Путинизм сделал ненормальное нормой, неприемлемое терпимым, изменил представления о морали, создав целый социальный слой – путинистов.

Как такое стало возможно? Как мы скатились в такое убожество, когда элитой в стране стали считаться не ученые или писатели, не общественные деятели или честные предприниматели, а сырьевики и силовики.

В чем сила нынешней России? В оружии и природных ресурсах?

Путин выпустил на свободу все темное мрачное архаичное что было в массовом сознании. Русский фюрер проявил некоторые неприглядные черты истинной природы человека, как до него это делали Муссолини, Гитлер, Мао и др. В этом нет ничего удивительного, т.к. мир управляется системой неизменных природных законов, известных с незапамятных времен.

Путину было достаточно закатать в асфальт ростки разумного, доброго и вечного и потом просто пассивно наблюдать за происходящим, тем самым позволить всей мерзости подняться наверх, а народу деградировать.

Путинская система власти постепенно проникает во все сферы деятельности российских граждан, в бизнес, общественные и даже уже в семейные отношения Маразм крепчает, фашистский патриотический угар и имперская истерия усиливаются с каждым днем. Все отчетливее проступают черты классического фашизма.

Далее дорога ведет в откровенный тоталитаризм и непременный крах государства в конце этого пути. Вот только идти по нему страна может еще долгие годы и даже десятилетия, пока углеводородная рента позволяет сохранять то, что российские граждане ошибочно принимают за рыночную экономику.

Либеральная оппозиция со своим "Запад на поможет" выглядит неубедительно. Не поможет. Запад как наркоман прочно сидит на нефтегазовой игле. К тому же, ядерная дубина России выглядит очень пугающе.

Даже откровенно агрессивная захватническая политика Путина не порождает у западных политиков взрыва праведного гнева, хотя и одобрения не вызывает. Чтобы не сильно расстраивать избирателей в собственных странах, европейский и американский истеблишмент ограничивается смехотворными экономическими санкциями, которые подобны комариным укусам и не оказывают никакого действия на агрессора. Захват Крыма отдельно, российский газ – отдельно. Обличая российскую агрессию и проявляя "крайнюю озабоченность", европейские страны тут же качают нефть, качают газ, тащат через границу лес. И все остается на своих местах.

Для европейских политиков Россия является лишь поставщиком сырья, местом извлечения прибыли, местом выгодного вложения европейского капитала.

Европа очень тесно связана с Россией экономически. Она без российских энергоресурсов не проживет и месяца, и российские нефтяники, и «Газпром», они тоже без Европы не смогут жить. Им некуда переориентировать поставки, они не могут быстро трубопроводы куда-то в другую сторону развернуть. В свою очередь, Россия для Евросоюза огромный рынок для инвестиций, для продажи своих потребительских товаров, машин и промышленного оборудования. Конфликтовать с Россией, значит терять многие миллиарды евро, а это никому не хочется. В этой ситуации на европейских политиков идет сильное давление со стороны бизнеса.

Поэтому реальная европейская политика требует, чтобы Евросоюз поддерживал с Россией хоть какие-то нормальные дипломатические, политические отношения. Именно по этой банальной причине ЕС в большей степени чем Америка мечется между собственной экономической выгодой и моральными принципами.

Проявляя явную политическую импотенцию европейские политики совершенно не комплексуют по этому поводу, т.к. не только они сами, но и их избиратели понимают, что жесткие санкции в отношении России поставят под угрозу европейский бизнес, в первую очередь немецкий. А это налоги с крупных предприятий, товары на прилавках, рабочие места, пенсии и пособия.

Регулярно в европейской прессе напрямую говорят о том, что бизнес-интересы стран Евросоюза, в особенности Германии, противоречат линии на защиту прав человека, на давление на Россию с целью изменения ее внутренней политики. Налицо конфликт бизнеса и моральных принципов, европейских ценностей. Бабло побеждает добро и в этот раз.

Нет в Евросоюзе людей, которые готовы положить свою политическую карьеру ради защиты прав человека в какой-то там далекой дикой России. Ну если русские сами хотят так жить, то чего европейцам страдать, почему бизнесмены из ЕС должны терять свои миллиарды евро, выступать за более жесткую политику в отношении Кремля.

Обычно фашистские режимы, а режим Путина уже полностью сформировался в качестве фашистского, со временем становятся более агрессивными. С каждым годом Путинская клика будет все наглее. Нападение на Грузию и захват Крыма – это только начало.

