Обида и печаль сжигает сердце изнутри…

Лишая смысла жизни и сбивая с правильного пути!

Как же больно осознавать, что мужчина, которого ты любишь всем сердцем относиться к тебе…Как относится? Как к другу. Чёрт! Гнев прожигал изнутри. Чем я хуже этой серой мышки Наташи. Она же пустая, по сравнению со мной бледная моль. Но Архангел её любит. Продолжает любить…

– Тариэл, ты слышишь, что я тебе сказала? – Взволнованно проговорила я.

От беспокойства не могла успокоить дыхание, лихорадочно провела руками и с сильной досадой на лице, посмотрела на мужчину, который с невозмутимым видом, и наглой ухмылкой сидел напротив меня, закинув ноги на стол. В одной руке у него был стакан с виски, который он лениво подносит к полным, большим, не очень чётко очерченным губам и, кривясь в мерзкой улыбке, равнодушно произносит, – Ангел мой, девочка с опалёнными крылышками, что же ты так нервничаешь. Присаживайся, давай я тебе как гостеприимный хозяин, что-нибудь предложу, – с жеманством предлагает он, при активно жестикулирует. – Не стоит такой красивой девочке, хмурится. Давай, малышка, присаживайся. Порадуй старика.

Брезгливо покривила лицо. Мерзкая, жирная скотина. При других обстоятельствах близко бы к нему не подошла, но сейчас исключительная ситуация.

– Тариэл, ты слышишь меня? – Срываясь на крик, подхожу к столу и облокотившись на него, переместив вес тела на ладошки, продолжила сверлить мужчину гневным взглядом. – Лёша и Рома начали, что-то подозревать, понимаешь, – медленно проговариваю я, при этом крепко сжимая края деревянного стола. – А я одна нести ответственность не собираюсь. Мы с тобой в одной лодке и на дно пойдём вместе.

Не собиралась угрожать мужчине, но при этом осознавала, что Архангел может добраться до меня в два счёта, а вот у Тариэла более выгодное положение. Озлобленно усмехнулась. Первая понесу наказание, но и хитрый лис не сможет спастись от возмездия Архангельского. Рано или поздно он спросит с него по полной программе.

Весь мой внешний вид наглядно кричит о моём беспомощном состоянии, обессиленно отталкиваюсь от стола и, обхватив себя руками, подхожу к окну. Открываю его и жадно поглощаю свежий воздух.

Тариэл остаётся спокойным. Он никак не реагирует на мои слова, складывается такое впечатление, что я ему банальные вещи рассказываю. Непонятно! Его спокойствие – это фальшь или он действительно не видит угрозы. Проклятие! У этого старика чутьё как у волка. Он опасность за километр чувствует. Почему же так реагирует? Или! Внезапно пронзила меня мысль, как огненная стрела. У этого прагматика есть запасной выход. Он, бесспорно, мерзавец, но при этом его ум острый, он настоящий игрок и всегда имеет козырь в рукаве. Кровавый шулер.

«Лишь только я решаю начать красиво жить — ко мне приходит жаба<br> и ну меня душить.»

Птицы выклёвывают клещей на спине буйвола не потому, что хотят избавить его от паразитов.

– Девочка моя, поверь мне, я всё уладил, – восторженно заявляет Тариэл, ставит стакан и, поднимаясь на ноги, подходит ко мне.

По-хозяйски обнимает меня за талию и притягивает к себе.

И вновь мерзкое чувство охватывает меня, стремлюсь скрыть своё раздражение и отвращение.

Твою мать! Как же хотелось резко отбросить его лапы от своего тела. Противно, но приходится терпеть. Каким бы подонком ни был Тариэл, я от него завишу. Без его помощи мне не всплыть.

– Ничего эти сопляки не смогут найти, как говорится, концы в воду.

– Что ты говоришь? – перевожу испуганные глаза на мужчину, параллельно пытаясь освободиться от руки Тариэла.

Близость мужчины вызывает чувство неприязни, всем сердцем желаю поскорее покинуть это пропахшее табаком, алкоголем и похотью помещение. Но ещё больше хочу, чтобы этот старый бандит, избавил меня от своего общества.

– Дура! Ангелина, где были твои мозги, когда ты решилась на сделку с этим кровожадным волком, – укоризненно думаю я.

Тариэл крепче сжимает одной рукой талию, другая бесцеремонно перемещает на грудь и прижавшись губами к моему уху, простонал, – можем отметить наш триумф.

