Как говорится, человек предполагает, а Бог располагает. Так и у меня получилось. Не успел я дать себе слово, что не буду охотиться на людей для получения их талантов, как тут же завалил человека, и вот пожалуйста. Могу забрать себе его навык. Но, с другой стороны, он сам пришел, и явно не чай попить. Я шагнул вперед и поднял выпавший из рук Кравцова кинжал.

Простая деревянная рукоятка, небольшая гарда и… черное волнистое лезвие. Такие ножи вроде называли крисы. Оружие убийцы, а не Охотника. Делается из жала Темного шершня, монстра В-ранга, опасного своим ядом. Дорогая штука, но спросом не пользуется, разве что в высокоранговых Разломах, где важнее быстро убить босса, чем получить с него ингредиенты. Но все равно такой не по карману обычному Охотнику. А вот человеку с талантом А-ранга — вполне.

Как и амулет скрыта, весьма неплохой плащ из чьей-то шкуры, явно бронированный, и, если бы он был застегнут, я бы вряд ли сумел пробить его из пневматики даже стрелами. А так повезло, причем очень крупно. Я, конечно, целил в самый центр средоточия виты, но попасть точно в сердце — это именно из разряда удачи. Но волновало меня не это, а сам факт появления столь подготовленного Охотника рядом со мной. Можно было предположить, что этот Кравцов просто маньяк, убивающий людей в Разломе… если бы не прозвище. Ищейкой просто так не называют, его талант тому подтверждение. И он явно искал меня. Но, к счастью, я нашел его первым.

Сомневаться, кто именно послал за мной убийцу, не приходилось. Из врагов, кто мог себе позволить такие траты, у меня имелся только Олежек Гусев, а точнее, его папаня. Честно говоря, не думал, что он так далеко зайдет. Драки между Охотниками обычное дело, вон даже дуэльные арены существуют, чтобы решать вопросы не столкновениями в городских кварталах, вредя городскому имуществу и рискуя жизнью и здоровьем людей, а в комфортной обстановке никому не мешая. На самых крупных даже гильдейские отряды сходятся. Да и видео пропало из сети довольно быстро. Но нет, Гусевы затаились и решили отомстить. Что ж, тогда и я имею полное моральное право на компенсацию, так что, дальше не раздумывая, я мысленно ткнул в «Да».

Способность Поиск извлечена.

Желаете интегрировать? Да/Нет

И я тут же отказался. Кто знает, какие процессы пойдут во время усвоения новой способности, а мне сейчас нельзя было рисковать. Мыши никуда не делись, плюс рядом лежит труп высокорангового Охотника, за который меня по голове не погладят. А значит, надо уничтожить улики, заодно и трофеи собрать. И нет, это не мародерство, что с бою взято, то свято, другой вопрос, что пристроить все придется по-тихому. Хорошо еще, что у меня имелось место, где не будут задавать вопросов, старик в ломбарде об этом дал понять довольно ясно.

Кожаный плащ я сразу убрал в рюкзак. Слишком приметная вещь, чтобы ей светить на людях. А вот амулет скрытности, наоборот, надел. Штука дорогая, но многие такими пользуются. Как и очками, что я забрал у своего несостоявшегося убийцы. Теперь это можно было сказать абсолютно точно, ибо очки ночного видения, работающие на дорогих элементах питания, в которых использовался минерал из Разломов, могли себе позволить только рейдовые группы гильдий. Но самая фишка в том, что поход по низкоуровневым Разломам не окупил бы даже одной батарейки, истраченной на него. Что подтверждало мои выводы.

Документов у убийцы не оказалось, как и других вещей. Немного налички в карманах на обратную дорогу, и все. Но я тщательно проверил каждый шов, даже стельки ботинок вытащил. Неприятности мне были не нужны, а у убийцы мог быть маячок. Правда, я ничего не нашел, но все равно собирался избавиться от шмотья, как только выйду наружу. А остальное продать, хоть очки мне очень понравились. Но тут такое, если мой сегодняшний поход увенчается успехом, они будут не нужны. Зато деньги всегда пригодятся.

Полчаса, и в закутке Разлома остался лежать голый труп мужчины лет тридцати, погибшего от попадания стрелы в сердце. Кстати, на руках покойника я обнаружил десятка два следов от уколов. Убийца не чурался наркоты, наверно, поэтому и брал заказы на убийства. А может, Гусев его прихватил на дури и шантажировал. Неважно, короче. Главное, чтобы меня никто с трупом не прихватил. К тому же у меня еще были дела, и стоило поторопиться.