Далее предсказуемо последуют территориальные претензии:

⁃ В отношении русскоязычных областей Украины – требования

отдать Харьков и Мариуполь, вернуть Одессу и Николаев.

⁃ Требования передать России часть территории Литвы для

соединения Калининградской области с остальной Россией ("Сувалкский коридор", по аналогии с "Данцигским коридором", послужившим яблоком раздора в 1939 году и поводом для начала Второй мировой войны).

⁃ Обращение к казахскому правительству с ультимативным

требованием вернуть исконно русские земли на севере Казахстана.

Потом наступит очередь быстрой аннексии Приднестровья, Южной Осетии, Абхазии. Не забудут и про остальные территориальные претензии к соседям.

Все это, разумеется, для защиты русскоязычного населения, терпящего различные притеснения.

Мир уже это проходил. Поляки, по словам министра нацистской пропаганды Йозефа Геббельса, запрещали немцам разговаривать на родном языке, закрывали немецкие школы и запрещали преподавание основных школьных предметов на немецком языке, проводили политику принудительного ополячивания немецкого населения.

Основными каналами геббельсовской пропаганды были газеты, но в большей степени радио, так как практически в каждой немецкой семье имелся радиоприёмник. Радио слушали ежедневно дома, на службе, в общественных местах, даже в общественном транспорте.

В Берлине, Мюнхене и других крупных городах Германии каждую неделю проходили митинги в защиту польских немцев. Накал ненависти достиг своего апогея буквально за две недели до начала военных действий.

Немецкий народ негодовал по поводу пассивности Гитлера и его правительства. В вину Гитлеру ставилось не только бездействие, но и предполагаемый преступный сговор с правительствами Франции и Великобритании.

Немцы не просто просили Гитлера защитить их соотечественников, проживающих на польской территории, они жёстко требовали это у своего канцлера и его партии.

К сентябрю 1939 году Гитлер «был вынужден подчиниться» настойчивым требованиям своей партии и простых немцев. В первый день сентября вермахт начал военные действия на Польской территории. Разумеется, в целях самозащиты от нападения отдельных частей польской армии, именно так это объясняло немцам ведомство министра пропаганды Геббельса.

Все будет так и в России, если ничего не изменится и путинский режим просуществует еще хотя бы несколько лет. Будет как завещал покойный Адольф Аллоизович – превентивный удар российских войск для обуздания потенциального агрессора и борьба с угнетателями русского меньшинства в других странах, борьба за преподавание русского языка в школах и сохранение русской культуры.

Для будущей агрессии Путин выберет самую маленькую и самую слабую страну. Я предполагаю, что это будет Литва или Украина. Очередное падение популярности Путина или экономические проблемы – снова маленькая победоносная война. И так без конца.

Беспринципность Запада и нежелание реально воздействовать на путинский агрессивный фашистский режим служит, по сути, приглашением к новым маленьким локальным войнам по границам бывшей советской империи.

За аншлюсом Австрии последовали Судеты, за Судетами – нападение на Польшу. Гитлер был уверен в невмешательстве Великобритании и Франции в случае нападения Германии, несмотря на наличие у них обязательств перед Польшей.

Путин ведет себя точно также, как в Гитлер и если бы у немецкого фюрера было бы ядерное оружие, то не было никакой Второй мировой войны. Европа покрылась бы сетью концлагерей, а Германия продавала по всему миру железную руду Норвегии, вино Франции, хлеб Украины, нефть Кавказа и уголь Донбасса.

Ни агрессия против Грузии, ни захват Крыма, ни создание и многолетняя поддержка псевдогосударства русских уголовников на востоке Украины не привели к противодействию со стороны демократических стран. Политика умиротворения Путина, проводимая Западом, не дает оснований надеяться на ослабление режима вследствие экономических санкций.

Поэтому, если даже войны с соседями и аннексии территорий других государств не вызывают адекватной реакции Запада, то тем более не стоит надеяться на какое-либо реальное содействие несистемной оппозиции с целью свержения диктаторского режима. Права человека и демократия, к сожалению, для Запада уже давно пустой звук.

Одним из распространенных в истории сценариев свержения диктаторов является военный переворот, после которого на короткий период устанавливается военное правление, заканчивающееся уходом военной хунты от власти и проведением демократических выборов.

