— Подожди. — Я схватил за руку Лан, пока она вновь не смешалась среди толпы.

Девушка внезапно остановилась, озадаченно посмотрела на меня, и послушно пошла за следом. Мы добрались до небольшого уличного лотка, за которым суетилась пожилая женщина с седыми прядями, выглядывающими из-под полосатого платка. Она ловко управлялась с деревянной лопаткой и большим глиняным чаном, от которого поднимался аромат жаренного теста.

Рядом громоздились бамбуковые корзины, накрытые влажной марлей, и из-под неё доносился аромат, от которого у меня заурчало в животе с новой силой. Я указал пальцем на чуть приплюснутые пирожки с золотистой корочкой, посыпанные сверху сахарной пудрой и улыбнулся.

Удивительно, но от них ностальгически пахло домом. Настоящим домом, с Земли. Первая моя собственная квартира, полученная от государства при выпуске в спальном квартале.

Жила в соседнем доме одна милая старушка, которая каждое утро пекла свежие пирожки и выносила их продавать прямо у подъезда. Стоит ли говорить, что скупали их практически моментально. Первым набегала ребятня. Старушка не продавала им больше одного пирожка на руки не потому, что жадничала, а чтобы на неё затем не ворчали родители этих детей.

Сами же взрослые не были исключением. Многие из них бухтели, что сладкое вредно для здоровья, но нет, нет, а по пути на работу схомячат тройку другую. Я же успевал практически под конец, но старушка всегда оставляла для меня два пирожка: один с клубничным вареньем, посыпанным сахарной пудрой, а другой был наполнен мясом с яйцом.

Эти воспоминания пронеслись дымкой в моем сознании и улетучились так же быстро, как и появлялись. Я почти затерялся среди них и на мгновение показалось, что они принадлежали совершенному чужому человеку, который жил когда-то давно и в совершенно другом мире.

Женщина заметила мой взгляд, улыбнулась в ответ беззубой улыбкой и протянула один пирожок на пробу, даже не спрашивая с меня денег. Я взял, надкусил, и на меня словно свалилась огромная пуховая подушка, отсекая всё лишнее, начиная со звуков и заканчивая ощущениями твёрдой почвы под ногами. Настоящая магия.

Хрустящее тонкое тесто с малиновой начинкой таяло на языке, взрывая одновременно все вкусовые рецепторы. Я закрыл глаза и на мгновение перенёсся туда, где не было ни погони, ни тёмных культиваторов, ни проклятий. Только улица родного двора, залитого утренним солнцем и морщинистые руки старушки, протягивающие мне пирожки в целлофановом пакете.

— Хорошо, — сказал я, открывая глаза, — Беру десяток.

Лан смотрела на меня с удивлением. Наверное, моё лицо в тот момент выглядело действительно забавным, как у ребёнка, впервые попробовавшего шоколад. Я повернулся, увидел её выражение и протянул ей половину пирожка. Девушка взяла угощение, слизала стекающее по ребру ладони варенье, и поднявшись языком выше, откусила.

— И правда вкусно, — Сказала она и тепло улыбнулась, как старая знакомая, понимавшая меня без слов. — Почему я раньше это не пробовала?

Я забрал тряпичный кулёк, в котором лежало ровно десять свежих пирожков и протянул требуемые пятнадцать медяков. Старушка благодарно взяла монетки, бросила их в плетенную из бамбука тарелку за прилавком и поклонилась.

— Серьёзно? Ты раньше не пробовала пирожки? — Спросил я, поклонившись в ответ и медленно побрёл вдоль дороги города.

— А чему тут удивляться? — Ответила Лан, пожёвывая последний кусок. — город Чёрного дракона — это тебе не деревни вдоль тракта. Здесь живёт около двадцати миллионов человек, и это если не считать постоянный поток людей между на торговом пути с соседней провинцией. А с ними выйдет и все тридцать.

Я достал из кулька ещё один пирожок и протянул его Лан. Она жадно выхватила его двумя руками и принялась вгрызаться в него, словно маленький котенок. Так мы и шли по одной из дорог города, а я, периодически подкармливая спутницу пирожками, постепенно вливался в городскую жизнь.

