Интерлюдия 2

Варвара, сгорбившись, сидела за столом и отсчитывала монеты.

Серебряные кругляши ложились в стопку один за другим. Десять, пятнадцать, двадцать… Каждая монета заработана вот этими руками, когда-то молодыми и сильными, а теперь покрытыми морщинами и старческими пятнами.

Стопка монет росла. Тридцать, тридцать пять, сорок.

Варвара отодвинула стопку в сторону и посмотрела на то, что осталось в кошеле. Один серебряный и горсть меди. Всё её состояние, накопленное за годы работы после смерти мужа.

Губы её скривились. Пальцы, отсчитывавшие монеты, сжались в кулаки. Несправедливо! Сорок серебряных за пришлого мальчишку, чья мать, по слухам, якшалась с тёмными силами. Подумаешь, проверили на ведьмовство! Да это был их долг, как честных добропорядочных граждан!

Но Варвара, конечно, была не настолько глупа, чтобы упираться и настаивать на своём. Лучше отдать серебро по указке Антония, чем попасть в руки баронского трибунала. Там не будут искать третий вариант между казнью и изгнанием. Там разговор короткий, и заканчивается он чаще всего на виселице.

Варвара ссыпала монеты в полотняный мешочек и затянула горловину. Ничего, деньги она ещё заработает. Глупый сопляк сам даёт ей все козыри, собираясь отправлять её за травами. Так она быстрее вызнает все его секретные рецепты.

Варвара тяжело поднялась из-за стола. Скрипя половицами, прошла к широкой лавке и вытащила из-под неё сундук. Откинула крышку, пошарила под стопками одежды, чихнула от поднявшейся пыли. Наконец нашарила связку книг, что остались от мужа. Тот был грамотным человеком и собирал книги везде, где придётся. Покупал у проезжих путников, выменивал. Иногда, чего греха таить, мог умыкнуть у зазевавшегося торговца. Дома муж приколотил полочку и ставил книжки туда, гордясь своей маленькой библиотекой.

Варвара в его увлечение не лезла.

После того, как несколько лет назад прошло по их краям чёрное поветрие, супруг Варвары слёг и почти месяц тихо угасал. Зелья Антония не помогали. Муж метался в горячке, а когда приходил в себя, лежал на подушках с какой-нибудь из своих книжек. Только они были для него отрадой.

После того, как Варвара схоронила супруга и отгоревала своё, она собрала все книжки с полки и сунула в сундук, где муж хранил свои вещи, да и задвинула под лавку: с глаз долой, из сердца вон.

Сейчас она разглядывала лежащий на столе десяток тонких книжек и думала. Антоний велел отдать книги, но сколько именно? Уж о том, сколько их хранится в пыльном сундуке, он вряд ли знает.

Она принялась перебирать книги, раскладывая их на две стопки: что отдать и что оставить.

Старые рецепты. Пожелтевшие страницы с корявыми рисунками. Бесполезная дрянь, половина рецептов включает растения и травы, которые в здешних краях не растут. Вторая половина упоминает такие ингредиенты и способы готовки, которые Варвара и выговорить-то не могла. Отдать.

— Справочник по глинам и их обжигу. Абсолютно бесполезная книжица — прекрасно, добавим туда же, — бормотала она.

«Сказания и легенды», потрёпанная книжица в тканевом переплёте. Варвара когда-то читала её маленькому Гришке перед сном, когда Марта от безвыходности оставляла племянника на ночь. Сказки про драконов, про героев, про заколдованные мечи. Гришка слушал, открыв рот, а потом бегал по двору с палкой и лупил крапиву, воображая себя славным мечником. Варвара покрутила книжку в руках, колеблясь. Потом всё таки положила в стопку «отдать». Вырос уже Гришка, не интересно ему эти сказки слушать.

«Энергия живой природы. Теория и практика». Тощая книжка с потрескавшейся кожаной обложкой. Варвара полистала — мелкие буковки, какие-то схемы, стрелочки, а главное огромное количество усилий, чтобы хоть чего-то добиться. Она припомнила, как её муж как-то отбросил эту книжку с досадой. Ерунда — так он её тогда назвал, а Варвара запомнила. Такое тоже не жалко отдать, всё равно, что хлам выбросить.

Она посмотрела на получившуюся стопку и решительно сложила все остальные книги отдельно.

