…

— В верном направлении думаешь. Им помогают. В полиции служат люди, в правительстве тоже люди, в корпорациях тоже есть люди, главы заводов, главы телекомпаний, люди, сидящие за системами наблюдения в городе. И многие из них тоже не в восторге от захватчиков. Потому тайно помогают партизанам, дают фейковые отчеты, скрывают улики, затирают имена и адреса в базах данных и прочее. Проблема демонов хаоса в том, что наш мир для них чужд и непонятен. Они не знают, что и как работает, потому вынуждены полагаться на местных людей, а те в свою очередь их предают. И все это благодаря тому, что мы все еще держимся, что мы все еще сражаемся. Эти люди верят, что мы можем победить, потому подполье довольно обширно, надо сказать, и действует во всех супергородах. Так что сейчас штаб получает оттуда большое число сведений. Более того, они саботируются разведданные, так что противнику приходится использовать проверенные магические предметы и обычных разведчиков, чтобы узнавать местоположение наших позиций, а также расположение войск и центров управления. Сам факт того, что демоны хаоса не нанесли удар по нашим главным штабам, не убили мэра и других управленцев, не столько говорит о том, что они опасаются крупных потерь среди демонов хаоса, сколько показывает, что они банально не знают место расположения нашего штаба.

— А вот мы знаем, — раздался голос полный скепсиса.

— Да. Но не думайте, что мы полагаемся только на это. Естественно, происходит доразведка и сбор дополнительных данных, в том числе и с помощью альвов, и с помощью разведчиков-аватаров. А также мы получаем снимки с высотных беспилотников, в том числе и вражеских, которые нам любезно предоставляют.

Я хмыкнул. Может быть, верхушку оставшихся корпоратов боги хаоса и соблазнили, но совсем не рассчитали реакцию низших служащих и обычных людей. Впрочем, это не их вина. Они просто не понимают, как устроено человечество в нашем мире. Все, кто занял высшие места, гребут материальные ценности под себя, пытаясь контролировать 90 % всех богатств. Так что лояльность нижних чинов будет строиться на том, насколько щедро верхи будут делиться с ними. Только проблема в том, что раньше люди знали, на кого работают, и принимали ту систему, что управляла человечеством. Сейчас же над ней встали пришельцы из параллельной реальности, что уже сильно пугает большинство нижних чинов и более того — заставляет их противодействовать на инстинктивном уровне. Это противодействие можно было бы подавить хотя бы внутри корпораций, если бы верхи могли предложить им что-то по-настоящему ценное, только вот тем, что им предложили боги хаоса, видимо, поделиться с нижними чинами не получится. Плюс, как и сказал, еще и наложился фактор того, что теперь фактически властью стали чудовища из иного мира. И если бы мы проиграли, то людям пришлось бы смириться с этим, но они видят, что мы держимся, что казавшиеся могущественными демоны хаоса не могут нас победить, и это вселяет в них надежду и заставляет действовать, помогать. Помогать нам, помогать подполью в своих городах, саботировать приказы, давать неверную оценку или разведданные. И чем больше мы будем одерживать побед, тем сильнее будет сопротивление.

— И все же, такая спешка с этим планом. Операции такого масштаба готовятся недели, — сказал Медок, его брат — Трюк — кивнул.

— Вы правы. Но если мы упустим момент, то враг нападет первым. Я много раз говорил, что с востока может подойти армия, и тогда нас возьмут в клещи, враг первым атакует и навяжет нам свою борьбу. Пока две армии разделены, мы можем их разгромить по отдельности.

— Но армия с запада еще не подошла, даже сведений об этом не было.

— Были. Там идет подготовка, формируются корпуса, перебрасываются бойцы, орков снабжают дронами и приборами для коммуникации, проходят совместные тренировки…

— Которые займут еще недели или может быть месяц, — заметил Упырь.

— Верно… Ладно, есть еще кое-что. Из других супергородов поступает тревожная информация. Многих людей забирают с улиц и направляют в закрытые тюрьмы. В них в основном орудуют воины хаоса и присланные туда орки-шаманы. Сведений мало, но есть опасность, что демоны хаоса что-то готовят, что-то серьезное. Возможно, какое-то мощное заклинание, связанное с жертвоприношением.

