Наташа с Алексеем под громкие аплодисменты радостно улыбающихся гостей, нежно держась за руки, проходят в просторное заведение.

Роскошный ресторан, в самой гуще столичной жизни, поражает своей двойственностью, сочетая в себе изысканную роскошь и в то же время простоту и уют. Концепция основывается на союзе огня и воды, соответственно полностью характеризовала характер молодожён. Бессознательно выбрали данное заведение, руководствуясь более приземлёнными мотивами, отдавая приоритет атмосфере и изобилию меню.

Наташа с умиротворённым лицом наблюдает за музыкантом, который сосредоточенно играет на фортепьяно. Звуки радуют слух. Наташа не может сдержать приятной улыбки, слушая волнующую мелодию.

– Любимая, ты хорошо себя чувствуешь? – в очередной раз, с заботой и нежностью интересуется Алексей. – Тебя не тошнит? Ты не обязана присутствовать до завершения мероприятия. Только намекни и мы сразу поедем домой. Гости поймут, шутка ли, последний месяц беременности. Архангельский бережно кладёт ладонь на животик супруги и с мольбой в глазах, смотрит на бледное личико Наташи.

Наташа с улыбкой накрывает маленькой ручкой пальцы супруга и слегка сжимая их шепчет, – я устала, но это приятная усталость. – И вообще, сегодня такой знаменательный день. Хочу в полной мере насладиться им. Посмотри наши родные и близкие собрались сегодня, чтобы разделить с нами такой счастливый день, – Наташа окидывает беглым взором гостей и продолжает уже более громким голосом вещать, – поэтому останусь и ни за что не пропущу веселье. – И знаешь, что! Дорогой и любимый супруг, я всего лишь беременна, а вовсе не больна.

Алексей поднимает ручку жены и слегка прикасается губами к её коже. – Я не разделяю твоего энтузиазма. Конечно, венчание — это важное мероприятие, но мы могли организовать его, когда бы ты родила.

– Лёша, ты невежда, – игриво возмущается Наташа на несуразную реплику супруга. – Венчание не организуется, оно совершается на небесах, когда двое осознанно принимают решение. Наташа бережно освобождает свою ручку из тёплого плена мужа и перемещает её на животик. – Малыш должен был родиться в законном браке, благословлённом на небесах.

Наташа прижимается к телу Алексея и положив голову на его широкое плечо, медленно опускает реснички и наслаждает натуральным звучанием пианино, которое состоит в красоте, душе, чувствах…

– Любимая, – тихо произносит Алексей. – Прости, мне нужно покинуть тебя на пару секунд. Мама так старательно машет своими пальчиками, стараясь привлечь моё внимание. По всей видимости, она хочет преподнести тебе какой-то подарок. Сейчас будет интересоваться моим мнением.

Наташа резко поднимает голову и с негодованием осматривает супруга. – Лёша, какой подарок? На венчание обычно не принято приносить подарки, – нерешительно приподнимает плечики и косится в сторону свекрови, которая довольно улыбалась и махала своей ручкой.

– Наташа, это моя мама. Вся такая внезапная. Она решила подарить тебе кольцо, которое ей передала моя бабушка. Типа традиции, только вот мне не особо нравится все эти устаревшие традиции.

Наташа пронзительно сузила свои глазки и с недоверием в голосе, уточнила, – бабушка по линии папы?

Выражение лица Архангельского внезапно изменилось, в глазах блеснуло пренебрежение, он тяжело вздохнул и беззвучно покачав головой поднялся с места.

Наташа поймала руку супругу и нежно попросила, – пожалуйста, позволь маме передать мне кольцо. – Несмотря на то что у тебя не самые лучшие отношения с отцом, – девушка замолкает, медленно держа свободную ручку на животике, приподнимается и, глядя в глаза Алексея, продолжает, – неважно, что было раньше. – Главное, что ждёт нас в будущем и не только нас, но и наших детей. Раз для Валерии Андреевны это так важно, то считаю, что должны уважить свою маму.

– Хорошо, уважим «нашу» маму, – восклицает Архангельский и с недовольной физиономией отправляется к матери.

– Мама, – раздаётся детский голос, Наташа разворачивается и видит, что рядом стоят родители. На руках папы по-хозяйски разместилась Варвара, которая с восторгом рассматривает маму, а после пищит, – ты такая красивая. – Настоящая принцесса. Я тоже хочу, когда стану большой, большой, – взмахивает детскими ручками, – тоже такое платья одену. – Как у мамы. Как у мамы, – задорно ёрзая в крепких ручках дедушки, утверждает малышка.

Мать Наташи подходит к дочери и обнимая родное дитя, отвечает внучки, – обязательно будешь. Лет этак через двадцать, твоя мама — вот также будет стоять рядом с тобой.

– Я тоже женюсь? – с детской непосредственность произнесла Варвара в таком же класивом платье.

