.

История сорок пятая, о том, как Благородный Дик познакомился с Олевиром

.

Утро выдалось прохладным. Траву густо усыпала роса, и солнце ещё не пробилось сквозь белесую дымку, чтобы превратить мокрый луг в россыпь бриллиантов. Пока блеск был скромнее, жемчужным. Птицы ещё только просыпались, неуверенно пробовали голоса, охрипшие за ночь, и жаловались на сырость.

Дик шел по колено в траве, иногда щелкая по метелкам соцветий, сбивая капли. Он не слышал крика о помощи. Только краем глаза увидел, как через луг несется белоснежный лошадиный силуэт с развевающейся буйной гривой и маленькой фигуркой на спине.

Мальчишка сидел верхом без седла и уздечки и отчаянно цеплялся за шею коня. Тот мчал, не разбирая дороги, разметав по пути два стога сена и перепрыгнув довольно высокую изгородь. Погони следом не видно, но всадник несся, как безумный. С первого взгляда ясно, что безумен вовсе не человек, но управлять этим безумием юному всаднику не по силам.

Дик был слишком далеко, чтобы помочь. Он бросился бежать наперерез этой паре, но издали увидел, как летит и переворачивается в воздухе темная фигурка. Поравнявшись с третьим стогом сена, всадник решился отпустить гриву. Освобожденный от легкой ноши белый конь понесся дальше и вскоре растворился в ранней утренней дымке над лугами.

— Жив? Удачно свалился!

Из-под кепки сердито сверкнули глаза.

— Я не падал, я прыгнул нарочно!

— О, да, — Дик с усмешкой разглядывал лежащего на мягкой соломенной перине хрупкого мальчишку, с виду, только-только совершеннолетнего. В одежде конюха из богатого замка, холщовой рубахе, узких штанах и сапогах, в грубых перчатках, мягкой замшевой безрукавке и большой кепке. Кепка и безрукавка обычно одного цвета и материала. На груди красовался герб хозяина. В данном случае, золотой и с короной. — Если такой опытный наездник, почему же не оседлал коня? Или угнал его?

— Угнал! — вызывающе ответил мальчишка.

— Тоже мне, конокрад! Зачем угонять необъезженного?

— Так понравился, удержаться не мог! — стараясь говорить как можно грубее и независимее, съехидничал бывший всадник. — Помоги! Тоже мне, рыцарь! — и протянул руку, чтобы Дик помог ему встать.

Вместо того, чтобы дернуть его за руку, Дик замешкался. Снова окинув взглядом поверженного наездника, он помрачнел и поднял того осторожно, даже почтительно. Отпустив руку в перчатке, отступил на шаг и слегка поклонился.

— Вашей милости угодно пошутить над бедным странником, — холодно заметил он. — Прошу прощения за мою непочтительность. Волнение за вашу жизнь ослепило меня, и не сразу разглядел, что передо мной прекрасная дама высокого звания. Угодно ли вашей милости сообщить мне свой титул, чтобы мог обращаться к вам подобающим образом?

— Угадай! — так же холодно, недовольная тем, что ее разоблачили, отчеканила девочка, переодетая конюхом.

— Вероятно, «ваше высочество»? — Дик ничуть не радовался отгадке.

Она подтвердила, отряхивая соломинки со своей одежды. Сдернула с головы кепку, демонстрируя роскошный водопад каштановых волос, завитых ровными локонами. И сказала, что сама с легкостью может угадать его имя. Так ненавидит принцесс, пожалуй, лишь один странствующий рыцарь на свете!

— Вы мне льстите, — наполовину улыбнулся Дик. — Знаю немало рыцарей, разделяющих мое мнение о коронованных особах. Если вашему высочеству не грозит опасность, могу идти.

— Нет! — принцесса растерянно оглянулась по сторонам. — А как же я? Ты бросишь меня одну? Мой конь убежал, если ты заметил!

— Заметил. Но те люди, которые спешат сюда, вероятно, разыскивают ваше высочество и проводят вас обратно в замок.

— Почему ты решил, что мне не нужна помощь? — принцесса уже не скрывала свою принадлежность и не притворяясь мальчишкой. — Может, я бежала от похитителей? А возможно, меня насильно хотят выдать замуж?

— Единственная опасность, которая вам грозила, это свернуть себе шею при падении, — хмыкнул Дик. — Но прыгнули вы удачно. Это не моя заслуга, и до остального мне дела нет. Прощайте, ваше высочество.

— Дик, послушай, — принцесса бежала за ним, не обращая внимания на толпу взволнованных слуг, — мне действительно нужна помощь. Помоги мне поймать коня, — другим тоном попросила она. — Кроме тебя, кто его теперь догонит? Ты можешь перенестись куда угодно, а мои люди пока будут искать, коня непременно кто-нибудь украдет. Он несется, как бешеный, ещё ноги сломает или затопчет кого-нибудь! Помоги, Дик! Пожалуйста!

— Ладно. Куда его привести?

— Наш замок там, совсем рядом, — повеселела принцесса. — Щедро награжу тебя, если ты его приведешь. И, обещаю, что не буду тебя задерживать в замке. Честное королевское!

Дик вздохнул и пошел в сторону леса. Теперь нужно искать переход. Выйдя на берег реки, он заметил неподалеку пасущегося знакомого коня. Вид у того смирный и мечтательный. Казалось, этот белоснежный красавец не способен обидеть и муравья. А подозревать его в покушении на жизнь юной принцессы? Чудовищная клевета!