Четыре книги — маловато. Перелистав стопку с ценными книгами, добавила ещё записки по лесному хозяйству и справочник лекарственных грибов. Шесть книг и хватит с этого сопляка, и пусть только Антоний попробует рот раскрыть.

Варвара любовно выровняла стопку оставшихся книг, завязала верёвкой и отнесла обратно в сундук. Отодвинула вещи, пристраивая стопку в уголке, и вдруг из-под старой рубахи высунулся твёрдый уголок — ещё одна книга. Она всегда лежала отдельно.

Варвара вытащила книгу и осмотрела. Толстая, тяжёлая. Твёрдая обложка обтянута чёрной тиснёной кожей, медные уголки с выдавленным узором позеленели от времени. Эта книга никогда не стояла на полке вместе с остальными.

Покойный муж не раз говорил ей, чтобы она никогда и никому не говорила об этой книге и не держала её на виду.

Женщина провела пальцами по рельефному рисунку. В центре были изображены два глаза с вертикальными зрачками.

Варваре вдруг показалось, что зрачки шевельнулись и уставились на неё. Варвара вздрогнула, но тут же хмыкнула. Это было простой блик света.

В памяти мелькали смутные воспоминания, как муж сидит ночью при свече и листает страницы толстой книги. Глаза его широко раскрыты, а губы шевелятся, проговаривая буквы. Он поднимает взгляд на Варвару, и на миг ей кажется, что глаза его жёлтые, с вертикальным змеиным зрачком. Она вздрагивает, но в следующую секунду муж закрывает книгу и задувает свечу.

Варвара помотала головой, отгоняя неприятные воспоминания. Нет, эту книгу она отдавать не будет.

Она сунула книгу поглубже в сундук и накрыла сверху вещами. Захлопнула крышку сундука и резко задвинула его обратно под лавку. Села сверху и обхватила себя руками. Сердце колотилось, как бешеное.

Варвара сглотнула, чувствуя, как пересохло в горле, и потянулась за водой.

Напилась, вытерла губы и встала на ноги. Нужно отнести деньги и книги, чтобы закрыть этот вопрос.

Она сцапала со стола мешочек с монетами, подхватила книги и направилась к дому Антония.

* * *

Когда Варвара и Коготь ушли, я остался с Антонием наедине.

Старик выглядел уставшим, но по его глазам я видел, что сидеть и отдыхать он не намерен.

Антоний поднялся на крыльцо и махнул рукой, приглашая меня внутрь.

— Давай-ка вместе зельями займёмся, — сказал он и тут же понизил голос до шёпота. — Только тихо! Марию не разбуди, ей каждая минута сна дорога.

Мы на цыпочках прошли к столу, где у Антония громоздились бутыльки, камни и пучки трав.

Панда выбралась у меня из-за пазухи, спрыгнула на пол и пошла крадучись изучать комнату.

Антоний, не обращая на неё внимания, достал из заплечного мешка маленькие бутылочки. Я узнал коралловое мерцание исцеляющего зелья. Остатки того самого, которое я сварил, получив критический успех.

— Сначала покажу тебе, как зелье размножить, — сказал Антоний.

— Жаль, что половину уже потратили, — вздохнул я.

— Не о том жалеешь. Ты ведь зелье варишь, чтобы исцелить и жизнь спасти, а значит всё по назначению и как нужно потрачено. А для того чтобы зелье размножить, и одной капли хватит, — Антоний покрутил бутыль в пальцах. — Другой вопрос — где искать кристаллы с целительной энергией. Вот их днём с огнём не сыщешь. Но пока запас есть — работаем.

Он поставил бутыль на стол и повернулся ко мне.

— Слушай внимательно. Каждое зелье уникально. Да, ингредиенты одинаковые, и рецепт тот же самый. Но есть сотни факторов, которые ты не можешь учесть: завихрения энергии, твоё состояние, течение силы в округе, фаза луны. Каждый раз ты готовишь зелье с нуля, и и пускай зелье одно и то же, но при этом, каждый раз результат новый.

Он поднял бутыль с коралловым зельем.

— И если тебе удалось создать что-то по-настоящему качественное, это можно повторить. Берёшь те же ингредиенты. Добавляешь ту же энергию, какой пользовался при варке. А ещё как основу добавляешь каплю этого зелья. Совсем маленькую. И через эту каплю запускаешь энергию жизни.

— Только энергию жизни и всё? — спросил я, уже прикидывая где эту энергию жизни искать.