– Да, – отвечает Наташа и укоризненно поднимая пальчик поправляет малышку, – только не женишься, а выйдешь замуж. И не класивом платье, – передразнивает дочь, – а в красивом.

– Р-р-р,– прорычал дедушка, целуя внучку.– Ты же выговариваешь буковку. А, ну-ка, порычи как рысь. Р-р-р.

– Устами младенца гласит истина, – неожиданно проговорила мать Наташи и высокомерно закатив глаза, недовольно поморщила нос.

Михаил Аркадьевич нахмурил брови и грозно посмотрел на супругу, громко скомандовал, – Анна, помолчи. – Прекрати, опять за старое взялась.

– Мама, ты что-то хочешь сказать?!– Наташа высоко подняла голову и решительно окинула возмущённым взглядом женщину. – Говори прямо, – требовательным тоном заявила девушка.

Женщина отодвинула стул, где совсем недавно восседал её зять и высокомерно пояснила, – с таким отцом, муж Варвары именно выйдет за неё замуж. – Он же задавит его своим авторитетом, в доме будет царить не патриархат, а самый настоящий матриархат. Шаг вправо шаг влево, приравнивается к побегу, а наказание «расстрел».

Слова матери звучали жёстко и безапелляционно, но она выражалась фигурально и только Наташа осознавала, что наказание в виде расстрела, это вовсе не воображаемое, а именно действительное наказание, которое может легко быть реализовано в жизни. Архангельский не задумываясь ликвидирует зятя, если он посмеет хоть словом, и не дай бог делом, обидеть его драгоценную девочку.

– Анна, – не сдержался отец и повысил голос.

– Деда, гломко.– Гломко,– простонала малышка.

– Прости внученька. Вареник мой, наша бабушка вредничает и провоцирует дедушку кричать.

– Варя, громко. Громко. Р-р-р, – срывается Наташа и поворачивает голову в сторону матери. – Знаешь мама, в семье моих детей, как и моей будет царить любовь, счастье, уют и равноправие. Равноправие, – монотонно, спокойно произносит Наташа.

– Разве я говорю неправду, – преувеличенно, нарочито замедленно настаивает мать. – У меня весьма авторитетный человек, – женщина задерживает дыхание. Дама жадно смотрит на дочь затем, резко прищурив глаза, остаётся в таком положении. Она тем самым как бы подаёт знак, – я права, и никто не переубедит меня в обратном.

Наташа поморщила лицо и, взглянув на отца, произнесла, – папа, пойду, умоюсь, а то дышать невозможно. – Воздух стал ядовитым.

Девушка развернулась и, приподняв платье, направилась в сторону дамской комнаты.

Мать незамедлительно подскочила на месте и прокричала, – милая, подожди. – Я с тобой.

– Избавь меня от своего общества. Пожалуйста, – Наташа повернула голову к матери, неумело изображая невозмутимость.

Мать с истинным раскаяньем посмотрела на мужа и пожав плечами, тихо произнесла, – не сдержалась. – Знаю, надо было молчать, но я правдолюб.

Михаил опустил внучку на мраморный пол и сжав руки в кулаки язвительно ответил, – ты электропила, которая пилит и пилит всех подряд без разбора. Мужчина махнул рукой, когда Анна открыла рот, чтобы возразить и, взяв малышку за ручку, отправился на танцпол, вежливо произнеся, – юная леди, прошу вас оказать мне честь и потанцевать со мной.

– Наташа, – девушка остановилась, услышав голос Анастасии, который настойчиво издавался за спиной. Девушка развернулась и с недовольным видом наблюдала, как к ней приближалась Анастасия.

Девушка подошла к молодой и высоко подняв брови, разведя руками, сильно напрягая внимание, простонала, – ты почему меня не позвала? – Я бы тебе помогла. В твоём положение надо быть аккуратнее.

– Я что больная, – грубо ответила на заботу подруги. – В моём положении огромное количество женщин. Беременность вполне нормальное состояние.

На лице Анастасии отобразилась печаль и обида. Она опустила голову и тихо возразила, – извини, не хотела раздражать тебя своей неуместной заботой, – и не глядя на подругу повернулась и направилась на своё место.

Наташа застыла на месте, в одной позе. – Прости, – тихо-тихо прошептала она и, обхватив себя руками, неспешной походкой пошла к ранее намеченному месту.

Огорчённая невеста включила холодную воду и аккуратно приложила холодные пальчики к пылающим щекам.

– Самый счастливый день, который должен быть наполнен светом и добром…, – Наташа тщательно намыливает руки и поставляет их под холодную струю воды. – Я стаю перед зеркалом и сдерживаю слёзы, но вовсе не от радости, а от обиды, – подумала девушка, пристально смотря на отражение.

Открылась дверь кабинки, из которой вышла Тамара Львовна. Женщина, весело хихикая, немного опьяневшей походкой подошла к крану и вымыв руки, посмотрела на девушку и поняла, что девушка чем-то встревоженно, спросила, – дочка, что случилось?

