Известие о гибели Андрея ввергло меня в самый настоящий шок…Ужасный страх сковал меня. Паника нарастала. Пыталась привести себя в чувства, но мысли кружились в голове как безумный, неконтролируемый вихорь.

Несмотря на требовательные просьбы «правой руки» и верного помощника, Крылова незамедлительно вылетела на Родину. Не могла оставаться за рубежом. И пусть я не любила Андрея, жила с ним ради материальной выгоды, но была ему благодарна и уважала супруга.

– Катя, сейчас мы с тобой пойдём в машину, а ребята заберут чемодан, – проговорил Георгий, крепко сжимая мою руку, словно опасаясь, что я сбегу, — или меня похитят, а может, и того хуже…

Без лишних вопросов, инстинктивно чувствуя, что верный и преданный мужчина пытается лишь меня защитить отправилась за ним.

Тревога, волнение наполняли мою душу. Отчаянно нуждалась в глотке свежего воздуха. И как только покинули аэропорт и оказались на улице, сделала глубокий вдох.

В моей душе царил настоящий, беспробудный мрак, а столица встречала меня ясным, пленительно-голубым небом.

Даже в самый заунывный осенний дождь не стоит забывать, что небо на самом деле голубое – нужно только немножко подождать…

– Катя, пошли скорее, – скомандовал Георгий, ускоряя шаг, словно за нами кто-то гнался.

– Жора, ты почему так бежишь?

Мужчина даже, не оборачиваясь, рыкнул, – не задавай, пожалуйста, лишних вопросов. Ты обещала беспрекословно меня слушаться.

Дерзко взмахнула головой. От своего обещания отступать не собиралась, но становиться безвольной куклой также не собиралась. В конце концов, я вдова Андрея Крылова.

– Жора, никуда не пойду, пока ты мне всё не объяснишь. Ты что думаешь, что мне кто-то угрожает, – упёрлась ногами о землю и затормозила мужчину.

Георгий остановился и резко развернувшись ко мне, пробасил, – да. Угрожает. Катя, ты понимаешь, что Андрея убили.

Мрачно опустила глаза.

– Понимаю. Но я-то тут причём, – понимаю, что моё утверждение звучало крайне наивно, но действительно не знала, кому я могу помешать.

Никогда не была наивной девочкой, знала, что деятельность Андрея связана с криминалом, но в этом мире принято семью не трогать. Или времена изменились?

– Катя, ты теперь главная наследница Андрея. Он детдомовский. У него, кроме тебя прямых наследников нет.

Утвердительно кивнула. Даже не собиралась спорить.

– И что? Ты считаешь, что его убили из-за денег? Наследства?

Жора напряжённо заводил глазами, усиливая хватку, причиняя мне лёгкий дискомфорт.

– Не знаю, Катя. Сам ничего не понимаю, – он судорожно провёл пальцами по лысой голове. – Б…ь, в бизнесе у нас всё равно. Ни с кем конфликтов не было.

– Ладно. Пошли, – не стала более мучить Георгия вопросами.

И уже оказавшись в тёплом салоне люксового автомобиля, где нас уже ожидал водитель, уныло прошептала, – боже, Жора, до сих пор не могу поверить, что Андрея больше нет. Мне кажется, что это лишь страшный, ужасный сон.

– Катя, смерть – это часть нашей жизни. И от этого никуда не деться, – холодно и равнодушно проговорил Георгий. – Развитие медицины — ещё один фактор, отдаливший нас от смерти. Кончина перестала восприниматься как нечто естественное, теперь это врачебная ошибка, некомпетентность, неудача, но больше не норма даже в пожилом возрасте. А развитие мультикультурности привело к утрате универсальных общепризнанных ритуалов — современные люди их лишены и, особенно не имея опыта соприкосновения со смертью, часто не понимают, как себя вести и что делать. Поэтому людям проще отстраниться и не замечать её.

Философские размышления Георгия впечатлили меня. За время знакомства с мужчиной сделал выводы, что он не привык рассуждать, ему ближе было конкретное действие.

– А люди из моей среды, привыкли, что смерть «ходит по попятам», – он резко повернул голову и пристально посмотрел в мои глаза. – Катя, знаю, что ты сейчас находишься не в лучшей форме. Ты опустошена. Не знаешь, что делать. Но ты обязана собраться. Ты должна быть сильной. На тебя будут давить. Многие будут пытаться запугать. Но я рядом, – внезапно Георгий опустил ладонь на мою руку и слегка сжал. – Ты можешь мне полностью доверять.

Судорожно сглотнула. Впервые заметила какие-то искорки симпатии ко мне…

– Жора, я тебе верю, – робко убрала руку.

Никогда не была из робкого десятка, но неприятные намёки Георгия смутили меня. Возможно, из-за эмоционального напряжения, просто надумала себе, и верный друг, и помощник Андрея лишь пытается успокоить меня, приободрить. Но женская интуиция твердила, что Жора испытывает ко мне симпатию, что неудивительно. Никогда не страдала заниженной самооценкой, знала, что могу привлечь внимание мужчин. Но сейчас не время…От слова совсем. Я даже ещё не успела мужа похоронить.