— Можно двумя путями. Либо живительную энергию, которая уже сконцентрирована в зелье, — он указал на бутыль, — либо ту же самую стихийную энергию, которую ты использовал при изготовлении. Ключевое здесь — именно энергия. Капля зелья задаёт конечный результат, как слепок. А энергия оживляет этот слепок и копируя каплю, повторяет результат даёт новую полную порцию.

— Тогда, может, для копирования использовать котелок побольше? — спросил я.

Антоний усмехнулся.

— Можно и побольше, но зелья получится столько, сколько есть энергии. Не больше.

Я кивал, впитывая каждое слово. Система подкидывала оповещения о росте в связи с обучением у мастера, но я не отвлекался. Потом проверю, сколько там набралось.

— Давай начнём готовить зелье, — скомандовал Антоний. — Покажи, что запомнил. Ингредиенты — вон, на полке.

Он поставил на маленькую горелку котелок с белым внутренним покрытием, и я засучил рукава. Так, что там было? Росяная эссенция, сок живолиста, щепотка пепла белоцвета. Антоний наблюдал, изредка кивая.

— А теперь энергию, — скомандовал он.

Я повернул ладони к котелку и начал подавать энергию воздуха. Тонкой струйкой, как учили.

Зелье понемногу пузырилось, сменило цвет на зеленоватый. Но чего-то не хватало. В прошлый раз рядом был Назар, и его природная энергия дополняла мою воздушную. Но сейчас я был один.

— Без магии природы будет непросто, — подтвердил мои мысли Антоний. — Но для этого есть кристалл с целительной энергией.

Он достал кристалл живого света и пустил его в котелок. Зелёная вспышка, шипение, и кристалл начал растворяться, наполняя состав целительной энергией. Опыт был новый, но я чувствовал, что это работает.

— Чувствуешь, как зелье формируется? — с прищуром спросил старик.

Я с интересом кивнул, не сводя сосредоточенного взгляда с котелка, но вдруг нахмурился, припомнив.

— Но мы ведь хотели скопировать уникальное зелье, а не варить новое, — произнёс я.

— Теперь берём образец, — покивал Антоний. — Секрет в том, чтобы подавать энергию не напрямую, а через каплю того зелья, которое хочешь повторить.

Он откупорил бутыль с уникальным зельем. Обмакнул тонкую палочку в коралловую жидкость. Одна крошечная капля повисла на кончике, мерцая.

— Вытяни руку, — произнёс Антоний и осторожно опустил каплю на мой указательный палец и скомандовал: — теперь поднеси руку к котелку.

В левой руке старик сжал уже знакомый мне кристалл.

— Теперь я направлю в тебя энергию, а ты перенаправишь её в котелок, но именно через этот палец и через эту каплю, понял?

Я с интересом кивнул.

Следом, я почувствовал, как старик стал направлять энергию.

И ведь энергия проходит через всё его тело а потом и через моё. Я разливающееся в груди тепло, и это лёгкое изменение потоков отличалось от всего что было прежде.

Я вновь почувствовал структуру зелья, будто котелок стал частью меня. Зелье стало перестраиваться. Я будто видел все ошибки и неточности, которые нужно было поправить. И у меня получалось. Зелье, которое изначально хотело стать чем-то иным, друг изменилось. А еще я увидел световую шкалу, которая показывала, насколько плотный поток энергии необходим.

В следующий миг, жидкость в котелке вздрогнула. Зелёный цвет начал меняться, медленно, от краёв к центру. Зелень растворялась и на её место приходил тот самый коралловый оттенок, живой и мерцающий.

Я уставился на котелок, не веря глазам.

Изучил характеристики через систему и губы растянулись в улыбке.

Уникальное зелье чудесного исцеления (копия).

Качество: высочайшее.

Усиления: стихийная энергия воздуха и природы.

Свойства:

Мгновенное исцеление лёгких и средних ранений.

Ускоренная регенерация тяжёлых ранений и переломов.

Имеет шанс реанимировать умершего, если с момента смерти прошло не более 5-ти минут.

Дополнительные свойства:

Шанс 15% исцелить проклятья, болезни и старые увечья.

Шанс 1% на чудо.

Вы приготовили уникальное зелье путём копирования.

Прогресс:

Зельеварение: +4

Острый ум: 1,5

Сила духа: +0,5

Воздушный клинок: +0,72

То же самое зелье. Мы получили целый котелок из одной капли. Такое ни одному гомеопату и не снилось.

