В вестибюле детской поликлиники было шумно и тесно. Толпились мамы и бабушки с хнычущими малышами, носились и визжали дети постарше. К окошку регистратуры протиснулся сероглазый мальчишка в синей бейсболке козырьком назад.

– Дайте, пожалуйста, карту.

– Фамилия? – устало спросила тётя в белом чепчике.

– Шалунов. Игнат.

– Адрес?

– Майская, двадцать пять… Вон моя карта, вон, с зелёным корешком. На верхней полке, справа. Да, да, эта!

– Ты что, один к врачу пойдёшь? Без мамы?

– Какая мама? – фыркнул Шалунов. – Я что, маленький?

Он взял карту и направился к кабинету терапевта.

– Никакой ты не больной, – сказал врач, осмотрев его. – Больной – это когда температура выше тридцати семи градусов, красное горло, кашель, насморк и отсутствие аппетита. Есть у тебя что-то из этого? Нет? Значит, ты здоров. Иди и радуйся.

– Спасибо, – сказал Шалунов и пошёл к следующему кабинету.

– Видишь ты хорошо, даже самую нижнюю строчку. Зрение стопроцентное. И глаза у тебя здоровые, – сказал ему окулист. – Вот если бы у тебя буквы расплывались или глаза слезились, была бы резь или краснота, тогда можно было бы говорить о какой-то болезни. А сейчас всё в порядке.

В кабинете хирурга Шалунов узнал, что у него нет ушибов и травм, не опухли суставы и не растянулись связки. Невролог ему сообщил, что у него не кружится голова, не ослабла память и он хорошо спит по ночам…

Обойдя все кабинеты, Шалунов сдал карту в регистратуру и вышел из поликлиники.

Мимо крыльца на велосипеде ехал его приятель-одноклассник.

– Здорово, Шалунов, – сказал он, притормаживая.

– Привет, Баловнев, – отозвался тот.

– Ты что, заболел?

– Пока нет… Но скоро уже первое сентября.

– И что?

– Как – что? Пора к школе готовиться.

– Здесь? В поликлинике?!

– Конечно, – усмехнулся Шалунов. – А где мне ещё так подробно расскажут, как и чем надо заболеть, чтобы освобождение от школы получить?