Подняв крышку люка, Лестер уже был готов к тому зловонию, поэтому не стал медлить и спустился вниз по лестнице. Ему открылось довольно большое и длинное помещение, его освещала всего одна лампочка, висевшая на проводе у входа, но свет едва доходил до его конца.

Он ожидал увидеть просто трупы, сложенные под сараем, но та картина, что предстала перед ним, очень сильно его удивила.

— Твою-то мать! — довольно громко выругался он.

Там находились три ряда клеток, с проходами между ними, и в каждом ряду их было по десять. Но Лестер не ожидал увидеть в них людей, где по одному, а где и по двое в одной клетке. Они сидели в них, скрючившись в позе эмбриона, и явно не могли пошевелиться. Под ними были грубо сколоченные деревянные ножки, на них и стояли клетки, а на полу, под каждой из них, лежал ржавый таз для нечистот.

Заканчивалось помещение горой разлагающихся трупов. Похоже изгой на них же и сливал отходы от живых людей, не утруждая себя вырыть выгребную яму где-нибудь поблизости. Поэтому здесь так ужасно и воняло. Лестер не понимал, как живые вообще могли здесь находиться? Чем они дышали?

Некоторые люди, услышавшие его крик, слабо зашевелились и посмотрели в его сторону, а некоторые вообще не подавали признаков жизни. Лестер подошел к одной клетке поближе и убедился, что человек в ней мертв. Он окинул взглядом весь ряд, к которому подошел, и через не могу принюхался. Тот приятный аромат, вновь поманил его к себе.

— Чуешь? — спросил он Дерека, стоявшего позади него. — Странно пахнет для такого места.

— Воняет и только, — сквозь зубы произнес Дерек.

— Нет, — Лестер покачал головой. — Что-то приятное.

— Даже представить себе подобного не могу, — простонал его друг.

Одна догадка посетила его мысли, и он посмотрел на кучу тел. Именно с той стороны и шел тот запах. Только одно могло так потрясающе пахнуть во всем этом дерьме.

Его пара.

По мере приближения к углу, запах все усиливался. Лестер безразлично проходил взглядом по людям в клетках. Этот аромат и манил, и пугал его.

Неужели он найдет ее среди трупов?

Ту, что так долго ждал. Ту, что он мечтал встретить. Мечтал о том, как он будет любить ее, боготворить, носить на руках, баловать. Мечтал, как он подарит ей весь мир и всего себя.

На негнущихся ногах, Лестер приближался к куче, и с ужасом вглядывался в пустые мертвые лица. Почти дойдя до конца ряда, ему в нос, даже сквозь надушенную тряпку, ударил ее аромат, заставив повернуть голову влево.

В предпоследней клетке сидели двое человек. Мужчина и женщина. Лестер по запаху понял, что мужчина уже давно мертв, а вот женщина жива. Правда ее сердце еле-еле бьется, и вдохи она делает небольшие и редкие.

Не веря, что это она, Лестер приблизился к их клетке и сделал глубокий вдох. Сквозь невыносимую вонь, в его легкие проник ее аромат. Он как игристое шампанское, приятно заискрился и защекотал его ноздри, заставив сердце Лестера на мгновение замереть, а потом восторженно запеть от счастья.

Вот она! Он нашел ее! Она жива!

Одним быстрым рывком, Лестер сорвал с двери клетки тяжелый замок, и открыл ее.

— Что там? — спросил Дерек, проходя по другому ряду.

Лестер не ответил другу, и тот сам к нему подошел.

Для начала ему пришлось вытащить уже застывшего мужчину. Он нетерпеливо и неаккуратно положил его на пол, а потом потянул дрожащие руки к ней. Лестер, как мог, стараясь не причинить ей вреда, вытащил женщину из клетки, и осторожно прижал к своей груди.

Она еле слышно застонала, и повисла у него на руках, все еще по привычке прижимая колени к груди. Его женщина весила не больше перышка, и он всем своим естеством ощущал, как она была слаба. Казалось, что одно неверное движение заставит остановиться ее чудом трепыхающееся сердце.

— Тут ты дальше сам, — прошипел Лестер, стараясь подавить в себе ярость на ничия, который довел ее до такого состояния. — Я в дом и позвоню Джареду.

— Ты ее знаешь? — удивляясь его бережному отношению к женщине, спросил Дерек.

— Нет, — ответил он, и добавил: — Она моя пара.