— Надо же, с первого раза вышло, — улыбнулся в бороду Антоний.

— И так можно делать всегда? — спросил я.

— Пока есть ингредиенты, энергия и образец, — внимательно поглядел на меня Антоний, будто чего-то ждал.

У меня в голове взорвался фейерверк. Одна капля порождает полную порцию. Из полной порции можно извлечь десятки капель. Из каждой капли — новая порция. Это же бесконечный источник! Пока есть росяная эссенция, живолист, тысячеголов и катализатор, можно клепать уникальные зелья, как на конвейере!

Антоний, видимо, прочитал восторг на моём лице и усмехнулся в бороду.

— Не увлекайся, — строго сказал он. — Кристаллы с живительной энергией не бесконечные. И ингредиенты тоже. Росяную эссенцию нужно перегонять заново, а это время. А главное, не забывай про исходник. Тебе посчастливилось создать хорошее зелье. Это не самый лучший результат, какой я видел, бывали и получше, но это уже значительно выше среднего. Если ты решишь связать свою жизнь с путём алхимика или даже простого зельевара, и тебе посчастливится создать еще что-то подобное, всегда держи при себе достаточный запас исходного зелья, которое можно размножить. Запас таких зелий — твоя главная ценность.

А вот эта мудрость была на самом деле драгоценной.

— Спасибо за науку, — поклонился я, но тут же призадумался. — Но почему же нельзя купить чьё-то уникальное зелье более высокого качества и размножить его? — спросил я.

— Неужто не понял? — прищурился Антоний. — Я ведь говорил про условия, которые нельзя предугадать и повторить.

Я поразмыслил и понял, что имел в виду Антоний.

— Зельевар, пускающий энергию в котелок, тоже является частью зелья, — произнёс я.

— Именно. Уникальной и неповторимой его частью. К слову, рекомендую, не останавливаться на достигнутом. Вполне возможно, лет через пять, а может и раньше, ты уже не сможешь скопировать это зелье, потому что станешь совсем другим человеком.

Я кивнул. Это на самом деле было прорывное знание. Теперь я мог дублировать любое удачное зелье, пока хватает ресурсов. А главное, нужно всегда иметь запас основы и на всякий случай готовить уникальные зелья впрок.

Мы аккуратно перелили коралловое зелье в бутыли. Семь полных доз. Антоний спрятал три себе, четыре отдал мне.

— Три для раненых, — сказал он. — Береги. Трать только на самых тяжёлых. Одна для будущих копий, понял?

Я благоговейно кивнул, глядя на сокровища передо мной. Страшно даже начинать думать о том, какие перспективы открываются. Меня ведь дня на два унесёт в мир грёз и фантазий, с достижениями богатствами и другими чудесами.

А ещё нужно начинать продумывать план, как выведать у Антония больше рецептов зелий. Ух, развернусь…

В этот момент грохнула калитка.

Раздались тяжёлые шаги, и в дом без стука вошла Варвара.

В руках у неё был зажат полотняный мешочек и стопка книг. Лицо Варвары искажала презрительная гримаса. Громко стуча башмаками по полу, она подошла к столу и швырнула передо мной звякнувший мешочек, при этом едва не сбив горелку, и я вовремя придержал мешочек рукой.

— На, подавись! — хрипло гаркнула Варвара. — Сорок серебряных. Пересчитай, коли мне не веришь!

На кровати у окна завозилась и тихо застонала Мария.

Антоний всплеснул руками и бросился к ней. Принялся гладить по волосам и что-то тихо приговаривать. Причём краем глаза я увидел лёгкое свечение на кончиках его пальцев.

Варвара зыркнула в его сторону и сунула мне стопку тонких книжек.

— И вот. Книги. Всё, как договаривались. Ну что, доволен, ведьмин…

Договорить она не успела.

Я и так был на неё зол. Но лучше бы она просто молча всё отдала и ушла.

Внутри меня клокотал гнев. И мне уже было плевать, кто предо мной.

— Давиться я не собираюсь, — рявкнул я. — Ты, старая неблагодарная карга!

Варвара опешила, в следующий миг её глаза вспыхнули злым светом, Антоний хотел что-то сказать, но я не мог остановиться.

— Забирай свои деньги и книги. Раз ты, неблагодарная, не понимаешь, как тебе повезло, забирай.

