История Запада не могла бы осуществиться без Востока. Это культурное разделение в разные эпохи исполняло роль двух миров, соседей и врагов. В одни периоды истории Восток был очевидным центром развития мира, в другие – вершил прогресс Запад. В исследованиях сформировалось множество подходов, по которым определялись центры человеческой цивилизации и его периферия. Например, в мир-системном анализе Иммануила Валлерстайна история человечества была представлена не через призму политических событий, важных для национальной хронологии, а через единую систему, где все регионы были взаимосвязаны между собой. Структура мира выстраивалась согласно ее элементам: центр, полупериферия и периферия. В истории колониального периода Восток, очевидно, был периферией, то есть источником сырья и дешевой рабочей силы. Однако в идеях мир-системного анализа центр никогда не был статичен, он менялся из-за совокупности обстоятельств.

В другом подходе, предложенном американским политологом и социологом Сэмюэлем Хантингтоном, мир представлял собой пространство различных цивилизаций. В 1993 году он опубликовал статью «Столкновение цивилизаций?» в журнале Foreign Affairs, а позже – книгу. В них он рассуждал о сущности каждой из цивилизаций, а также о том, что на смену холодной войне пришло столкновение не Востока и Запада, а западной, православной, исламской, китайской, японской, индусской, латиноамериканской и африканской цивилизаций. Целостность Востока как единой субстанции отрицалась, победа одной из цивилизаций складывалась из ее исторического пути и идеалов, которые она представляла. Сценарии рисовались такими: Запад будет выступать против всего мира, диктуя комплекс демократических ценностей; ислам будет выступать против Запада или, наконец, Китай против Запада.

Исследователи не ограничивались только этими теориями, были идеи цивилизационного подхода (О. Шпенглера и А. Тойнби), геоэкономические представления (Ф. Броделя), культурно-семиотический подход (Ю. Лотмана, У. Эко) и многие другие.

Развитие мысли о положении Запада относительно Востока представило, таким образом, палитру смыслов и контекстов. Исследователи не стремились рассуждать о недооценке роли Востока в развитии человеческой цивилизации. Однако жизненные обстоятельства, восприятия обычных людей породили ложные впечатления о Востоке. Ушедшие в прошлое представления об экзотичности и недоступности стран Азии и Африки сменились попыткой понять и разобраться.

В реальности оказалось, что наши герои, например Александр Македонский, не являются таковыми для некоторых народов Востока – там в ряде культур Александр предстает воинствующим полководцем. И, наоборот, исторические фигуры, такие как Чингисхан или Тамерлан (Амир Тимур) в истории стран Центральной Азии и Монголии являлись непобедимыми правителями, которые создали их империи, – а для нас их роль является скорее разрушительной. Долгие десятилетия арабы и османы воспринимались Западом как враги и варвары. Они же считали французов и британцев колониальной силой.

Интерпретация и разная судьба создавала разнообразные смыслы, однако именно они позволяли обществам развиваться. Кто-то успешно отстаивал свою свободу и государственность, другие исчезали, оставаясь лишь частью страниц истории. История Востока – это часть истории мира, где разделение на стороны света служит удобной призмой, позволяющей разобраться в деталях или попытаться почувствовать дух времени.