Останавливаться было нельзя. Однажды я встал посреди людского потока, и меня чуть не унесло в сторону. Если бы не Лан, в тот момент схватившая меня за рукав, толпа бы пронесла меня по течению человеческой реки вплоть до дальних стен города. Запахи пота, табака, дешёвых духов и кулинарных шедевров, всё это мой разум не до конца понимал, как воспринимать, особенно учитывая, что вокруг меня высился настоящий средневековый город наполненной чуть ли не магическим миром.

На улице, по которой мы шли, слева направо тянулись двух и трёхэтажные дома с резными балконами, с которых свисали фонари трёх цветов: красные, жёлтые и, конечно же, традиционно чёрные. Надписи на вывесках, помимо иероглифов, красовались нарисованными чайниками, рыбой, мечами, доспехами и драконами.

Воздух был намного плотнее, нежели в лесу или на тракте. Причём здесь он не давил, как могло показаться на первый взгляд, как раз наоборот. От количества запахов жаренного лука, цветов, продуктов и благовоний создавалась совершенно уникальная палитра ароматов, причём совершенно лёгкая и непринужденная.

Конечно же, в таком месте сосредоточения человеческой цивилизации, не обошлось и без них.

Практики.

Они не прятались, не скрывались, не носились по крышам, не восседали в горах и просто шли среди обычных людей. Мужчина в длинном зелёном халате с мечом на поясе пересёк дорогу, в трёх шагах от меня, даже не взглянув в мою сторону. Рядом с ним шла женщина в белом, с высоким шпилем из чёрных волос, а подле неё стоял обычный горожанин, торговавшийся с продавцом фруктов.

Удивительно, но простые люди относились к ним спокойно. Естественно, с уважением, но без страха, скорее как к данности существования сословия намного выше и сильнее, чем они, но всё же такой же частью города. Это объяснялось тем, что самим практикам было не до «муравьёв» и они, по весьма очевидным причинам, не требовали от каждого прохожего горожанина упасть перед ним на колени и распинаться в ликовании и извинении.

Город Чёрного дракона был огромен. Я даже не мог вообразить себе его границы. В центре возвышались настоящие башни, уходящие в небо на десяток этажей, с черепичными крышами, загнутыми вверх, точно кончики императорских туфель. На ними реяли штандарты и флаги с драконьими мордами и изображением золотых имперских нашивок.

Я шёл и крутил головой, как обычный деревенский дурачок, впервые попавший на ярмарку. Лан шла рядом, периодически касаясь меня локтем и, требуя очередную добавку горячих пирожков. Правда порою девушка поднимала голову, чтобы посмотреть на выражение моего лица, которое могло быть только у того человека, который оказался в таком городе впервые.

Здесь я по-настоящему мог затеряться. Стать одним из миллионов лиц, где никто не знал моего имени, никто не искал и уж тем более, никто не ждал. Здесь, я мог начать всё сначала…

— Я сейчас лопну. — Натужно выдохнула Лан, хлопая себя по плоском животику.

— Неудивительно, — Я ухмыльнулся в ответ. — Шесть штук схомячила, даже глазом не моргнула.

— Сам виноват! Нечего было знакомить меня с пирожками и, вообще, в следующий раз бери нормально на двоих! — Выпалила Лан, скрестив руки на груди.

— В следующий раз? Мы едва в городе оказались, а ты уже следующий раз планируешь?

— Город, точно! — Хлопнула в ладоши девушка, словно внезапно вспомнила затерявшуюся мысль, — Ты же здесь новенький, у тебя поди и жилья своего нет? Где планируешь приткнуться?

Я пожал плечами, осматривая окрестности. — Да я особо не привередливый, мне и угла хватит. Знаешь, у настоящего воина должен быть только меч и припасы на сутки — всё остальное лишь бессмысленный и бесполезный изыск.

Лан закинула руки за голову, сладко потянулась и, посмотрев высоко в небо, задумчиво сказала. — Ишь какой практичный нашёлся, хотя чему я удивляюсь, ты же из Хромого хребта.

— И что это должно значит? — Поинтересовался я, как бы в невзначай.

— То и должно значить, что люди там крепкие и суровые живут. Кругом один камень и шахты, вот и ты такой же.

Я ухмыльнулся, убирая оставшиеся пирожки в мешок. — А мне казалось, что ты не любишь, когда людей характеризуют из разряда «Вот такой».