— Что, благородный такой? — язвительно спросила Варвара. Она явно готовила еще много колкостей в ответ на то, что я назвал её каргой, но я не собирался давать ей слово.

— Раз ты недовольна своим наказанием, тебя ждёт смерть. И лучше тебе сейчас выйти и бежать из деревни, потому что я не успокоюсь, пока тебя не вздёрнут.

После моих слов задор с лица Варвары исчез, как по волшебству.

— Макс, ты что такое говоришь, — сонно охнула Мария.

Мрачный Антоний наблюдал за некрасивой сценой со стороны, но мне было плевать.

Варвара снова открыла было рот, но не смогла возразить.

— Тебе дали шанс раскаяться, ты шанс не оценила, — припечатал я, — тогда тебе остаётся только молиться.

Повисла звенящая тишина.

Не то чтобы я из тех людей, которые кричат на женщин, пускай и таких наглых, просто я устал от того, что все, кому не лень, пытаются вытереть об меня ноги.

Когда я еще учился в школе, нередко ввязывался в драки с хулиганами. Моя мама, которую частенько вызывали к завучу, сетовала, мол, зачем связываться с плохими людьми? Пускай лучше их жизнь накажет. А я не не понимал, почему я не могу быть той самой жизнью, которая накажет негодяев?

Я стоял и сверлил взглядом вздорную старуху.

Варвара, которая, казалось, потеряла дар речи и могла только сипеть, наконец издала издала не то стон, не то сип…

— Ах ты…

— Да, я! А ты хотела меня убить, и заслуживаешь всех наказаний, о которых говорил Антоний.

Глаза Варвары перебегали с Антония на меня и обратно. Но старик молчал, и она поняла, что поддержки с этой стороны не дождётся. В конце концов, Антоний ведь сам отдал мне право решать, какое наказание выбрать. И до Варвары дошло, что никто её защищать не будет.

— Я… Я принесла деньги, я… Я раскаиваюсь… — казалось, чтобы произнести это, ей пришлось переломить в себе немало барьеров. Её губы и язык явно отказывались произносить слова.

— И дальше что? — строго спросил я.

Откуда-то из угла злобно зашипела Ника, явно разделявшая мой гнев.

— Я признаю свою вину. Я отдаю своё имущество, я буду работать и приносить пользу… — слова полились из неё свободнее. Вдруг плечи женщины затряслись, а из её глаз брызнули слёзы. И будто этими слезами была прорвана застарелая плотина. Во всяком случае, теперь она была искренна. — Прости… Простите меня. Я правда не знала, что творю. Дура я. Просто испугалась, что помру голодной смертью. Что никому не нужная стану, — она бухнулась на колени. — Возьмите всё, заберите, только не губите! Дайте жить, как прежде!

— Что здесь происходит? — спросила Мария слабым голосом. Она по-прежнему лежала и глядела в потолок.

Антоний, который до этого молча гладил её по волосам, прошептал:

— Всё хорошо, ты главное не переживай.

Я же будто оттаял. С одной стороны, Варвара заслужила куда большего. С другой стороны, я не злой человек и не идиот. Прекрасно понимаю, что главная проблема этой женщины — страх и несчастье. Может, ей просто не хватает добрых слов. Но! Я не собираюсь быть ничьим мальчиком для битья. Прошли те времена, когда Макса можно было шпынять безнаказанно.

— Деньги я возьму, — смягчившимся, но по-прежнему строгим голосом произнёс я. — И книги твои тоже. И травы скажу, какие собирать.

— Спасибо. Спасибо тебе, добрый мальчик, — дрожащим голосом произнесла Варвара, она выпрямилась, утёрла злые слёзы.

В глаза она мне не смотрела.

Знаю я такую породу. Она может и поплакала, и испугалась, но в душе только еще больше стала меня ненавидеть. А я так устал, что мне просто плевать. Самое простое решение — пусть лучше эта вздорная баба меня боится. Пусть боится связываться со мной. А в остальном я нормально отношусь к тому, что не могу нравиться всем без исключения.

— Антоний, я приму от неё деньги и книги и сохраню. Если она не усвоит урок, я ведь смогу вернуть всё обратно, а Варвару сдать под трибунал?

— Да что вы такое говорите? — вяло возмутилась Мария, — какой трибунал?

Антоний прочистил горло. Он явно от меня такого не ожидал.

— Если Варвара урок не усвоит, то может, и подумаю об этом, — мрачно произнёс старик.