Лица присутствующих потемнели. Все прекрасно помнят, что случилось совсем недавно, когда богам хаоса дали творить что вздумается, и те просто объединили миры, превратив нашу планету фактически в огромный тоннель, соединяющий две вселенные.

— А что, кстати, насчет спутников? БПЛА, конечно, хорошо, но они зачастую бывают ограничены в разведке и, даже несмотря на то, что поднимаются на многокилометровую высоту, все равно уязвимы для атак ПВО, — раздался голос из толпы.

— Как вы знаете, из-за изменения гравитации планеты не только изменился климат, но и увеличилось притяжение, что привело к тому, что спутники прошлой, докризисной эпохи, просто упали. А запускать новые было нерентабельно. Недавно же, из-за слияния миров, упали оставшиеся, что запускали корпораты. Так что спутников почти не осталось.

— Почти? — уточнила Ласка.

— Верно, есть еще один у Луны, и мы пытаемся наладить с ним связь. Да, он далековато от Земли, но при этом довольно массивный и с хорошей оптикой. Он запускался в свое время для детального фотографирования Луны, чтобы каждый камушек на поверхности было видно и чтобы можно было выбрать наиболее подходящее место для лунной базы. Сейчас с ним попытаются связаться и, если получится, перенаправить оптику на Землю. Но пока пользуемся теми разведанными, что есть. Еще вопросы?

— Только технические, — сказал я. — Нужен план базы, а также план наших детальных действий.

— Что ж, тогда давайте его и обсудим, потому что, возможно, у вас по мере моего рассказа появятся идеи, как улучшить план, — произнес Шестерня, после чего на стене рядом с ним появилась проекция карты местности…

— Тридцать минут до высадки, — раздался голос Шестерни.

Я вздрогнул. Видимо, так ушел в свои мысли и воспоминания, что даже задремал.

Иллюминаторов в вертолете нет, так что невозможно посмотреть, что там снаружи.

Высадят нас недалеко от места, где расположился штаб. Мы должны будем, внезапно атаковав, прорваться на его территорию, уничтожить руководство, а затем сбежать с помощью телепортов. Чтобы враг не сбежал с помощью телепортации, предварительно рядом со штабом уже разместили подавитель. Один из вражеских генералов — глава беспилотных войск — втайне помогает нам, он и разместил подавитель. Как только мы атакуем, подавитель, работающий на базе и защищающий ее от вражеских телепортов, отключится, чтобы дать возможность сбежать генералитету, но тут включится подавитель, пронесенный генералом. После того как мы успешно всех убьем, в условленном месте найдем генерала и заберем с собой. Конечно, легче бы ему пронести просто бомбу помощнее, но, видимо, с этим какие-то проблемы, да и тому же Голоду и оркам обычной бомбы, что мог бы пронести генерал, не хватило бы.

А вообще, если бы сейчас у нас было ракетно-ядерное оружие, то можно было бы закинуть боеголовку мощностью в три сотни килотонн, и нет проблем. Каким бы живучим ни был Голод, даже ему не выжить, если бы оказался в центре взрыва такой мощи. Да что там Голод, даже боги хаоса не выдержали бы такого… наверное.

Единственная проблема в том, что технологии производства ядерных боеголовок утрачены. После глобальной катастрофы и переезда людей в супергорода заводы по обогащению урана и урановые рудники закрылись, и сейчас, наверное, там уже все сгнило. Ученых, кто мог бы это сделать, не осталось, компетенции утрачены, а возрождать их тоже никто не собирался. Да, у нас есть сотни атомных электростанций больших и маленьких, есть даже мини-станции, но их реакторы сделаны еще до глобальной катастрофы и работают они по новому принципу — на базе замкнутого ядерного топливного цикла с использованием реакторов на быстрых нейтронах. А это значит, что работают не на ядерном топливе, а на его отходах, которых скопились сотни тонн, и его хватило бы, чтобы поддерживать работу этих станций сотни и даже тысячу лет. Так что из этого топлива не сделать ядерного оружия. Возможно, если бы в своё время корпораты озаботились созданием ядерного оружия, то лет за пять-шесть смогли бы создать заводы по производству боезарядов, но в наступившем мире это было не нужно. Все семь мегакорпораций спокойно взаимодействовали друг с другом, при этом имея каждый свой город, в котором они орудовали, не посягая на чужие территории, которые, причем, были расположены далеко друг от друга. Оказывается, войн можно избежать, если нет близких границ, а ресурсов из-за отступившего океана и обнажившегося в некоторых местах дна хоть отбавляй — залежи золота, железа и прочего, а потом и вообще открылся разлом. Так что такое оружие было не нужно, да и опасно было его вновь приносить в мир, где уже изменилась гравитация, уплотнилась атмосфера, повысился парниковый эффект. Применение такого оружия могло бы ухудшить и так уже ухудшенный климат.