С трудом упаковав шмотье погибшего в рюкзак, я оставил себе только очки и амулет, выбросив почти выгоревшие световые палочки. Теперь мне они были не нужны, монстрики и так меня не ощущали, а я их видел прекрасно. Вот и потратил следующие десять минут на поиск слаймов и отфутболивание их в закуток с телом. Уж не знаю, был среди них тот, которого я выгнал в самом начале, если да, то пусть считает это своеобразным извинением. Зато теперь я был уверен, что следов не останется. Пяти слаймам нужно пару часов, чтобы полностью растворить тело, а шансы, что на них наткнутся раньше, стремились к нулю. Но я все равно дождался, пока слизни примутся за дело, и решительно направился в глубину данжа, стремясь оказаться как можно дальше.

Следующие пару часов прошли у меня куда плодотворнее, чем в начале охоты. Теперь мне не нужно было надеяться на чутье виты с очень ограниченным радиусом. Очки не просто разгоняли тьму, они подсвечивали живых существ, что делало охоту предельно простой. Я дольше накачивал оружие воздухом, чем выбирал новую жертву. Так что неудивительно, что количество запасенной виты перевалило за двадцать тысяч, да и клыков уже набралось весьма прилично. По-хорошему, можно было уже и выдвигаться домой, но у меня осталось еще одно дело, без которого я не хотел уходить. И остановив геноцид рукокрылых, я двинулся в глубь Разлома.

План развития у меня был простой, как барабан, и строился на двух условиях: моей способности поглощать способности и возможности потрошить непопулярные у других Разломы. А для этого, кроме Чувства виты, мне нужно было что-то, что даст преимущество в таких местах. Например… эхолокация.

А что, шикарная вещь! Мыши вон живут в непроглядной тьме всю жизнь, но при этом прекрасно в ней ориентируются. А чем я хуже? Я лучше! Совместить два умения, и вуаля! Я на коне! А мест, где они могут пригодиться, я навскидку назову полтора десятка. Поставить на поток фарм, и я разживусь деньгами и витой для развития. А там уже можно будет совершать вылазки за новыми талантами. Но сначала мне нужно было найти летучую мышь-босса и забрать свой приз.

Но это сказать легко, а вот сделать… я полтора часа уже таскался по подземелью, кляня проклятую мышь, решившую поиграть в прятки. И если поначалу я еще делал перерывы, чтобы добыть очередную пару клыков и сотню единиц виты, то под конец мне это настолько обрыдло, что проходил мимо даже самых крупных скоплений. Глаза бы мои на них не смотрели. А ведь еще было то самое легендарное гуано. И оно воняло… хоть справедливости ради надо признать, что чувствовать запахи я перестал еще в первый час охоты. Но раздражение никуда не девалось, может, поэтому, услышав шум боя и выкрики, вместо того чтобы повернуть в другую сторону, я пошел на звук.

— Ника, свет не загораживай! Миха, да прикрой ты ее! — судя по крикам, там дралась полноценная группа. — Денис, не зевай!

— Я не зеваю, не ори под руку. — Голоса были юные, еще ломающиеся, переходящие с баска на писк у пацанов и звонкие, словно струны, у девчонок, но, судя по всему, дела у них шли неплохо. — Лучше покажите, где эта тварь! Опять пропала!

— Да ищу я! — крики раздавались совсем близко, буквально из-за соседнего поворота, и я осторожно выглянул, стараясь не попадать на освещенные участки.

Как я и предполагал, это оказалась рейдовая группа гильдии. На плечах у юных Охотников красовался шеврон с какой-то кракозяброй, цвет которой было не разобрать в очках ночного видения, но я и так его знал. Золотой. А кракозябра эта — лоза с шипами, что в сумме давало название сильнейшей в городе гильдии. И она действительно могла себе позволить формировать учебные рейды из совсем еще зеленых новичков, как вот эти, например. Навскидку ребяткам было не больше шестнадцати лет, то бишь они лишь недавно пробудились. А уже погляди, чистят Разломы. Причем делают это довольно грамотно.

Четверо бойцов, сжимавших оружие и щиты, составили каре, в центре которого находились девочка-сенсор и стрелок, разящий мышей лучами из посоха, стилизованного под винтовку. Подобные гибриды часто использовали те, кому достались стрелковые таланты в качестве усилителей, и стоили они соответствующе.