— Это потому, что ты неправильно всё понял. Я не люблю, когда меня так характеризуют, записывают в архетип, как какую-нибудь сбежавшую со строк поэмы героиню. У меня от этого начинается жестокий приступ аллергии.

— Аллергии? — Переспросил я со смешком. — Ну и на что же у тебя аллергия?

— На банальность, Ян. — Ответила она, выждав короткую паузу. — На банальность. Ненавижу скучных парней, от которых понятно, чего ждать. Цветы, поэмы, серенады под конками и вот всё такое.

— Мы сейчас о стереотипной характеризации говорим, или уже перескочили на твои предпочтения в ухаживании? — не удержался я от того, чтоб её подколоть.

Лан одарила меня недовольным взглядом, но тут же забыла и резко сменила тему.

— Значит жилья у тебя нет. Ну что же, раз обещала показать тебе город, то пошли, есть у меня на примете одна женщина. Сдаст тебе недорого комнату, где хватит места твоего меча.

— Веди. — Коротко ответил и указал жестом вперёд.

И она повела. Причём повела через центральный базар.

Вход в него возник между двух высоких стен, застроенных лавками и складами. За ними раскинулась огромная площадь, забитая зевающими людьми, бесконечными рядами прилавков и нагруженными телегами. Причём первое, что увидел — это именно продуктовые лавки. Мясо, яйца, овощи, фрукты. Здесь можно было купить всё, что только требовалось любому человеку для комфортного существования, но через некоторое время пути, лавируя между потоками людей, мы вышли в куда более интересную зону базара.

Рынок для практиков. Я понял это сразу, едва мы переступили невидимую границу межу обычной частью базара и этой. Крики торговцев били со всех сторон, перекрывая друг друга, словно они торговали не ингредиентами, а акциями на всемирной фондовой бирже.

— Второй ранг! Корень тысячелетнего женьшеня! Свежий, только с гор, только сегодня!

— Обмен! Меняю шкуру духовного барса на кристаллы средней очистки. Шкура снята умелым скорняком Академии ранга Б!

— Пилюля прорыва! Одна пилюля прорыва на третью ступень! Гарантия — восемьдесят процентов!

— Мечи! Мечи из метеоритного железа! Не тупятся о броню духовных зверей! Проверено охотниками Академии ранга С!

Я вновь завертел головой, пытаясь охватить взглядом всё это безумие. Слева толстый мужчина в парчовом халате раскладывал на бархатных подушечках разноцветный камни, которые переливались ярким светом, словно живые. Справа тощая красавица демонстрировала склянки с какими-то содержимым, в каждой из которых плавало нечто, напоминающее собой эмбриона. Чуть дальше бородатый здоровяк в кожаном фартуке колотил по наковальне, правя лезвие короткого меча. Причём лупил с такой силой, что искры летели в разные стороны, заставляя прохожих шахараться в стороны.

Однако самое главное — всё здесь было буквально пропитано духовной энергией.

Она была везде. Кожа улавливала лёгкое покалывание, когда мы проходили мимо прилавка с кристаллами. В груди отзывалось теплом, когда худенькая красотка откупоривала свои мензурки, позволяя клиентом почувствовать аромат. Мне резко захотелось попробовать здесь помедитировать и посмотреть за результатом, но это оказалось невозможным.

— Смотри какая штука. — Вдруг заговорила передо мной Лан, стараясь не упускать меня из виду. — Ты же вроде практик, может присмотришь себе что-нибудь?

Я остановился у прилавков и посмотрел на три таблички с иероглифами: «Духовные камни низшего ранга. Обмен на корни третьего уровня или равноценные ингредиенты». «Травяной сбор для очистки меридианов. Только обмен». «Принимаю заказы на поиск редких компонентов. Цена договорная».

— Сколько за них? — Я спросил, кивнув на точно такие же камни, что были в подземелье у тёмного.

Долговязый мужчина, лениво почесал пушок на подбородке, ухмыльнулся.

— Не местный что ли? Здесь не торгуют медью, серебром или даже золотом. Только обмен! Духовные камни, травы, артефакты, корни и пилюли. Всё, что несёт в себе энергию, всё сможешь здесь на что-нибудь обменять. Обычные деньги тут ничего не стоят. Считай мусор.

