– Слушай, – рычу я, – мы это уже обсуждали. Я хочу, чтобы каждого сотрудника оценили и выставили баллы в течение следующих двух недель.

– Дэнни, – умоляет Шерил, мой руководитель HR, говорящая со мной по телефону. – Мы не успеем, времени слишком мало и…

– Это не обсуждается! – прерываю ее я. – Я хочу, чтобы все было сделано быстро.

– Хорошо, но могу я поинтересоваться, к чему такая спешка? – мягко спрашивает она. – Раньше ты никогда так не торопился с поглощением.

Если бы Шерил не работала со мной уже десять лет, она оказалась бы в сложной ситуации. Я не тот человек, которому задают вопросы. Я вздыхаю. У меня нет для нее ответа. Могу ли я сказать ей, что мой член не дает мне покоя и мне нужно поскорее разобраться с этим, потому что я – ходячая эрекция?

Необходимо прекратить эти вопросы.

– Шерил, мне нужно, чтобы пакеты выходного пособия были выданы через десять дней. Я плачу тебе за то, чтобы ты выполняла свои обязанности, а не за то, чтобы задавала вопросы. Понятно?

– Совершенно понятно, сэр, – отвечает она сдержанно.

Я вешаю трубку в ярости и тут же жалею об этом. Шерил ни в чем не виновата.

И я поступаю правильно, пусть даже Чарли не понимает этого сейчас.

Что выбрал бы Тристан? Чтобы я дал его сестре щедрый пакет при увольнении? Или оттрахал бы ее так, чтобы у нее дрожали колени? Что неизбежно произошло бы, если бы она ежедневно находилась в одном со мной офисе. Закончилось бы все слезами, и скорее всего – ее слезами. Она просто-напросто не может быть моей сотрудницей. Несмотря на мою репутацию плейбоя, я никогда не сплю с подчиненными.

Объединение IT-отдела «Данли Тек» с центральным отделом «Нексуса» вполне логично. Тристан бизнесмен. Он простит, если я уволю его сестру, но не простит, если я ее отымею. Она тоже простит меня… со временем.

Интересно, сколько еще Чарли будет ходить с мрачным видом? Сегодня утром она выглядела так, будто хотела меня убить.

Мое тело напрягается при воспоминании о том, как она с вызывающим видом стояла передо мной, уперев руки в боки. От гнева у нее вздымалась грудь. Ей повезло, что она меня не ударила: я бы не смог удержаться от желания закинуть ее на плечо, отнести в свой кабинет, стянуть эти мокрые шорты и отодрать ее, чтобы только прекратить думать о ней. К несчастью для нас обоих, ее ярость заводит меня еще больше.

Я кручу в руке стакан скотча со льдом.

Мне нужно снять напряжение перед церемонией награждения в семь вечера. Не думаю, что люди обрадуются, если я стану награждать их со стояком в штанах.

Смотрю на часы. Двадцать минут до подачи машины. Возьму дело в свои руки. В буквальном смысле.

Я, посмеиваясь над собой, опускаю жалюзи. Никогда раньше не мастурбировал в офисе. Не было необходимости. Ни одна женщина не заводила меня так, чтобы я не мог усмирить похоть и бросил все дела.

Запираю дверь и расстегиваю молнию на брюках, высвобождая член, красный и жаждущий. На пол падает капелька предсеменной жидкости.

Черт, я уже готов. Вот до чего я докатился. Вместо того, чтобы сосредоточиться на многомиллионной сделке, дрочу в отстойном временном офисе.

Я начинаю. Нужно что-то, что ускорит процесс.

То видео.

Тогда у меня не хватило духу попросить его у Тристана. Не придумал правдоподобного повода, почему мне понадобилось видео его поющей сестры. Он бы обо всем догадался, так как хорошо меня знает и понимает, когда я кем-то увлекаюсь.

Нет, я, как настоящий сталкер, получил доступ к камерам наблюдения бара, соврав, что у меня украли часы за десять косарей, и мне его дали без пререканий.

Держа член левой рукой, я нетерпеливо листаю галерею в телефоне правой.

Бинго.

Вот ее прекрасное личико. Я могу вечно смотреть в ее зеленые глаза.

Включаю звук и впиваюсь взглядом в ее мягкие соблазнительные губы. Я бы все отдал, чтобы прикусить их.

Представляю, как мои руки скользят по ее телу, как я трогаю ее грудь, покусываю и посасываю великолепные соски. Раздвигаю ей ноги, подношу руку к горячей плоти, запускаю туда пальцы. Представляю, как трахаю ее пальцами, пока она не обмякает. Слышу ее стоны, слышу, как она кричит имя. Мое имя.

Я уже близок.

Я сжимаю член, вижу, как он разбухает у меня в руке, оргазм близится.

Дверная ручка поворачивается.

Какого хрена?

Кто ее крутит?

Я же запер дверь. Но дверь оказалась не заперта.

Двухмерное изображение моего телефона превращается в трехмерное, когда Чарли врывается в кабинет, размахивая бумагами.

Ее взгляд опускается, она резко останавливается, и бумажки выпадают из ее рук.

– А стучать не пробовала? – реву я, тяжело дыша.

Чарли не отвечает. Просто стоит, наблюдая, как я дергаю свой член.

У нее отвисла челюсть.

Ей нравится увиденное, я вижу это по румянцу на щеках и расширенным зрачкам.

Она тихо вскрикивает, и это меня добивает.

Слишком поздно – я зашел слишком далеко и не могу остановиться.

Не отводя взгляда, я мощно кончаю, сперма выстреливает в салфетку.

Чарли смотрит мне в глаза, явно шокированная.

– Это мой кабинет, – напоминаю я, вытирая член салфеткой. – Нельзя врываться сюда, когда тебе захочется. – Ты что, не видела опущенные жалюзи? Думаешь, у тебя особые права?

Она открывает рот, собираясь заговорить, но тут же закрывает его.

Я в ярости. Не знаю, от чего больше: от того, что она без приглашения ворвалась ко мне в кабинет, или что я не смог сдержаться и кончил прямо перед ней.

Чарли нагибается, чтобы подобрать упавшие бумаги, и я понимаю, насколько сильно она нервничает.

– Прости, – говорю я мягче, пока она возится на полу, а я застегиваю штаны. – Ты не должна была это видеть.

– Я хотела поговорить о своем трудовом договоре, – запинаясь, отвечает она, не поднимая взгляда. – Вернусь, когда у тебя руки будут свободны.

Несмотря на мое неловкое положение, не могу перестать улыбаться из-за выбранных ею слов. Дерзкая, надо отдать ей должное.

Дверь с грохотом захлопывается.

Стою, не в силах двинуться с места. Знаю, что машина уже ждет, пора ехать на церемонию награждения.

Неужели я только что кончил на глазах у сотрудницы, на глазах у младшей сестры Тристана?

Резко выдыхаю.

Мне уже случалось попадать в подобные неприятности – ситуации, когда приходилось вмешивать HR и инициировать дела о клевете, но нынешняя выводит меня на новый уровень.

Я громко смеюсь над собой.

Это может стать самой большой ошибкой в моей карьере и в то же время самым возбуждающим моментом в жизни.