— Вот теперь, Варвара, я тебя отпускаю, — произнёс я.

— Вот книги, — жалостливо произнесла она и протянула стопку.

Сердце еще колотилось от адреналина, но я кивнул и быстро посмотрел названия на обложках. Рецепты, сказки, ну, можно посмотреть на досуге. Ещё три справочника: грибы, лес, глина. Не столь интересно, но тоже на что-то сгодятся. Мало ли какую мудрость оттуда почерпну. Технику воздушного клинка Виктор тоже мусором называл, а она мне жизнь спасла…

А вот последняя книга обещала теорию и практику по энергии природы. Вот это было стоящее приобретение! Тем более, что у меня было энергоядро с такой стихией.

Варвара развернулась, чтобы уйти, вся её боевитость куда-то испарилась.

— Стой! — повелительно окликнул её Антоний.

— Ну, чего ещё? — плаксиво спросила она и развернулась. Где-то в глубине её глаз мелькнуло затаившееся пламя. Казалось, ещё немного, и глаза её вновь засветятся.

Антоний помог Марии сесть на кровати. Глаза у той всё ещё были мутные, волосы всклокочены.

— Ты всё равно сейчас к мельнице пойдёшь, — сказал Антоний Варваре. — Возьми Марию с собой.

— Это ещё зачем? К какой мельнице? — дёрнула плечом Варвара. — Я домой иду…

— Ты вообще от жизни оторвалась? — Антоний не повышал голос, чтобы еще больше не беспокоить Марию, но напряжением в его словах аж искрило. — Охотники вот-вот на деревню нападут. Мы всех баб и детей к мельнице отправляем, под присмотр Андрея. Если что, по реке уйдёте.

Варвара побледнела еще сильнее и несколько секунд не находила слов. Потом выдавила:

— Как охотники?

Антоний помог Марии подняться на ноги и подвёл её к Варваре. Сказал:

— Вот так. Зеон со своими головорезами вот-вот из леса на нас пойдёт. Ты что ли не видела, что вся деревня с утра баррикады строит?

Варвара нахмурилась, будто, что-то припоминая. И тут её лицо озарилось догадкой, вот только эта догадка была явно не радостная. Она вдруг стала белая, как мел.

— Из леса… — пробормотала она.

— Так доведёшь? — спросил Антоний.

— Да, — отрывисто бросила Варвара и мелко закивала. Она подхватила под руку Марию, глаза которой бессмысленно блуждали по сторонам.

Я видел, что Варвара порывается что-то сказать, но останавливает сама себя. В мою сторону она по-прежнему старалась не глядеть.

В итоге она так ничего и не сказала, сжав побелевшие губы в тонкую линию.

— Ну, всё, идите к мельнице, — устало повторил Антоний. — Аккуратно, смотри чтобы Мария не споткнулась. И сидите там, пока всё не закончится.

Варвара, придерживая Марию за талию, пошла к дверям. Оглянулась напоследок, и в её взгляде мне почудился страх и беспомощность.

— А Гришка-то…— произнесла вдруг она.

— Да, Гришку к Максу направь, пускай помогает, — сказал Антоний

Варвара согбенно вышла. Она не топала, да и дверь на этот раз закрылась тихо.

Антоний проводил их взглядом, потом повернулся ко мне и сказал:

— Может, ты и правильно сделал, а то допекла меня эта Варвара.

— Прости, Антоний, злость меня обуяла, — устало ответил я, старательно подобрав фразу в духе местных.

— Ей на пользу, может, спеси поменьше станет, — покивал старик. — Раз у тебя так хорошо получается, давай-ка ещё одно зелье сделаем. Заодно тебе наука будет, и мне попроще. Да и погляжу, какой еще толк из тебя выйдет. — Он полез в свой мешок. Через пару секунд достал свёрнутый лист пергамента и протянул его мне.

— Вот, рецепт боевого зелья. Я его сам когда-то составил. Сдюжишь такое?

Антоний усмехнулся, явно разглядев огонь в моих глазах. Мою усталость будто ветром сдуло. И это уже была не только заслуга Ники.

— Ты вари зелье, а я буду поглядывать, и параллельно готовить зажигательную смесь для Грома. Времени у нас и так в обрез.

Я кивнул, не отрывая взгляда от исписанного пергамента. Система автоматически копировала строчки мне в память. Развернувшись к котелку, я приготовился к новому практическому заданию.