– Какой триумф? – обречённо задаю вопрос. – Соколовский едет к патологоанатому, в течение часа он доберётся до места и тогда, выбьет из костолома всю информацию.

Нечистое дыхание мужчины обжигает кожу шеи, пытаюсь сдержать свои эмоции и как можно спокойнее прошу, – Тариэл, убери свои руки. Ты же знаешь, что я женщина Архангела, а Лёша своим не делится.

Жутковатый, басисты смех срывается с губ Тариэла, мужчина одной рукой скользит по моей груди, другой спускается к моей филейной части.

Моё терпение подходит к концу, резко разворачиваюсь и, уперевшись руками в грудь мужчины, сильно толкаю его.

– Я вовсе не шучу, если Архангельский узнаёт, какие фривольности позволяешь по отношению ко мне, он с тебя живого шкуру спустит, – гневно начинаю кричать я, полностью уверенная в собственных словах.

Страх вынуждает меня сорваться на крик…Если Архангел узнает, что его ненаглядная Наташа жива, то не успокоится, пока не разыщет её. Землю зубами будет грызть. А если он её найдёт. Крепко зажмурила глаза. Тогда мне не спастись. Архангельский живьём меня закапает. Повезёт ещё, если просто пулю в лоб пустит.

Тариэл поднимает руки вверх, демонстрируя, что услышал мои слова и принял во внимание все изложенные доводы.

Облегчённо выдыхаю, но преждевременно расслабилась. Этот маньяк, в мгновенно преодолел расстояние между нами и я вновь оказываюсь в плену этого человека. Опять упёрлась руками в его грудь и попыталась оттолкнуть отвратительного человека.

– Пусти, ты маньяк. Ты омерзителен и противен мне, сексуально озабоченный мерзавец, – неистово кричу я, пытаясь освоиться от бульдожьей хватки.

Внезапно Тариэл освобождает меня. Не теряя времени, отскакиваю на безопасное расстояние и с ужасом смотрю на мужчину.

– Дура, я твоя единственная возможность, спасти свою шкуру, – визгливым голосом, похожим на поросячий, произносит Тариэл. – Да, если Архангел, узнаёт, что ты ведёшь двойную игру, он с тебя шкуру спустит, – раздражённо повторил мои угрозы мужчина.

Непроизвольно мои брови вытягиваются в прямую линию, слегка сужаю глаза и уверенно заявляю, – я же тебе говорю, что нам надо помешать Роме встретиться с врачом. Битый час, пытаюсь достучаться до тебя. Грозно поднимаю палец и с угрожающим видом, указывая в его сторону, произношу, – ты, что думаешь, я одна буду за всё отвечать. Нет, я всё расскажу Архангелу. Поведаю ему детали нашей сделки, что ты помог Наташе сбежать, разыграл её мнимую смерть, а взамен вынудил меня, стучать на Соколовского и Архангельского.

Тариэл помпезно усаживается на кресло, вновь закидывая ноги на стол, резко оттягивает уголки рта, изображая бесшумный крик о помощи. Затем резко закрывает рот и со злобным выражением лица, поднимает руку и, сжимая её в кулак, насмешливо произносит, – вот где у меня, и Соколовский, и Архангельский. Злобно трясёт кулаком и ехидно кривит губы.

Ощущаю сухость во рту, сжимаю пальцы и, успокоив шумное дыхание, начинаю говорить, – Тариэл, с девчонкой что-то надо делать.

– Надо, – лаконично ответил мужчина и ударил кулаком по столу. – И я тебе сразу говорил, что нужно эту Наташу ликвидировать, но ты же у нас некровожадная, решила прибегнуть к более щадящей форме, и вот результат.

– Ничего страшного, пока не произошло. Я знаю, где проживает девушка, передам тебе её адрес, ну а там, в общем…,– перевожу глаза в сторону, не в силах смотреть в пожирающие глаза Тариэла.– От несчастного случая никто не застрахован,– робко заканчиваю фразу.

– Врача погубили, Наташу собираемся погубить, – цинично говорит Тариэл, закидывая руки за голову, откидывается на спинку кресла. – И Романа, раньше времени лишились. Вечная память.

Мой неподвижный взор, полный ужаса и отчаянья, устремлён на Тариэла. Слабо смыкаю губы, затем собравшись с духом, неуверенно произношу, – ты, что сделал с Ромой?