Не став дожидаться сочувствия друга, или не дай бог, поздравлений, Лестер поспешил покинуть это проклятое место, и вынести ее на свежий воздух. Он как мог, стараясь не ударить ее об узкий лаз люка, вылез из подвала и вышел из сарая. Идя к дому, Лестер посмотрел ей в лицо. По ее грязным щекам катились обильные слезы, разрывая его сердце на мелкие кусочки.

«Больше она никогда не будет плакать!»

Мысленно дав себе эту клятву, он поднялся по скрипучим ступеням и вошел в дом. Помня, что Дерек положил ранее найденного ими бездомного в дальнюю комнату, он прошел в гостиную, где тоже был диван.

Лестер старался положить ее аккуратно, но от долгого сидения в одной и той же позе, она снова застонала и заплакала, когда он руками помог распрямить ей ноги. Он боялся даже представить себе, какие муки она сейчас испытывает.

— Тише, тише, — успокоил он ее, и присел возле дивана. — Не плачь.

Лестер нежно провел большими пальцами по ее щекам, стирая с них потоки горьких слез.

— Теперь все будет хорошо, — заверил он ее, и стал медленно разминать мышцы на ее руке.

От прикосновения к ее обнаженной коже, по нему, через пальцы, пронесся электрический ток, омыв его приятной волной возбуждения. Лестер вспомнил, что прикосновения к своей паре в сотни раз приятнее, чем к обычной женщине. И она чувствует то же самое! Может это хоть как-то поможет ей пережить ту боль, которую она сейчас ощущает.

— Ты спасена, — обрадовал он ее, продолжая осторожно массировать ее руки.

Она слабо улыбнулась и потеряла сознание. Лестер понял это, когда ее дыхание стало более спокойным и ритмичным. Но беспокойство за ее жизнь так и не покидало его.

Может обратить ее прямо сейчас?

Он покачал головой. Вряд ли она этому обрадуется, после того, что с ней сделал тот урод. Но если не останется другого выхода, то он сделает это! И будь, что будет. Он не мог потерять ее. И тут его словно молотом ударило по голове.

Он ведь тоже ВамПир! И как ему теперь завоевать ее доверие и любовь?

После всего, через что прошла его суженая, она будет лишь ненавидеть, или того хуже, бояться его!

Лестер сел на пол и облокотился спиной о диван, обреченно закрыв глаза. Вот так и удружила ты ему судьба. И за что, спрашивается? Чем он успел ее так сильно разгневать?

Что уж теперь гадать, ему просто надо из кожи вон вылезти, только чтобы она хоть раз посмотрела на него с нежностью. Тяжело вздохнув, и чутко прислушиваясь к ее быстрому сердцебиению, Лестер достал телефон и позвонил Джареду.

Отчитавшись начальнику, он закончил звонок, и снова повернулся к ней. Положив локоть на согнутое колено, он приложил кулак к губам, и просто смотрел на нее.

Обратить, или подождать?

— Как она? — спросил Дерек, войдя в гостиную.

— Очень слаба. Анемия, — тихо ответил он. — Понадобится переливание крови.

— Поедешь вместе с ней в больницу, — предложил его друг.

— Нет, — Лестер устало вздохнул. — Я не могу стереть ей память, да и смысла нет. Ей необходимо знать кто я.

Будучи таризом, Лестер мог проникнуть в голову любого человека. Исключения составляли лишь более старые и опытные таризы, а также его пара. Благодаря этому, лишь только с ней он мог быть расслабленным. Просто у людей, нет-нет, да и возникнет какая-нибудь гадкая мыслишка о собеседнике. Они не следят за тем, о чем думают, ведь знают, что их никто не слышит, поэтому и позволяют себе порой и омерзительные мысли.

Лестер и сам был в этом не безгрешен. Да и не будет соблазна контролировать ее, то есть она может вредничать и упрямиться сколько ее душе угодно. Просто обычная влюбленная пара, уж их гены позаботились об этом.

— Тогда повезем ее к нам в мотель, — снова предложил Дерек. — Здесь в больнице есть наш человек?

— Не знаю, — ответил Лестер. — Только коп, который нас сюда и вызвал.

— У него и спрошу. Надо узнать ее резус, а кровь мы найдем, — сказал Дерек и посмотрел на нее. — Ты будь с ней, а я сам со всем разберусь.

— Спасибо, — поблагодарил друга Лестер, продолжая неотрывно смотреть на нее.

Дерек ушел, оставив его вновь гадать, обратить ее или нет. Даже под слоем грязи она была белее снега, и он боялся, что не успеет. Лестер решил дождаться врачей, и только после их экспертного мнения, он подумает о ее обращении.