У остальных вооружение тоже не отставало по уровню цены и качества. Легкие щиты из сверхпрочных сплавов, острые копья, явно сделанные не из обожженной на костре палки. Ножи, мечи, даже огнестрел. На боку у каждого висела кобура с выглядывающей оттуда рукоятью, и это явно была не пневматика. На мышек это было явным перебором, но как страховка от агрессии со стороны других Охотников пистолеты прекрасно подходили. Редкий идиот нападет на группу вооруженных детишек, особенно если тех натаскивали сначала стрелять, а потом разбираться. А в «Золотой лозе» делали именно так.

И я бы тоже прошел мимо, исчез, пока меня не заметили, если бы не одно большое и жирное «но». Это «но» сейчас металось под потолком, прячась в тенях сталактитов, и не давало себя подстрелить из лучевого жезла-винтовки. Зато посылало волны своих миньонов атаковать врага. И да, это был именно босс летучих мышей, тот самый, которого я искал. Так что уйти сейчас я просто физически не мог, неизвестно, будет ли в Разломе еще один, и сколько ждать до его появления. А время у меня было крайне ограниченно.

— Ну где он⁈ — стрелок нервничал, водя жезлом туда и сюда и не находя цель. — Вика, ну давай же!

— Не мешай… — девчонка-сенсор замерла, водя перед собой руками, а потом, дернувшись, ткнула пальцем в сторону босса. — Вон там! За сосулькой!

— Это сталактит, — поправил ее кто-то из охраны, косящий мышей как траву, но оно неудивительно, учитывая, что искусственное солнце у них над головой значительно снижало боевые возможности рукокрылых.

— Ой, да заткнитесь все, — отрезал обсуждение стрелок, вскинув жезловинтовку. — Вижу… сейчас… есть! Попал!

И действительно, вспыхнувший луч распорол крыло боссу, заставив того, кувыркаясь, рухнуть вниз. Правда, через секунду мышь выправилась, но удержаться в воздухе все равно не смогла, приземлившись на пол. К ней тут же с довольными криками кинулись сразу двое бойцов… и это было ошибкой.

Босс летучих мышей был обозначен рангом Е не только за размеры с небольшую собаку, но и потому, что имел в арсенале кое-какие способности. И когда к нему кинулись дети, стремящиеся побыстрее добить врага, он заорал. Не пискнул на ультразвуке, а именно заорал, да так, что ближайшие бойцы покатились по земле, зажимая уши, те, что стояли дальше, тоже рухнули на колени, а мыши, словно сойдя с ума, накинулись на них, стремясь вцепиться в горло.

Выглядело это жутковато, но по факту никакой опасности для детишек не было. Защита на них была надета с явным запасом прочности, так что максимум, что они могли заработать, — это пару царапин. Но вот у меня другого такого шанса могло и не случиться, так что я рванул с груди флешку и, отсчитав три секунды, швырнул вверх прямо над копошащейся толпой.

Грохнуло знатно, даже у меня, спрятавшегося за стену, заложило уши. Зато я все видел, в отличие от ослепших соперников. И мыши, и рейдовцы оказались ослеплены яркой вспышкой и теперь одинаково валялись на полу, силясь прийти в себя. А я уже несся большими прыжками к боссу, на ходу выхватив нож. Не крис, еще не хватало палиться со столь экзотическим оружием, а свой надежный и проверенный, этого было достаточно. Мыши крепостью тела не отличались, все же способность летать накладывала свои ограничения. Так что, когда я бухнулся на колени рядом с оглушенным боссом, лезвие вошло в него словно в масло. Один удар, и перед глазами появляется надпись.

Убита Великая слепая летучая мышь Е-ранга. Получено 2000 виты.

Маловато, но в целом большего я и не ожидал. Другой вопрос, что от босса мне нужна была не только вита, а времени оставалось все меньше. Гильдийцы что-то кричали, пытаясь проморгаться, так что пришлось ускориться, буквально пластая тушку мыши ножом. И да! Я сделал это! Буквально на третьем ударе лезвие наткнулось на что-то твердое, но не кость. Те хоть и были прочными, но все же легко разрубались острым клинком. А тут словно по камню провел, хотя почему словно? Отбросив сомнения, я убрал нож и сунул руку прямо в рану, нащупывая твердый кусочек, и одним движением вырвал его оттуда.

Получена искра Великой слепой мыши. Доступно улучшение «Эхолокация». Для интеграции модификации необходимо 15 000 единиц виты.