Но когда Дик подумал, что выполнить поручение будет несложно, он ошибался. Чтобы поймать беглеца пришлось помучиться. Белый конь так чутко реагировал на каждое движение и так резко шарахался в сторону, что даже набросить на него аркан долго не удавалось. А когда, после долгой охоты, это удалось, Дик всё равно не мог заставить коня идти вперед. Негодяй вскидывался, танцевал на задних ногах, оглушал ловца яростным ржанием. Не помогло даже то, что Дик сумел затащить его в воду. Самые нервные необъезженные лошади в воде, как правило, успокаивались. Это же капризное создание в реке стало резвиться ещё сильнее. Острые передние копыта то и дело поднимались над водой, рассыпая веера брызг. Вокруг коня крутился водяной смерч.

Наконец Дик бросил аркан. Вышел на берег и сел на камень. Вытер лицо, убирая мокрые волосы со лба.

— Слушай, — (конь спокойно стоял в двух шагах от него по колено в воде и косил любопытным глазом), — так же нельзя. Своей принцессе можешь показывать какой угодно характер, но при чем здесь я? Пойдем к хозяйке. Ей и выскажешь всё, что думаешь о вопросах верховой езды и приручения лошади человеком. Ладно?

Конь насмешливо и, — как показалось Дику, — одобрительно заржал и медленно вышел на берег. Ткнулся носом в плечо странника, мол, не обижайся, я только пошутил. Дик снял с его шеи бесполезный аркан, смотал и повесил на пояс.

— Иди за мной, — кивнул он, не касаясь коня, даже не попытавшись погладить. Конь послушно шел следом, вытягивая шею, словно надеясь на ласку или угощение. Но Дик хмуро шел к переходу, изредка оглядываясь через плечо. Чтобы провести кого-нибудь в переход, странник должен крепко держать его. Пришлось взять коня за ухо, как непослушного сорванца. Дик старался не тянуть, чтобы благородное животное снова не взбрыкнуло. Но держать коня за гриву ещё более рискованно. Это могло вызвать в лошадиной памяти скачки с принцессой.

Когда они вышли на знакомый луг, конь снова пошел свободно. Дик разговаривал с ним, не слишком щадя самолюбие белоснежного красавца. Рыцарь ругал и коня, и его принцессу, и себя, и случай, который свел их всех вместе сегодня на одном поле. Наконец они пришли. Дик от души стукнул кулаком в ворота замка.

— Чего надо? — высунулся из башни стражник. Заметив у ворот пропажу, он спохватился: — Открывайте, открывайте скорее, лодыри! Вернулся подарок ее высочества!

Видя вокруг людей, конь снова начал волноваться. Дик боялся, что он сейчас рванет с места в галоп, только его и видели.

— Два шага осталось, — укорил Дик четвероногого спутника. — Решили, так уж не отступай! Вперед!

Только конь и рыцарь ступили во двор, ворота захлопнулись. «Попался!» Со всех сторон к белому коню стали подходить люди в одежде королевских конюшен. По лестнице замка навстречу гостям бежала принцесса.

— Принимайте, — бросил Дик таким тоном, который ясно говорил, что больше странник тут ни за что не отвечает.

Ответом стало остервенелое ржание с храпением и огнем в глазах. Конь тут же увернулся от чужих рук, угрожающе вскинулся на дыбы, разогнал людей и понесся по внутреннему двору замка, точно по цирковому манежу. Его хвост и грива стелились по ветру языками раскаленного добела пламени, копыта мелькали быстрее, чем спицы в колесе.

— Ничего, ваше высочество, когда это негодяй устанет, мы поймаем его и стреножим! — пообещал старший конюх.

— Не смейте! — пригрозила принцесса. — Он — мой! Я должна объездить его сама. Можете остановить его, остановите! Но пусть будет свободен. Иначе неинтересно!

— Подарок ко дню рождения? — спросил Дик.

— Да, к совершеннолетию! Папа купил его на Юго-Востоке. Коня доставили морем, потом везли в фургоне по суше. Но никто не смел даже пытаться его приручить. Я должна усмирить его сама и первая проеду на нем. До сих пор он не знал руки человека. Он станет вечно служить тому, кто его покорит. Что бы ты себе ни думал, я — хорошая наездница, и сумею с ним справиться! — уверенно заявила принцесса. Потом отбросила надменный тон: — А как ты узнал о моем дне рождения?

— Страж у ворот сказал «прибыл ваш подарок». Очень надеялся, что его слова относятся не ко мне.

Принцесса засмеялась. Дик вполне серьезно заметил, что такое, увы, случалось.

— Я ведь пообещала, — напомнила принцесса. — Ты свободен. Проси за коня любую награду и приглашаю тебя остаться, посмотреть, как я буду объезжать его. Может быть, мне снова понадобится ваша поддержка, рыцарь!

— Останусь, — невозмутимо кивнул Дик. — Хочется увидеть ваше мастерство, принцесса. Что касается награды… пока не знаю. Теперь есть время подумать. Не сочтите за дерзость, ваше высочество, не собираюсь учить вас, но уже разговаривал с вашим «подарком» — он прекрасно всё понимает. На мой взгляд, это конь редкой красоты и ума, достойный вашего высочества. Но его характер весьма тверд, вам придется проявить немало настойчивости, чтобы покорить его.

— Я уже поняла, что наскоком его не возьмешь, — серьезно ответила принцесса. — Первый раз он сбросил меня, потом проскочил ворота и понес, ты же видел. Пусть остынет. Третью попытку я сделаю после завтрака. Присоединяйся.

— Не откажусь, — кивнул Дик. — Ваш «подарочек» вдоволь пасся на заливных лугах, а сам, честно сказать, ещё не успел позавтракать.