Беспокойный взгляд блуждал по молча стоявшей Наташе. Девушка ощущала нарастающее внутренне напряжение, но она собралась с силами и всё же дрожащим голос, сказала, – Тамара Львовна, мама, как всегда. – Знаю, пора уже привыкнуть, что мой муж не особо нравится маме, но думала…, надеялась, что хоть после венчания, она сменит гнев на милость.

Тамара Львовна скривила личико в милой улыбочке и снисходительно заметила, – дорогая, вражда между тёщей и зятем стара как мир. – А ты думала, надеялась, что она завершится миром. За пять лет пора уже привыкнуть, что Анна так и будет теребить Алексея. Причём зря, – фыркнула женщина.

– Гормоны, – подумала девушка и только открыла рот, чтобы произнести своё умозаключение вслух, как тело Наташи пронзила сильная, резкая боль внизу опущенного живота. Вместо, ответа она глухо застонала и, держась за стену, наклонила корпус вперёд.

– Доченька, что? Где болит? – с испугом прокричала Тамара Львовна. – Потерпи малышка, потерпи, – женщина придерживала девушку одной рукой за плечи, другой за талию.

– Тамара Львовна, помогите мне выйти. Наташа неконтролируемо ощущает, что сознание помутнело, голова начинает кружиться. Беспричинно тело Наташи бросает то в жар, то в холод. Теряя связь с реальностью, девушка почти не слышала голоса людей, она лишь чувствовала, как сильные руки Алексея поднял её на руки и прошептал, – потерпи любимая, потерпи.

– Твою мать, – злобно рычит Наташа, – легко говорить «потерпи», сам бы испытал такие боли.

Автомобиль Романа Соколовского, оборудованный специальными звуковыми сигналами, предназначенные для определённой категории субъектов, стремительно доставляет Наташу в сопровождении Алексея и Анастасии в роддом, где их уже ожидает бригада врачей. Наташу транспортируют в родильное отделение, параллельно один из врачей, произносит, – Алексей Александрович, ожидайте в коридоре. – Мы вам незамедлительно сообщим, как только Наталья Михайловна родит.

Проходит несколько длительных, мучительных часов. Алексей расхаживает из стороны в сторону и судорожно потормошив волосы, воскликнул, – Настя, почему так долго? – Может зайти в родильное отделение.

– Архангельский, немедленно возьми себя в руки и прекрати истерику. Каждая женщина проходит через роды, ничего страшного в этом нет, – как можно увереннее произнесла подруга.

Белоснежные двери торжественно распахнулись, и Алексей с Наташей синхронно повернули голову к появившемуся врачу. Доктор улыбаясь, подошёл к молодым людям и пожав руку Алексея, помпезно с важным видом, произнёс, – поздравляю вас папочка, у вас дочка.

– Дочка, – словно заворожённый повторил Лёша. – А Наташа? – отойдя от ступора, спросил Алексей.

– И мама, и дочка чувствуют себя отлично. Да были некоторые трудности, но мы справились, и в результате Наталья Михайловна самостоятельно родила дочку. Нам даже не пришлось прибегать к кесареву сечению.

Настя смахнула слезу и протараторила, – рост. Вес. И обязательно время рождения. – все данные надо зафиксировать. Память. Это такая память.

Доктор открыл рот, но не успел произнести даже слова, его ответ был беспощадно прерван телефонным звонком Архангельского.

– Сокол, – усмехнулся Алексей. – Настёна, после того как ты отчитала его пятнадцать минут назад за частые, назойливые звонки, решил не испытывать судьбу и теперь мне названивает.

– Уважаемый Роман Дмитриевич, – вальяжно отвечает на звонок Архангельский, – с вами разговаривает дважды счастливый отец. Затем мужчина расплывается в улыбке, принимая поздравления и наилучшие пожелания от друга.

– Что? – резко выкрикивает Алексей и вместо радости и счастье, на лице появился испуг, негодование и злость. Убийственный коктейль эмоций, который не смог проконтролировать Алексей после полученной информации.

– Лёша, что произошло? – Настя развела руками и пристально смотрела на мужчину, когда мужчина отключил вызов.

– Сам точно ничего не понял. Рома сообщил, что ему позвонил главный врач психиатрической клиники и сообщил, что сегодня в 16 часов 45 минут остановилось сердце Ангелины. Врач сразу позвонил Роману, сейчас он поехал в больницу.

Глаза врача непроизвольно увеличились и, приложив руку к губам, прокричал, – не может быть! – Впервые такое за мою долгую практику, чтобы начало жизни, совпало со смертью.

– Что? – сухо поинтересовался Архангельский, особо не уделяя внимание доктору.

– Алексей Александрович, посмотрите на свои часы. Они показывают 17 часов, ровно пятнадцать минут назад на свет появилась ваша дочь. Анастасия Алексеевна, вы интересовались временем рождения, – доктор переводи взгляд на девушку, – так вот, сообщаю время рождения Александры Алексеевны Архангельской, 16 часов 45 минут по московскому времени.