На майские выходные Шалунов поехал в гости к Баловневым на их дачный участок – и в первый же день пожалел. Ни телевизора, ни интернета на даче не было, на речку одних не пускали, а в подвижные игры мама Баловнева играть не разрешала, чтобы дети не поломали кусты и не потоптали грядки. Переиграв во все спокойные игры, какие только могли придумать, – машинки, лото, шашки, настольные «ходилки» с кубиками, – братья Баловневы и Шалунов отправились в гости к соседскому мальчику и его младшей сестрёнке. У соседей и участок был побольше, и грядок поменьше. Плюс на крыше торчала огромная спутниковая тарелка. Дети включили телевизор, два часа смотрели мультики, а потом переключили на жутко захватывающий фильм про мумию, которая бегает по древнему городу и преследует путешественников. Вот только досмотреть эту увлекательную историю им не удалось. Услышав доносящиеся из дома крики восторга, смешанного с ужасом, соседская мама вбежала, выключила телевизор и выгнала всех на улицу.

– Идите гуляйте, – сказала она, – хватит забивать голову всякой ерундой.

– Давайте играть в мумию? – предложил брат Баловнева. – Чур, я мумия! Я ужасная и опасная мумия! У-у-у-у! Прячьтесь скорее, я иду за вами!

– Почему это ты мумия? – возмутилась соседская девочка. – Что это ты командуешь? Это не твоя дача. Я буду мумией!

– Ха-ха! Девочки мумиями не бывают.

– Ха-ха! Мумия – она уже девочка. Поэтому я буду мумией!

– Нет, я!

– Так, тихо! Не спорить! – прервал их Баловнев. – Мы устроим конкурс на самую жуткую мумию. Кто победит, тот… получит медаль мумии и будет всех ловить.

– Точно! – воскликнул Шалунов, тыкая попеременно в Баловнева и в соседского мальчика. – Ты будешь превращать в мумию своего брата, а ты – свою сестру. А я сниму всё это на телефон и выложу в сеть. Чья мумия наберёт больше лайков, тот и выиграл.

– Как ты выложишь без интернета? – поинтересовался Баловнев. – Его здесь нет.

– Внизу нет. А вон там, на дереве, ловит, – показал соседский мальчик. – Если забраться повыше, можно соединиться. Я уже сто раз так делал.

Творческий конкурс стартовал. Из дома принесли старые шарфы, платки, два рулона бумажных полотенец и рулон туалетной бумаги. Из картона вырезали большую медаль, на которой написали: «Я – мумия». Несколько минут изобретательности и креатива – и брат Баловнева с соседской девочкой превратились в плотные бесформенные коконы. Они оценивающе зыркали друг на друга через узкие щёлки для глаз.

– Ты не мумия, – прогудел брат Баловнева сквозь плотные слои «костюма». – Ты бумажный кулёк. Медаль моя!

– Нет, моя! – отозвалась соседская девочка, отплёвываясь от туалетной бумаги, прилипшей к губам. – Мумий в шарфах не бывает. Ты просто пугало огородное, а никакая не мумия.

– Погодите, сейчас народ решит, кто победитель, – сказал Шалунов, сфотографировал их обоих и полез на дерево в поисках интернета.

– Чуть выше, чуть правее, – командовал соседский мальчик, – вон на ту ветку… Дальше, дальше! Нет, не на эту, она уже сломана! – вскрикнул он.

Но было уже поздно. Ветка издала сухой треск и вместе с Шалуновым рухнула вниз, прямо в колючие кусты малины.

Через два часа папа Баловнева привёз Шалунова из поселковой поликлиники. Его руки, ноги и даже голова были густо обмотаны белыми бинтами.

– Где мой телефон? – спросил Шалунов, с трудом опускаясь на диван. – Результаты смотрели? Кто самая жуткая мумия?

– Ты, – вздохнул брат Баловнева.

И надел ему на шею картонную медаль с надписью «Я – мумия».