Душевую в итоге уступил Эльвире. В её флэте (хех) комната с удобствами была занята именно просторной душевой кабиной и совсем отсутствовало место, где можно было прилечь в воду. Разглядеть я успел это помещение, потому что раздетая до нижнего белья актриса (надо отдать ей должное — хорошая) как само собой разумеющееся показывала мне премудрости пользования сантехникой.

— Извини, что в белье, совсем не хотелось намокнуть. Посмотри какой тут может быть напор!

— Понимаю!

Я и посмотрел на приятную глазу округлость её задницы, потому что так удачно в наклоне это выдающееся место демонстрировалось.

«Извинялась она, видимо, что приходится всё же проводить демонстрацию больше одетой, чем раздетой.»

Разглядел, в целом, интерьеры комнат и экстерьер хозяйки и отправился в выделенное лично пространство.

— Ви, попробуй связаться с Викторий Павловной. Очень уж мне хочется лично побеседовать с этой замечательной женщиной.

— Могу даже понять причину, — удивила ассистент солидарностью.

Быстро набросал сообщение Лене, что прибыл. Отписался Астре, хотя она не была в сети, и даже Янке отправил смешного бобра. Уж не знаю почему его, но как-то сейчас был с этим толстохвостым на одной волне — хотелось кого-то погрызть.

Звонок после непродолжительного дозвона смог установиться.

— Галактион, — мурлыкающий голосок начальницы раздражал, — ты уже приехал?

— Да, Вика, — проговорил я нежно.

— Встретили, покормили, обустроили?

— О, да, Виктория! Обустроили, надо сказать, с большим комфортом. А уж радушия сколько!

— Я так рада!

И больше ничего не добавила. На моё молчание на той стороне стояла такая же тишина. Но она точно сейчас смеётся надо мной.

— Вика. Скажи, пожалуйста… какого хрена?

— О чём ты?

Зашипел в сторону, чтобы не прорычать. Вызывала у меня эта женщина яркие эмоции.

— Твой подгон происходит совсем не вовремя!

— Почему это? Как раз время, пока не связал снова себя обязательствами.

— У меня есть обязательства! Перед Еленой, потому что живу с ней, и перед Астрой, потому что пытаюсь построить с ней отношения.

— Это хорошо, что ты такой ответственный, но, как твоя невеста, сумею отмазать! Пользуйся моей добротой!

От такого заявления опешил. Пытался подобрать слова, но не находились подходящие.

— Иди ты в жопу! Нашлась, блин, невеста!

Сбросил вызов.

— Не, ну вообще обнаглела баба!

Ви комментировать мои возмущения не стала, потому в комнате не задержался. Ноги сами вынесли в коридор. А там сумел в душе услышать часть разговора, в котором Эльвира отшивает какого-то мужчину, желающего сегодня встретиться. Спокойно в жёсткой форме объяснила, куда он может пойти в том случае, если сегодня он ещё побеспокоит её каким-либо способом.

Ещё одна причина, по которой не хотелось мне с этой девицей связываться. Учитывая, что особа явно пробивная, самостоятельная и совсем не глупая, как могло показаться в начале, в большую искреннюю любовь мне совсем не верилось, а желание соблазнить меня было связано с особенностями активности переносимой мною групп фемо-вирусов.

Привлекательная, но простая женщина, желала стать ещё более привлекательной и непростой. Может быть и станет, но только не через мою постель.

По этой причине, когда Эльвира вышла распаренная в одном тонком халатике, я быстренько занял её место и подгадал выйти из душевой так, чтобы сразу успеть одеться для выхода.

— Ты чего так оделся? — прозвучал закономерный вопрос.

— Знаешь, давно не гулял по вечерней Москве.

— Там же дождь.

— Ой, у нас в Астрахани бывает гораздо хуже поздней осенью. Просто моросит немножко. Не желаешь пройтись со мной перед сном?

Ей нужно было вновь приводить себя в порядок. Осознание этого её злило, да и ожидала она другого.

— Не надо краситься сильно. Ты и так красивая!

Не ожидал, что мой незамысловатый подкат окажется столь действенным.

— Спасибо, Галактион. А мне показалось, что я тебе не очень нравлюсь.

«Кокетка!»

— Что ты! Ты само очарование! Но я же практически семейный мужчина, мне нужно вести себя прилично и не засматриваться лишний раз на посторонних красавиц.

Актриса даже пол оборота на месте сделала, явно довольная комплиментом.

— Немного губы подведу. Хорошо?

— Конечно, подожду!

Каких-то двадцать минут — и мы выходим. Признаюсь, я бы и час ждал, лишь бы время близилось к ночи, чтобы я мог сослаться на усталость и лечь спать. Таков был план, однако я не учёл, что вечерняя прогулка, переходящая в ночную, под широким зонтом на огромных тротуарах столицы может быть такой приятной.

Моя спутница знала очень много о районе, в котором проживала, и не стеснялась своими знаниями делиться. Было чертовски интересно, хотя мы до исторического центра и не добрались.

