Сентябрь 2017 г. Ночь[198].
Где-то в вышине – неведомо на какой высоте – движутся рядом две светящиеся точки. Человек, наблюдающий за ними в телескоп с платформы посреди моря, отчетливо видит только одну. Вторая – лишь смутная догадка.
Он поймал их в объектив случайно и замер, не в силах отвести взгляд. То, что разворачивалось перед глазами человека на платформе, походило на погоню. Несмотря на хрустальную чистоту неба – до огней ближайшего города сотни километров, – он никак не мог разгадать происходящее: крошечная светящаяся точка медленно настигала более крупную. Он не отрывал от них глаз, пока не потерял их из виду.
Пара спутников растворилась во мраке. И наблюдатель наконец переводит взгляд на Сириус – он никогда не видел, чтобы эта звезда сияла так ярко.
За этой парой точек в небе уже несколько дней следят радары и оптические телескопы. Более яркая точка – это Athena-Fidus, спутник широкополосной связи, который с высоты 36 000 км обеспечивает бесперебойную автономную связь в случае чрезвычайных ситуаций национального масштаба. Аппарат, созданный совместно Итальянским космическим агентством и французским Национальным центром космических исследований при поддержке министерств обороны обеих стран, обеспечивает связью вооруженные силы Франции и Италии.
Вторая, более тусклая точка – это «Луч-Олимп» (русские называют его «Олимп-К»), запущенный с Байконура 28 сентября 2014 г. О нем мало что известно, кроме одного: сейчас он в нескольких километрах от Athena-Fidus. В космических масштабах это значит – совсем рядом.
«Он подошел вплотную, – скажет год спустя министр обороны Франции Флоранс Парли. – Настолько близко, что невольно возникла мысль о перехвате наших переговоров. Мы пристально следим за ним, тем более что в последующие месяцы он продолжил свои маневры уже у других целей. Кто даст гарантию, что завтра он не окажется снова возле одного из наших спутников?»[199]
Подробности произошедшего в ту сентябрьскую ночь до сих пор остаются засекреченными. И все же кое-что мы знаем наверняка. Во-первых, 8 сентября 2019 г. начальник штаба воздушно-космических сил Франции создал новую структуру – Космическое командование, объединенное подразделение для защиты космических рубежей страны. «Если не ответим сейчас – пожалеем потом», – заявила тогда Парли.
А во-вторых, человек на морской платформе, любовавшийся Сириусом, даже не подозревал, что стал единственным свидетелем нового акта в космической драме, начавшейся с запуска первого спутника. На его глазах разворачивалась борьба за околоземное пространство.
Оставим в стороне научную фантастику и сценарии в духе Джеймса Бонда. Если 100 лет назад все решало господство на море, как утверждал выдающийся геополитик Николас Спайкмен, то сегодня миром правит тот, кто властвует в космосе.
Достаточно взглянуть на инвестиции, проекты и программы всех тех, кто рвется к новому космическому Эльдорадо, – будь то государства или частные компании. Но есть и более весомое доказательство: неразрывная связь между событиями за пределами атмосферы и нашей земной повседневностью. Связь настолько прочная, что впору сделать заявление, которое может показаться слишком смелым: уже сегодня качество нашей жизни зависит от космоса. А завтра эта зависимость только усилится.
Цифры говорят сами за себя: по данным The Union of Concerned Scientists, прямо сейчас на низких околоземных орбитах работает 6768 спутников из 7560 запущенных[200]. А дальше – больше: в следующем десятилетии число запусков превысит тысячу в год. Одна только SpaceX планирует развернуть группировку Starlink из 12 000 спутников, а в перспективе их число может вырасти до 42 000 – американские власти уже одобрили расширение группировки.
Но возникает вопрос: почему наша космическая деятельность стала столь оживленной? Почему даже тяжелейший кризис национальных систем здравоохранения и растущее число военных конфликтов не могут отвлечь нас от инвестирования в осваивание внеземного пространства? Иными словами, что делает космос столь притягательным, что весь мир ринулся в очередную гонку за его освоение?
Ответ остается практически неизменным с 4 октября 1957 г. – дня запуска первого спутника. Космос притягателен не только возможностью освоения внеземных ресурсов и стремительно растущей экономикой. Главное – это неизмеримо важное значение космоса для обороны и национальной безопасности. Два мощных фактора меняют сейчас правила игры в космосе. Во-первых, это новый подход к освоению космоса, основанный на большей доступности, миниатюризации и цифровизации технологий. Тут мы говорим о новой космической экономике, о чем, впрочем, известно уже лет 15. Во-вторых, милитаризация космоса. Что вполне может стать прологом к реальному конфликту[201]. Теперь важно понять: связаны ли эти процессы между собой? И главное – как влияние этих факторов на космическую отрасль отразится на жизни нашей планеты?
Начнем с очевидного: космос стал стратегическим ресурсом еще полвека назад. Первая космическая гонка, вспыхнувшая в разгар холодной войны, вывела противостояние США и СССР – и военное, и идеологическое – за пределы атмосферы. За 60 лет космос стал гораздо более значимым, а число игроков умножилось. Космос превратился в двигатель прогресса в самых неожиданных сферах. Те самые космические технологии – «столпы жизни на Земле», о которых мы уже говорили, – теперь предлагают прорывные решения для сельского хозяйства, банков и бирж, следят за инфраструктурой, фиксируют климатические изменения и их последствия. С орбиты, как мы видели, идет координация спасательных операций после природных катастроф и предупреждение новых бедствий. Тысячи спутников наблюдают за миграцией и границами, берегут культурное наследие, управляют движением самолетов и кораблей. А совсем скоро космос сможет воплотить давнюю мечту человечества о доступном в любой точке планеты интернете. Правда, к сожалению, не бесплатном. Значение этого прорыва трудно переоценить, ведь даже сейчас доступ к интернету есть менее чем у 40% жителей Африки, только у 60% населения Азиатско-Тихоокеанского региона, да и в Северной Америке с Европой охват далеко не полный.