– Ты что сделал с Ромой? – ехидно передразнивает меня мерзавец. Скидывает ноги со стола, опускает руки и, наклоняя корпус, гнусавым голосом, произносит, – что, за бывшего любовника переживаешь! Пи…ц, у вас там шведская семья, тебя и Соколовский, и Архангельский е..т или охрана тоже участвует.

– Заткнись и ответь на вопрос, – злобно кричу я, игнорируя оскорбления Тариэла. Ноги начинают дрожать, обессиленно опускаюсь на диван и судорожно начинаю переваривать страшные слова изверга.

– Не понимаю, что тебя так напугало, – с наигранной наивностью, спрашивает Тариэл. – Устраним Наташу, Рому. Я заберу у Архангела бизнес, думаю, что после гибели друга, он окончательно впадёт в апатию, ну а ты приберёшь к рукам отчаявшегося мужчину. И заживём мы долго и счастливо, – громко хлопает в ладоши, и в кабинете вновь раздаётся мерзкий, оглушительный хохот.

– Не трогай Рому, подонок, – глухо и грозно рокочу я, не отрывая разъярённого взгляда от ненавистного мужчины.

– Знаешь, люблю Фёдора Михайловича Достоевского, – внезапно произносит Тариэл.

– За то, что он презирал людей, так же как и ты, – злобно подумала про себя я. Вслух же произносить ничего не стала, лишь пренебрежительно усмехнулась и перевела глаза в сторону окна.

– Особенно нравится персонаж, Соня Мармеладова, – равнодушно продолжает вещать мужчина. – Знаешь, а мне эта девушка, тебя напоминает.

– Мне по х.й, кого я тебе напоминаю, – брезгливо отвечаю я.– Ты на вопрос мой, дай ответ, – не отрывая взора от окна, рычу я.

– Гениальный писатель совместил в героине совершенно противоположные черты характера. Святая грешница, порочная дева.

– Шлюха и святая, — одновременно, проще говоря, – раздражённо выкрикиваю я и перевожу глаза, полные ненависти на Тариэла. – Где Рома?

– А вот, Толстого не особо люблю. Знаешь, его Наташа Ростова, уж слишком слащаво-возвышенная получилась. Мечта каждого: умная, весёлая, искренняя, правда, немного капризная и наивная, но это даже придаёт ей шарм. В такую легко влюбится, а вот Соню полюбить непросто.

– Эта женщина, Наташа, и после тысячи с лишним страниц по-прежнему улыбается, – отчуждённо, с сарказмом отвечаю я.

– Да, Наташа Ростова прекрасная, но на редкость скучный персонаж. Только настоящий мужчина, сможет рассмотреть сильную и волевую женщину. Слабый будет выбирать серую мышку, которая не затмит его эго.

– Тариэл, хватит уже вдаваться в литературный анализ героев, – поднимаюсь с дивана и требовательно продолжаю, – ответь на вопрос! Рома жив?

Грубые черты лица мужчины немного смягчаются, он бесшумно встаёт и уверенной походкой приближается ко мне.

Вглядываюсь в невысокого, полного мужчину с неправильными чертами лица, даже можно сказать, его внешность была некрасивая. Орлиный профиль отталкивал, но при этом было, что-то в нём элегантное, харизма, наверное.

– Да, сволочь. Да, мерзавец. Но при этом так изысканно объяснился мне в самых нежных чувствах, правда, сравнив с проституткой, – мелькнула мысль в моей голове.

– Забей ты на этого Архангела, ну не полюбит он тебя, – настойчиво продолжал Тариэл. – Такая женщина, как ты, достойна настоящего мужчины. Неужели, готова терпеть унижения со стороны этого сосунка.

Надменно кривлю губы и с негодующим видом, заявляю, – Лёша меня любит. Я знаю это, просто такой человек, как он, неспособен ярко выражать свои эмоции.

Слышу неприятный тихий смешок, который раздаётся после моей неуверенной фразы.

– Дурочка, ты жаждешь любви, но в ответ получаешь лишь холод и пренебрежение.

Сурово свожу брови и, придав глазам угловатую форму, окидывая взглядом Тариэла, спрашиваю, – и ты, тот самый мужчина, который способен подарить мне любовь?