И даже позднее возвращение, неуклюжее пожелание доброй ночи не вызвало у Эльвиры неодобрение. Оно вызвало раздражение, но уже утром. Из приятной девушки вечером хозяйка флэта превратилась в озлобленную самку с диагнозом, который я определил как недотрах. Впрочем, её профессионализм превозмог характер, и к студии прибыла акула телевизионного бизнеса.

Меня Эльвира Владимировна оставила на попечение сотрудников, которые в обширном числе присутствовали в здании огромного съемочного комплекса, расположенного совсем не рядом с телебашней.

— Сообщение от Виктории Павловны, — уведомила Ви.

Полез в смартфон с возникшим чувством стыда за вчерашние слова. Стоит извиниться, но позже, раз уж вместо звонка я получил информацию текстом.

Привет, бука!

Надеюсь ты отошёл от вчерашнего раздражения, потому что сегодня нам предстоит выполнить большую работу. Сценаристы сегодняшнего шоу раздобыли много информации касательно последних исследований по твоему направлению, но главное — они в курсе произошедшего похищения.

По этой причине прилагаю список запрещённых для обсуждения вещей и формулировки, которые следует использовать при возникающих вопросах. Все остальные темы можешь публично поддерживать в рамках своего интереса.

Скоро увидимся. Целую.

Приложение к письму со скупыми юридическими формулировками намекало на правильность выбранного формата со стороны Лебедевой, чтобы донести до меня информацию. Теперь мне предстояло не просто пробежаться несколько раз по пяти листам, но и вникнуть в суть, запомнив чёткие варианты ответов.

На последнее я, впрочем, не надеялся, предпочитая просто уяснить завуалированный посыл подальше. Телефон не выпускал из рук на всём протяжении мытарств, которые мне выпали со стороны миньонов царства камер и микрофонов. Меня полностью переодели (к счастью, бельё не тронули), нанесли грим, подготовили линзы, которые крайне рекомендовали надеть непосредственно перед началом действа.

В конце концов меня всё же отпустили, ещё и вернув в кампанию светловолосой звезды экрана, которая не скучала одна. Неожиданно пару ей составляла моя хорошая знакомая, и совсем не блондинистая.

— Привет, Галактион, — поздоровалась Тамара Гуревич, — отлично выглядишь!

— Ты тоже, — кивнул девушке, — и очень знакомо.

— Меня попросили прийти в этом платье. Если судить по твоему клетчатому пиджаку, то устроители передачи хотят продемонстрировать части зрителей знакомый образ.

Тамара была в чёрном голом платье с блёстками, как на вечере в день моего дня рождения. Надеюсь, всё же нижнее бельё на ней сегодня присутствовало. На мне же был серый пиджак с неравномерной сеткой белых линий. Тоже очень близкий к тому, что был тогда уже на мне.

— Томочка всё верно говорит! Ваше видео завирусилось! — сказала Эльвира.

— Почему-то сделало рывок по просмотрам в последние несколько дней, — улыбнулась Томочка, точно как ведьмочка.

— Два миллиона просмотров прирост, — доложила Ви.

— Логично, — высказал своё замечание.

Блондинка только рукой махнула, подразумевая незначительность темы. Второй рукой она указала на свободный стул рядом с небольшим столиком, на котором стояли две кружки с чем-то горячим. Тамара же встала и отошла к другому высокому столу, на котором имелись кружки, ложки и прочие приспособления для быстрого перекуса, включая электрический чайник.

— Мы в беседе выяснили, — начала комментировать действия моей студентки актриса, — что хороший чай бодрит лучше кофе, а заваривать я его совсем не умею. Тома же приготовила «Золотого дракона» так, что он перестал быть похожим на солому.

— Какие таланты! — восхитился я девушкой.

— Уже жалеешь, что бросил меня? — хитро улыбнулась Гуревич, повернув к нам голову.

С ответом я не нашёлся, но говорить продолжила Эльвира.

— Кстати, мы тут между девочками обсудили твоё поведение, Галактион…

Наглое начало. Я даже нахмурился.

— Зря я на тебя злилась утром…

— О, — вырвалось у меня.

— Я привыкла к несколько другого типа мужчинам. Помани — и всё. У тебя же есть свои убеждения, которым ты следуешь.

— Просто считаю себя уже занятым мужчиной, потому мимолётные увлечения не привлекают.

— Поняла, прости за настойчивость. И всё же мне любопытно, ты вроде бы сейчас живешь с бывшей женой, которая фемина, ещё и состоишь в близкой связи со старой подругой, она тоже фемина. Ощущаешь их влияние на свой выбор?

— Хороший вопрос.

Задумался. Тем временем Тамара принесла чай. Поставила передо мной с таким убеждающим видом, что я тут же его попробовал.

— А ничего так!

«Приятная солома!»

Вкус был резкий, чуть молочный с горечью, но послевкусие было приятно покалывающим. Это можно пить, и даже считать себя ценителем.

— Отвечая на твой вопрос, Эльвира, я бы сформулировал моё текущее состояние так. Мне всё ещё интересны все красивые женщины, но думаю я про определённых…

— Скольких? — прикрывая улыбку кружкой, поинтересовалась Тамара.