Да! Я сделал это! Тот самый навык, за которым я сюда пришел, был у меня в руках. И, с трудом удержав в себе счастливый вопль, я рванул в сторону выхода. Мне вслед летели разъяренные крики детишек, понявших, что их грабят, но рассмотреть меня из-за амулета они не могли. А потом пусть ищут. Подумать на скромного лекаря, что он сумел завалить босса Разлома, пусть даже раненого и оглушенного, это надо быть тем еще извращенцем. А флешка… что флешка, тут они у каждого первого есть, все-таки достаточно надежное и проверенное средство, чтобы спасти жизнь в критической ситуации.

В Разломе меня больше ничего не задерживало, и я направился прямиком к выходу. Некоторое время позади еще слышались вопли ограбленных гильдийцев, но несколько поворотов, и они стихли. Мыши меня тоже не донимали, сбитые с толку амулетом, так что не прошло и часа, как я увидел Врата. По моим подсчетам, я провел в Разломе более шести часов, скорее даже семь с лишним. Можно сказать, полный рабочий день, так что не было ничего странного в том, что решил закончить охоту. Физическую и моральную усталость никто не отменял.

Метро встретило меня привычными шорохами и скрипами. Это тебе не Разлом с его мертвой тишиной, нарушаемой лишь редкими взмахами крыльев мышей. Тут кипела жизнь, и буквально передо мной пробежала здоровенная крыса, намекая, что это мутант Е, а то и D-ранга. Правда, напасть не решилась, и то хлеб. Не то чтобы я боялся, но этих зверюг могло оказаться несколько, а то и целая стая. А гранату я уже потратил. Но пронесло.

Вскоре впереди появился свет фонарей, расположенных возле бронедверей. Пришлось остановиться, немного не доходя до них, и убрать лишнее, повесив обратно световые химические элементы. Светить добычей я не хотел, Кравцова однозначно будут искать, так зачем давать лишний след? Поэтому, приведя себя в прежний вид, я поправил рюкзак на спине и нажал кнопку электрического звонка. Десяток секунд, показавшихся вечностью, и створки медленно открылись, выпуская меня из царства тьмы под свет вечернего солнца, больно резанувшего по глазам.

— Еще один балбес без очков, — пытаясь проморгаться, услышал я знакомый голос. — О, так это же лекарь! Ты гляди, живой! А флешка где?

— Кончилась, — я чуть не дал себе по лбу и быстренько применил свою способность к глазам, приходя в норму. — Неудачно попал в пещеру, полную мышей. Едва ноги унес.

— А я же говорил! — расхохотался офицер, от избытка чувств саданув меня по плечу. — Понял теперь, салага?

— Да уж, — я всем видом изобразил раскаяние. — Как тут не понять.

— То-то же, — военный был так доволен своей предусмотрительностью, что даже не стал меня обыскивать. — Добыл хоть чего? Или так весь день и шарахался от каждой тени?

— Двадцать пар клыков, — я достал заранее приготовленный мешочек. — Пневматика — шикарная штука. Только качать руки устают.

— Ничего, ты молодой, для тебя руками работать привычно, — снова пошутил офицер, и солдаты дружно заржали. — Ладно, давай пару клыков, и в расчете. А в рюкзаке чего? Вроде он у тебя таким набитым не был.

— Мясо, — я развязал горловину, демонстрируя тушки летучих мышей, что положил перед самым выходом. — Их восточники хорошо берут. Говорят, мясо с особой кислинкой. Я сам-то не любитель подобного, еще какую заразу подцепишь, но деньги лишними не бывают.

— Сколько же извращенцев на свете живет, — офицера аж передернуло, как представил, что ест летучую мышь. — Ладно, забирай свое барахло и давай вали. А то у нас пересменка скоро, не до тебя.

— Спасибо, — я искренне поблагодарил военных, мысленно смахнув холодный пот. — А за гранату отдельно. Очень помогла, так что с меня магарыч.

Офицер махнул, иди, мол, кто будет пить твое пойло, и я едва ли не вприпрыжку направился домой. Но, завернув в трущобы, остановился у первой же канавы и выбросил сверток с вещами убийцы. Осталось лишь избавиться от плаща, очков и амулета, и все, Леонид «Ищейка» Кравцов растворится, будто его никогда и не было. Но он сам виноват — кто заставлял его охотиться на людей и конкретно меня. Вот пусть не обижается. А меня дома ждала голодная илька и новые возможности. Так что, забросив за спину значительно полегчавший рюкзак, я поспешил в магазин. Сегодня у нас намечался небольшой пир.