Я достал мошну, взвесил на ладони и ощутил себя бедняком с увесистой суммой в руке. Сразу захотелось просканировать здесь всё Кодексом, но вовремя одёрнул руку и проигнорировал вибрацию на запястье. Я взял кристалл, который был тёплым на ощупь, покрутил его перед глазами и спросил.

— Интереса ради, за сколько можно вот такой продать, если обменять его на серебро?

Мужчина задумался, почесал колено через ткань штанов и ответил. — Серебро? Бери выше, парень. Десять золотых, не меньше!

А в подземелье таких было целых три! И чёртов тёмный практик, управлявший в то время моим телом, использовал их как ингредиенты для своего нечестивого возрождения. Вот же гад! Уничтожил самое ценное, что было, оставив презренные монеты, которые пусть и казались мне богатством в своё время, но как правильно сказал торговец, даже тридцать золотых здесь не были никому не нужны. Деньги всё же были уделом смертных и требовались в основном, чтобы не ночевать в канаве и насыщать тело едой, пока оно её требовало. Для всего остального, действующему культиватору нужны духовные предметы. Жаль… но зато теперь знаю, что в теории можно что-нибудь на что-нибудь обменять. Главное, найти это самое что-нибудь ненужное. Впрочем, тут Кодекс может мне помочь. Ну или моё новое, и главное личное ощущение духовной энергии.

— Спасибо. Я ещё вернусь. — Бросил напоследок торговцу и положил камень на место.

Тот недовольно фыркнул, махнул рукой и принялся дальше вопить на весь базар.

— Не обижайся на него. — С улыбкой произнесла Лан, хватая меня за рукав ханфу. — Тут все такие, так что привыкай.

— Мы, конечно, знакомы совсем недавно, но поверь на слово, чтобы меня обидеть, нужно нечто большее, чем просто фырканье в спину. Ты лучше скажи, Лан. Я постоянно здесь слышу про Академию и какие-то ранги Б и С, что это значит?

Девушка от жары повязала волосы в аккуратный хвост, оттопырила указательный палец и, набрав воздуха в лёгкие, приготовилась объяснять, как вдруг откуда-то сбоку раздались волшебные слова:

— Небесный металл! Кусок настоящего Небесного металла! Продаю за золото, за обычное золото! Уникальное предложение, только здесь и сейчас!

Я развернулся на голос быстрее, чем мысль просквозила у меня в голове. Лан так и не успев ответить на мой вопрос, только и наблюдала за тем, как ныряю в толпу. Зеваки словно специально столпились передо мной, образовывая монолитную стену из спин и локтей, и отказывались пропускать к торговцу. Мне не хотелось ломать кости и крушить суставы, распихивая людей в стороны, вот только упустить шанс заполучить кусок Небесного металла для очистки моего меча, никак не мог. Я же прекрасно помнил рецепт Кодекса мне кровь из носу нужен был этот ингредиент для начального этапа! А судя по тому, что я за сегодня узнал, золото тут не котируется и продажа его за жёлтый металл, уникальный шанс, выпадающий раз в жизни.

Поэтому, потеряв терпение, воспользовался своей новообретенной силой, став растаскивать зева, освобождая себе путь к орущему торговцу.

Он стоял почти в самом конце ряда. Маленький, тщедушный мужичок в помятом халате с жидкой бородёнкой и бегающими глазками держал в руке кусок металла размером с кулак. На вид обычная тускло-серая железка с едва заметными голубыми прожилками, но стоило мне приблизиться, как браслет на запястье тихонько завибрировал.

Значит настоящий. Ну или как минимум духовный ингредиент, а не простая железка, выкованная кузнецом из подковы и подкрашенная для виду.

— Сколько? — Спросил я, приземляясь чуть ли не на прилавок.

Мужчина отшатнулся назад, упал на пятую точку и с ужасом в голосе произнёс. — Пять золотых. Серебром или медью, не важно. Главное по курсу.

Я вытряхнул мошну на прилавок и отсчитал ровно пять золотых. Оставшиеся три, вместе с серебром и медяками убрал обратно, сгрёб монеты, насильно запихал в руку человеку и забрал у него кусок металла. Торговец через некоторое время пришёл в себя, открыл рот от удивления не успел и проговорить, как в этот момент за моей спиной раздался голос. Наглый, полный самолюбования и превосходства.

— А ну отойди!