На военный переворот надежды мало. В России армия не является политической силой, в отличие от спецслужб и правоохранительных органов. Армия всегда стояла в стороне от политики, даже в самые острые моменты российской истории, как, например, в августе 1991 и сентябре 1993 года. Но все может изменится, время течет, общество меняется и вместе с ним армия.

Можно надеяться на бунт или народную революцию, когда недовольство властью огромного количества людей в какой-то момент окажется во много раз сильнее, чем страх перед этой самой властью.

Или случится революция, или все будет по-прежнему еще долгие десятилетия. Нет, даже не так. Все будет по-прежнему долгие годы и десятилетия до того самого момента, пока не случится революция. А она непременно случится.

Для протеста нужны две составляющие: причина и повод. Поводом может быть абсолютно любое событие. Протесты начинаются стихийно.

В революцию протесты превращаются только тогда, когда кроме простого недовольства масс каким-то единичным событием или чередой событий, у этих протестов есть глубинные причины и когда протестами смогла воспользоваться политическая группа, отстранив от власти правящую элиту и по возможности заняв ее место (что вовсе может и не случиться и наступит короткий период хаоса).

А еще может случится локальный бунт, который, как мы знаем от классика русской литературы, в России бессмысленнен и беспощаден. Бунт также может перерасти в народную революцию, но только через хаос и может быть даже гражданскую войну.

Что сработает триггером новой революции сейчас предположить невозможно. Первая русская революция 1905-1907 года началась с незначительного события — увольнения четырех рабочих Путиловского завода, за которых заступилась зубатовская провластная организация «Собрание русских фабрично-заводских рабочих г. Санкт-Петербурга», возглавляемая священником Георгием Аполлоновичем Гапоном. Вторая русская революция 1917-го началась с разгрома хлебной лавки на Петроградской стороне в Петербурге в условиях кратковременного продовольственного кризиса, спровоцировавшего необоснованные слухи о грядущем голоде и панику среди петербуржцев.

Причины такого рода масштабных исторических событий как революции и бунты редко связаны непосредственно с теми происшествиями, от которых историки ведут начало народных восстаний. Настоящая причина этих событий всегда явно присутствовала еще задолго до возникновения искры, давшей начало пожару волнений народных масс, уличных беспорядков, хаоса и террора.

Вероятность бунта прямо пропорциональна зажатости общества репрессивными ограничениями, градуса ненависти граждан к государству и друг к другу. На ум приходит правило Вант-Гоффа из школьного курса химии: «При повышении температуры на каждые 10 град. скорость большинства химических реакций увеличивается в 2-4 раза».

Вся общественная жизнь была задавлена в Советском Союзе, люди были лишены большинства прав и свобод. Как только советская система пошла вразнос и начала расшатываться, сразу появилось невероятное количество честолюбивых и смелых людей. От гражданской войны тогда спасло то, что общество не было разделено на группы по политическим убеждениям. Все были одинаковые, все хотели свободы и права быть человеком, права свободно трудится и вести достойную жизнь, даже если этого не хотело советское государство.

Даже если революция не случится на нашем веку, то путинский режим все равно падет хотя бы потому, что ничего не бывает вечным. Тем более это касается уродливых, противных природе человеческой и находящихся вне течения общемировой истории форм государственного управления. Такие режимы на трансформацию в принципе не способны. После них либо возникает совершенно другой авторитарный режим, фашистская диктатура на иной идеологии, либо вполне нормальное демократическое государство, что угодно. Вот только от старого режима не останется ничего.

Когда настанет время свободы, на подмостки выйдет столько разной мерзости, которая раньше сидела, притаившись под плинтусом, боясь высунуться при жестоком полицейском произволе. Это будут националисты, монархисты и патриоты разной масти, другое отребье.

Высокопоставленные путинисты не будут цепляться за власть из последних сил. Одни быстро свалят из страны на давно уже подготовленные для эвакуации виллы, другие попытаются мимикрировать под либералов или просто под окружающие предметы, чтобы сильно не отсвечивать во время чисток госаппарата.

Главную опасность для нынешней власти будут представлять не оппозиция, а бывшие соратники. Как советские коммунисты за одну ночь оборотились демократами и антикоммунистами, та и нынешние единороссы, перекрасившись в либералов, тут же начнут травить своих бывших однопартийцев, публиковать компромат, выявлять, разоблачать и пр.