Сейчас же у нас есть ресурсы и возможности возродить такое оружие, но нужны исследования, создание центрифуг для обогащения урана, возрождение шахт, возрождение мощного тяжелого ракетного оружия, что осложняется повышенной гравитацией планеты — на это уйдут годы. Да и есть опасность, что боги хаоса, оценив эффективность атомного оружия, попытаются овладеть этой мощью. Так что тратить сейчас научные и производственные ресурсы на возрождение оружия через несколько лет — невыгодно. Нужно производить что-то, что будет работать уже сейчас, потому что эффективное оружие требуется уже сейчас. Так что сейчас делаются магические винтовки, новые типы дронов-разведчиков, вот такие вот вертолеты-невидимки и прочее.

— Десять минут, всем приготовиться!

Я сжал кулаки. Быстро открыл инвентарь. Там, помимо самых разных вещей, два ящика с пулями для моего нового оружия. Настроил их так, что когда извлекаю из инвентаря, то они сразу появляются за плечом, вставляясь в крепление. В каждом ящике по пятьдесят пуль. Еще с пару сотен просто валяются в инвентаре. Все потому, что заряда маны в моем оружии хватит на сто выстрелов, а если боевые руки будут еще использовать встроенное заклинание «гравитационный прокол», то и того меньше.

Вертолет начал снижение. Пусть иллюминаторов и нет, но снижение можно почувствовать, когда твое тело становится чуть легче. При плавном снижении это почти незаметно, но не для меня.

Коснувшись колесами земли, машина чуть качнулась, задняя дверь опустилась, мы быстро, как какие-нибудь солдаты в военных фильмах, сбежали по ней, сразу разбегаясь в разные стороны и беря периметр под визуальный контроль. Вертолет все так же остается невидимым, кроме откинутой задней двери и открытых внутренностей — это выглядит забавно, как будто в воздухе образовался проход, из которого выскочили люди. Крышка поднялась, и вертолет вновь стал полностью невидимым. Шелест лопастей, сделанных по особой форме и из особых композитов, что снижают их шум, едва слышен. Плюс тут стоит шумоподавляющая магия, заработали с новой силой, машина быстро поднялась в ночное небо, оставив нас у небольшой рощи.

Справа шумит речушка, на вид не глубокая, а шириной такая, что через нее можно легко перепрыгнуть. В десяти шагах от нас тем временем приземлился следующий вертолет и еще одна группа наших товарищей высыпала наружу. Затем еще один и еще.

«До боевых порядков противника километр». — напомнил Шестерня.

Орки собираются для атаки, потому никакой эшелонированной обороны нет, но все же минимальные защитные укрепления они сделали — в разных удобных местах стоят лагеря с выкопанными окопами и накрытые магическими и технологические полями, что маскируют их стоянки. Но мы, благодаря инциденту с захватами южных крепостей, уже знаем про это и знаем как их обнаруживать.

Сотня с лишним человек, двинулись несколькими группами вперед влившись в рощу. Лагеря орков расставлены так, что не создают сплошную линию обороны, но проскользнуть между ними невозможно. Два ряда лагерей расположенных в шахматном порядке и так на протяжении сотен километров на юг и на север создавая такую своеобразную линию фронта.

«Мы у лагеря». — спустя несколько минут пришел доклад от передовых отрядов разведчиков.

' Начинайте!' — пришла команда от Шестерни.