– Прости пожалуйста, я застирывала пятно целую вечность! – Я возвращаюсь за столик, смотря на кого угодно, кроме Марка. Я не умею врать. По моему лицу он, без сомнений, поймет, что я только что держала в руках член другого мужчины.

Он улыбается и смотрит на мою грудь.

– Оно не отмылось, ты в курсе?

Упс.

Марк, кажется, не замечает моего странного поведения, а может, думает, что я нервничаю на первом свидании. Он наклоняется, берет мои предательские руки и целует их – бедный, ничего не подозревающий парень. Он даже не представляет, чем они только что занимались.

– Не волнуйся, ты все еще самая горячая здесь, с пятном или без.

– Ага, – мямлю я.

– Хочешь неприлично дорогой коктейль? – спрашивает он, нежно массируя мои блудливые пальцы.

Я выдавливаю улыбку:

– Да, пожалуйста.

Марк встает из-за стола, а я украдкой поглядываю на дальнюю сторону бара. К счастью, Дэнни Уокер еще не вернулся из туалета – видимо, пытается отмыть пятна.

Карл ловит мой взгляд и хитро улыбается. Он все знает.

Похоже, у меня над головой надпись «Шлюшка» и стрелка, указывающая прямо вниз.

Я понимаю, что не смогу оставаться в баре, когда Дэнни опять здесь появится.

– Марк, подожди! – зову я его, и он оборачивается. – Давай лучше пойдем в какое-нибудь место повеселее?

* * *

Прошло два часа, и я пьяна. И я не имею в виду легкое опьянение, когда можно хихикать, как маленькая девочка. Я пьяна в хлам, нажралась как свинья. Удивительно, но последний час я веду с Марком умную беседу. Как мне кажется. Не уверена, что он со мной согласится.

Я смотрю расфокусированным взглядом на своего спутника, и он спрашивает, хочу ли я зайти к нему выпить стаканчик.

– Почему бы и нет, – хрюкаю я в ответ.

Какая же я шлюха. Я не выдержу два пениса за ночь. Выпьем, и возьму такси до дома.

Голова кружится.

Марк выглядит воодушевленным.

– Вызову нам такси.

Через тридцать минут, когда я слегка протрезвела, такси останавливается у дома Марка в нескольких кварталах от станции «Нотинг-Хилл».

– Весь этот дом твой? – спрашиваю я, завороженно глядя на огромный дуплекс в викторианском стиле.

– Ну да, – как ни в чем не бывало отвечает он.

На секунду я думаю, что он шутит. Этот особняк размером с дом Тристана, а он вообще-то мультимиллионер.

– Чарли, ты идешь?

Вдруг я понимаю, что стою на дорожке перед домом, разинув рот, а Марк ждет меня, открыв входную дверь.

Внутри дом еще восхитительные, чем снаружи. Тут явно поработал дизайнер, продумана каждая деталь, от вентилей на батареях до предметов в стиле ар-деко, небрежно расставленных по коридору.

Вдоль стен в коридоре потрясающая коллекция живописи, которая, судя по всему, выставлена также во всех комнатах.

Чем я заслужила это? То есть я выгляжу неплохо и достаточно пьяна, но уровень этого парня явно много выше. Он легко мог бы подцепить в том баре какую-нибудь модель-инфлюенсершу.

Если сложить вместе всех парней, с которыми я когда-либо встречалась, и суммировать их внешность, достаток и мозги, этот врач все равно оказался бы умнее, красивее и богаче их всех. За исключением Дэнни Уокера, конечно.

Я расслабляюсь на кинодиване, в котором больше устройств, чем у меня на кухне. Здесь есть встроенный холодильник и динамики. Марк нажимает кнопку, и я вскрикиваю, когда спинка дивана откидывается на девяносто градусов. Ладно, значит, мы быстро движемся к следующей фазе.

Он наливает мне полный бокал вина, прежде чем я успеваю отказаться. Не уверена, что это хорошая идея. На самом деле, меня немного подташнивает от всех этих коктейлей с бананом, ванилью и водкой. А теперь еще это сладкое вино… фу…

– Чарли… – Марк отставляет мой бокал в сторону и наклоняется надо мной. – Ты позволишь мне поцеловать тебя?

Я нервно хихикаю.

– Я не возражаю. – Один поцелуй не повредит. Ну я же ни с кем не встречаюсь, верно? Дэнни Уокер не обивает порог моего дома, уверяя, что теперь мы с ним пара.

Ну вот. Мне нужно показать свои лучшие трюки. Этот чувак наверняка привык к моделям, качающимся на люстрах, а не к пьяным девчонкам из службы IT-поддержки.

Его язык проникает мне в рот, и я осторожно толкаю навстречу свой. О-о, глубоко. Да у этого парня длиннющий язык. Даже чересчур… в животе урчит. О нет, это плохо. Очень плохо. Я чувствую, как в желудке плещется вино. Марк пытается залезть на меня, и из моего рта вырывается икота.

– Прости. – Я прикрываю рот рукой, и Марк слегка хмурится. – Извини меня, я на секунду!

Я вскакиваю с дивана.

– Конечно, если тебе нужно, то освежись, – предлагает он.

Я киваю. Банан уже стоит в горле, и я несусь по коридору в ультралюксовую ванную Марка.

Я едва успеваю закрыть дверь, но еще не добираюсь до унитаза, биде или джакузи из белого мрамора, как волна вина с бананами выплескивается из меня, заливая все окружающие поверхности. Струи рвоты будто упали откуда-то с потолка.

Вишенки из коктейлей с бурбоном, лайм из «Лонг-Айленда», грибы из пиццы – содержимое моего желудка низвергается в идеальную ванную Марка.

Боже мой, оно повсюду. Желтовато-красное цунами залило всю ванную. Блевотина у меня в волосах, на платье. О нет! На шторке для ванны! И на коврике для душа! Я хватаю первое попавшееся полотенце, но даже оно выглядит так, словно его заказали в «Хэрродс».

Что же делать? Это точка невозврата.

Я не могу вернуться к Марку, не могу признаться, что потопила всю его ванную в рвоте. Есть лишь один логичный выход.

Как можно тише я открываю дверь ванной и крадусь по коридору. Входная дверь всего в паре метров. Потихоньку, стараясь не дышать, я толкаю дверь, медленно поворачивая ручку, и выбираюсь на темную улицу.

Огромная дверь захлопывается у меня за спиной. Хватая ртом воздух, я бегу до тех пор, пока не убеждаюсь, что нахожусь достаточно далеко, чтобы Марк меня не увидел.

Тяжело дыша, я падаю на землю, чтобы перевести дух.

Не могу поверить. Я только что совершила побег.