Мужчина ласково берёт мою руку и прикасаясь губами, нежно шепчет, не разрывая телесного контакта, между моей рукой и его губами, – да, я тот человек, который способен искренне полюбить тебя. – Мне неважно прошлое, оно прошло, меня не интересует будущее, оно туманно, я живу настоящим.

– Если ты причинил вред Соколовскому, – запинаюсь и обречённо опускаю веки, осознавая, что все мои угрозы, абсолютно бессмысленны и невыполнимы.

– Что, тогда? – с театральной наивностью, спрашивает Тариэл и сильно сжимает мою руку, видимо, ожидая, что я начну угрожать.

– Тогда между нами ничего не может быть. Я не смогу ответить взаимностью человеку, который убил моего близкого друга, – печально простонала я.

– Жаль, – с досадой вздохнул мужчина. – Значит, моя зародившаяся надежда, погасла. Моя горячность сыграла злую шутку, а мои необдуманные поступки, привели к необратимым последствиям.

Резко выдёргиваю свою руку, отхожу.

Замираю, ощутив спиной стену и гневно констатирую, – убил. Ты убил, Романа!

Тариэл озадаченно приподнимает брови.

– Ангелина, давай без истерик, – более требовательно проговорил он. – Ненавижу бабские слюни и сопли. Ты сама знала, куда лезешь. В белых перчатках в жестоком мире криминала остаться не получится.

Судорожно провела пальцами по холодному лбу.

Тариэл молчал…Его морозное молчание усиливало панику.

– Если ты убил Романа, то напрасно думаешь, что Архангел впадёт в уныние. Он отомстит за друга. Ненависть придаст ему сил.

Хорошо знала Архангела. Смерть друга надломит его, но не сломает. Он упадёт, но собравшись с силами, оттолкнётся от земли, и вот тогда его никто не остановит.

– Ангелина, не думал, что ты такая наивная женщина. Алексей сломлен. Осталось чуть-чуть надавить, и он сломается пополам.

Жить с разбитым сердцем — всё равно что жить полумёртвым, а это не то же самое, что быть наполовину живым. Полумёртвый и есть полумёртвый. Это не жизнь. Прекрасно осознавала, что жить без Архангела не смогу.

– У тебя никогда не было такого ощущения... Будто всё, за что ты принимаешься, обречено на неудачу? ... Будто ты в бездне несчастья, да так глубоко, что даже не видно солнца над головой? Я чувствую, что как бы я ни старалась... У меня недостаточно сил, чтобы выкарабкаться из этой дыры.

Тариэл с недоумевающим выражением лица скользнул по мне равнодушным взором.

– Точно. Правильно говорят, что все бабы дуры. Ангелина, зачем тебе нужен Архангельский. Он же хромая лошадь. Неудачник.

Озлобленно фыркнула, уверенно взмахивая головой.

– Тебе не понять. Я его люблю.

Презрительный мужик приглушённо рассмеялся. сосредоточенно сканируя липким, отвратительным взором.

Тариэл активно замотал головой.

– «Холодная» личность любить не умеет, нет у неё чувств, подавлены. Но она путает любовь с желанием обладать ресурсами другого, особенно эмоциональными, поэтому в таких отношениях сразу будет много претензий и конфликтов, которые и разжигают страсть и эмоции, чем личность и наполняет себя. И у неё срабатывают чувства на ресурсы другого, на наполненность другого ресурсами, что она и путает с любовью.

Наглец подло хихикнул.

– Мужчина в отношениях с такой женщиной начинает терять силы и успешность. Если раньше был успешен, то в таких отношениях он начинает чувствовать себя неудовлетворённым постоянно, из-за чего его внимание переключается на неудачи, и жизнь начинает рушиться.

Опустошённо усмехнулась.

– Мне плевать. Ты можешь, что угодно говорить. Но предупреждаю, что если…

– Рот закрой, – внезапно разъярённо скомандовал Тариэл. – Не смей мне угрожать, девочка. Ты полностью в моих руках. Не забывай, что у меня есть что рассказать про тебя твоему любимому Архангелу.

Нервно выдохнула.

– Ты хоть понимаешь, что будет с тобой, когда Архангел узнает, что ты похитил Романа? А если не дай бог, ты его убил, то он тебя на куски порвёт.

– Послушай, женщина, успокойся и приди в себя. А далеко не такой дурак. И предпринял все меры предосторожности. Архангел никогда не узнает, что я причастен к похищению Соколовского. Если, конечно, ты ему не расскажешь.