Цифровая революция перекраивает космическую отрасль, меняя методы, возможности и амбиции. Одним из китов новой космической экономики как раз и стало слияние космической индустрии с цифровым миром. Вместе с капиталами и предпринимателями космос впитал и саму философию цифровой эпохи: готовность рисковать и новый подход к созданию проектов. Это в корне изменило значение того, что еще недавно не имело к космосу никакого отношения. Яркий пример – социальные сети: как крупнейшие хранилища данных в реальном времени, они помогают прогнозировать поведение людей при чрезвычайных ситуациях и оценивать масштабы катастроф – от землетрясений до экологических преступлений. Так, проект ЕКА EO4Security под руководством итальянской компании e-GEOS выявляет нелегальную добычу ископаемых, соединяя спутниковые данные с информацией из открытых источников – соцсетей и других каналов.
Иными словами, эпоха изолированных отраслей закончилась. Чем умнее становятся машины, тем теснее переплетаются различные сервисы. Технологии из разных областей сливаются воедино, способствуя взаиморазвитию. Инженеры называют это интеграцией отраслей: три космические отрасли – связь, наблюдение и навигация – объединяются с наземными системами и виртуальным пространством, пронизывающим весь мир.
Такое слияние технологий уже открывает новые возможности: дроны, получив сигнал со спутника, смогут самостоятельно проверять состояние мостов или склонов, где есть угроза схода оползней. Или, например, доставлять медицинские материалы быстрее любого наземного транспорта – такой эксперимент уже провели в октябре 2020 г. компании Telespazio и e-GEOS, наладив доставку между двумя корпусами римской детской больницы Младенца Иисуса.
Все это стало возможным благодаря второму столпу современной космонавтики – доступности. Снижение стоимости запусков, достигнутое прежде всего за счет многоразовых ракет, идет рука об руку с миниатюризацией компонентов, которые теперь часто делаются без повышенных требований к надежности. Вместо создания сверхнадежных спутников-долгожителей теперь делают ставку на экономичные решения: небольшие мини– и микроспутники, которые легко заменить новыми. Сервисы «космического такси» вроде SmallSat Rideshare Program от SpaceX или Small Spacecraft Mission Service от итальянских компаний Avio и SAB Aerospace позволяют отправлять на орбиту десятки спутников за один запуск, радикально снижая стоимость для каждого клиента. Если еще несколько лет назад запуск в космос был привилегией правительств и промышленных гигантов, то сегодня свой спутник может запустить даже небольшая компания, исследовательский центр или университет.
Кроме того, космические технологии теперь доступны и обычным людям. С 2009 г. инвестиции в космические компании растут в геометрической прогрессии – как и число самих компаний. В 2019 г. уже 41 из 100 богатейших венчурных фондов добавили в свой портфель акции космических компаний. И все упомянутые выше примеры – от сельского хозяйства до контроля за инфраструктурой – лишь малая часть этого бизнеса, потенциал которого только начинает раскрываться.
Таким образом, за полвека космическая отрасль изменилась до неузнаваемости. В эпоху холодной войны космос был вотчиной государства: медленное технологическое развитие под пристальным контролем сверху, все подчинено военно-стратегическим задачам. Сегодня картина иная: частный сектор задает темп, инновации рождаются в стартапах, которые преследуют прежде всего коммерческие цели. Впрочем, прибыль – не единственное, что стимулирует покорение космоса.
Повышение доступности космоса меняет не только экономический ландшафт, а перекраивает всю карту глобальной политики. Собственно, именно эту мысль я стремился донести на предыдущих страницах: космическое путешествие человечества – это двуединый процесс.
Космос, как ничто другое, отражает глубинную сущность человечества – неистребимую жажду познания. Постепенное освоение Вселенной – не зря поклонники Star Trek называют ее «последний рубеж» – это высшее проявление извечного человеческого стремления к неизведанному, которое воплощается в стремительном развитии технологий, науки и экономики, в том, как космические возможности все глубже проникают в мировое хозяйство.
Однако нельзя забывать, что само понятие последнего рубежа и история его покорения неразрывно связаны с конфликтами. Игнорировать это – значит видеть лишь часть картины.
Как отмечают Алессандро Арезу и Рафаэле Мауро в книге «Врата рая» (I cancelli del Cielo, 2019), господство в космосе всегда питалось человеческим стремлением «видеть, оставаясь незамеченным, слышать, оставаясь неуслышанным, и воздействовать на других, не поддаваясь чужому влиянию, – ради достижения стратегического или тактического преимущества»[202]. И хотя эффект обзора – особое восприятие Земли, возникающее у космонавтов на орбите, – делает, как отметил президент Италии Серджо Маттарелла в своем новогоднем обращении 2019 г., «непостижимыми и безумными всякую вражду, противостояние и насилие на нашей все более тесной планете», нельзя не признать: «именно эти вражда, противостояние и насилие проложили людям дорогу в космос – ведь космическая гонка зародилась из соперничества держав и их стремления к превосходству»[203].