Я не обернулся, просто подбросил кусок Небесного металла в руке и крепко сжал пальцы.

Ко мне подошёл парень, лет девятнадцати-двадцати, среднего роста, но крепкий и плечистый, что выдавало в нём бойца. Лицо широкое с крупными чертами, включая мясистый нос, полные губы и маленькие глаза. Но больше всего в его внешнем виде кричал его наряд. На нём был добротный халат из плотной коричневой ткани с вышивкой цвета охры — стилизованный кулак, сжатый в центре груди.

На поясе у него болтался меч. Хорошая сталь, добротная работа, но я от него не чувствовал духовной энергии. Зато пряжка на поясе была золотой и инкрустированными в ней драгоценными камнями, что немало говорило об уровне финансового благополучия владельца.

За ним топтались двое телохранителей или прихлебателей, если угодно. Здоровенные мужики в кожаных доспехах с мечами наперевес. Судя по исходившей от них энергии, они так же ступили на путь силы, хоть и смогли достичь лишь низкого ранга.

— Тебе что сказано? Отошёл! — Повторил парень, подходя вплотную.

— Зачем? Тебе места мало? — Спросил я спокойной, продолжая крепко сжимать металл.

— Я хочу его! — Указал он на мою руку и добавил. — Так что покупаю Небесный металл я!

Торговец между тем побледнел и начал заметно трястись. Он явно узнал парня, хотя скорее всего дело было в его одежде. Секта? Судя по изображению, сказал бы, что он из Каменного кулака, которая, судя по рассказал Лан, была одной из трёх правящих городом Сект.

— Я уже купил этот металл. — сказал я, кивая на торговца. — Хочешь свой кусок, иди ищи его в другом месте.

— Мне плевать! — Парень щёлкнул пальцами и один из прихлебателей вышел вперёд, положив ладонь на рукоять меча. — Отдай, пока руки с ногами на месте, и вообще, ты знаешь, кто я?

— Да мне особо не интересно. Так что можешь не утруждаться и не называть своего имени, я всё равно его не запомню.

— А зря! — парень наклонился к моему лицу, брызгая слюной. — Я — Чжан Ху из секты Каменного кулака! Мой дядя член совета Академии, так что понял, насколько ты сейчас попал?

— То есть ты из себя ничего не представляешь и почему-то решил, что хвастаясь заслугами других людей, должен меня впечатлить? Поздравляю твоего дядю. А вот насчёт тебя… мне сказать нечего.

Парень побагровел.

— Ты… ты… да я… я тебя…

— Что? Убьёшь? — Перебил я. — Прямо здесь? Посреди базара, где полно свидетелей за кусок Небесного металла? Ты только что перед всеми бахвалился, что ходишь в родственниках у члена совета Академии и теперь собираешься убить другого практика от его имени? Слушай… у тебя случаем в соседних деревнях родственников нет? Троюродного брата или что-то в этом роде⁈

Чжан Ху замер. Глаза его сузились, а кулаки сжались. На мгновение мне показалось, что он всё-таки нападёт посреди бела дня, но он не стал. Видимо оказался всё же не настолько глуп, как Сумо или просто боялся проблем с городской стражей или Академией.

— Запомни моё лицо, — сказал он тихо, практически шёпотом, — А лучше имя, потому что мы ещё встретимся.

— Насчёт имени не обещаю, говорил же, но в целом да. Мир круглый, рано или поздно встретимся.

Я взял кусок Небесного металла, сунул его в мешок, кивнул торговцу и развернулся. Лан стояла в трёх шагах, скрестив руки на груди, и смотрела на меня с выражением, которое не смог прочитать. То ли ужас, то ли восхищение, то ли полное удивление от того, что только что произошло.

— А ведь он не врал, знаешь? — Спросила девушка, когда мы продолжили идти по дороге.

— Про что именно? Про то, что его дядя член совета Академии или что мы ещё встретимся.

Лан пожала плечами. — И то и другое. Он действительно племянник Чжан Хана. Одного из шести членов совета Академии.

— Ну значит у меня ещё будет время настроить против себя пять остальных. Не придавай этому слишком большого значения, Лан, лучше пойдём покажешь свою женщину, которая сдаст мне комнату, а то от ходьбы ноги начинают ныть. И кстати, ты так и не рассказала, что это за Академия такая и почему я должен пожалеть.