Делай на войне то, что противник почитает за невозможное.

В резиденции Владимира Владимировича царило спокойствие – щебетали птички, густой хвойный аромат бодрил, приятный дневной бриз доносил со стороны моря запах соли, йода и где-то готовившихся шашлыков.

Владимир Владимирович сидел на террасе и знакомился с рабочей почтой. Появившийся, как всегда, внезапно ординарец сообщил, что на оперативный доклад пришел директор СВР. Владимир Владимирович вернулся в прохладный кабинет и затворил дверь на террасу. В кабинет вошел докладчик, в руках у него была красная папка с грифом «Особой важности». Владимир Владимирович не признавал электронные документы и по привычке работал с комфортным бумажным форматом. Он молча взял папку и прочитал находившейся в ней документ:

– Опять Цюрих. Президенту доложили?

– Сначала вам. Он все равно спросит ваше мнение.

– Последствия этого убийства могут быть необратимыми. Мир нужно спасти. А для нас мир – это прежде всего Россия. И если по иронии судьбы для спасения России потребуется спасти американского президента, мы это сделаем.

После часовой аудиенции, обсуждения рабочих и иных вопросов руководитель СВР покинул резиденцию. А в кабинете раздался звонок. Путин нажал на кнопку и произнес: «Слушаю».

Адъютант доложил:

– Владимир Владимирович, вам второй месяц не может дозвониться глава Евросоюза. Говорит, важный срочный разговор… Соединить?

– Насколько я помню, Евросоюз самоупразднился еще три года назад.

– Так точно, но это – глава ликвидационной комиссии ЕС.

– Какой неугомонный… Ну, соедините…

На большом загоревшемся отечественном цифровизоре от VK с сертификационной голографической наклейкой ФСО появилось сияющее лицо счастливого Макрона.

– Bonjour, Vladimir Vladimirovich! Je vous ai enfin contacté![119]