На неё я посмотрел с прищуром, оценивая степень зародившегося в девушке коварства. Отвечать на этот вопрос не стал.

— Это похоже на сильную влюблённость — именно как описывается в исследовании состояния избранников изменённых женщин. Так что, пожалуй, что ощущаю.

— Должно быть приятно, — подумала вслух помощница продюсера.

— Мне так точно, — подтвердил я, — а вы чего здесь сидите, кстати?

— Перерыв выдался, — сказала Эльвира, — мы и обсуждаем предстоящее шоу и важные темы. Про тебя, конечно, посплетничали. Мне было интересно, как Томочка воспринимала ваше непродолжительное общение. Тот же поцелуй — он должен был решить многое, если бы ты был обычным мужчиной.

— Ох, как глубоко вы копаете, уважаемые представители индустрии телеразвлечений!

После своего изречения даже глоток сделал более значимый — чуть не обжегся. Если бы была борода, то принялся бы её поглаживать с умным видом просветлённого старца.

— Ещё и как! У нас по плану, между прочим, когда ты будешь уже на сцене, планируется эксперимент. Ходят слухи, ты одним присутствием женщин в фемин обращаешь.

— Ага, а от поцелуя они беременеют, — я усмехнулся.

— Даже если так, я вызвалась быть участницей, — Эльвира улыбнулась ангельской улыбкой, — не откажешь в малой услуге той, что так старалась позаботиться о тебе?

«Открыла карты!»

— Алименты платить не буду! — в шутку ответил.

— Договоримся, — улыбка её стала совсем не ангельской.

В этот момент дверь в помещение отворилась, заглянула ещё одна светлая голова. Это был Остап Гришаков, с которым я беседовал в поезде.

— Простите, ошибся дверью, — сказал он и скрылся.

— Такой симпатичный молодой человек, — тихо и смущённо сказала Тамара, — я вас оставлю ненадолго.

Опять я смотрел ошарашенно вслед уходящей Гуревич, которая своим поведением рвала моё представление о предпосылках и последовательности логики молодой женщины в своих решениях. Даже как-то по привычке не прошёлся взглядом по хорошенькой фигуре, потому что глазами зацепился за маленькое устройство на внутренней стороне уха. Эта штуковина ничем иным, кроме гарнитуры связи, быть не может.

Шикарно живут студентки, которые могут позволить себе дорогущее устройство с полным доступом к интеллектуальному помощнику.

— Очень интересная девушка, — прокомментировала Горинская, — и что тебе в ней не понравилось? Красивая, умная и с чертёнком внутри.

— У меня просто никогда рыжих не было, — выдал грубоватый ответ в привычной защитной манере.

— А! Понятно. Давай тогда, пока есть время, я тебе опишу, как будет проходить сегодняшняя передача.

— Расскажи. Любопытно, на что я подписался.

В полной мере послушать не удалось: через несколько минут забежал один из миньонов и утащил рассказчицу. Мне осталось только в одиночестве допивать китайский премиальный чай.

Наконец, вспомнили и про меня. Забежала девушка и поругалась на то, что я тут прячусь, а нужно было сидеть на виду. Вывела меня в коридор и куда-то убежала. Вокруг шныряли люди, которым до меня снова не было дела. Стоять мне надоело, но от активных действий по поднятию бучи меня спасло пришедшее сообщение.

— Что-то телефон тупит. Или Ви напомнила, чтобы прочитал.

Ви не ответила, а я уже вчитывался в текст. Время указывало, что Света отправила мне раздобытые сведения ещё утром.

Привет, Галактион. Ну и задачку ты мне задал! Это уже никак не ложиться в рамки моих прошлых обязательств. Будешь мне должен что-то серьёзное. Надоест мне Бенита, тогда отобьёшь её у Ганса. Или лучше меня у него уведёшь, чтобы он понял, какая я классная. В общем, за тобой должок, потому что накопала я то, что ты явно пропустил со всеми своими бабами!

Дальше шло приложение, в котором по Виктории Павловне было масса разрозненной информации, из которой трудно было вычленить что-то стоящее. Но Давыдова зацепила суть и указала мне на главное, о чём я, в принципе, мог и сам догадаться.

Лебедева в исследовании указывала наличие штамма фемо-вируса, который доминировал в механизме внутренней конкуренции, но имел ограниченное распространение. Связано это было с воздействием феромонов определённой группы, что вырабатывал главный организм носитель. Иными словами, Лебедева была некой альфой в мире фемо-вируса, и даже могла контролировать своё влияние.

Был объект исследований, кровь которого на протяжении длительного времени проверялась на сохранение доминантной фемо-группы. Это по всем показателям был я. По директиве её исследования автоматика убирала из открытых результатов информацию об этом штамме.

И это было ещё не всё. Простой, но очень важный анализ последнего забора моей крови показывал отсутствие в моей крови моей ДНК. Точнее ДНК там была, но моего брата близнеца с соотношением в 98,3%.

«Выходит, я теперь сам себе брат, хорошо, хоть, не однояйцевый.»

— Галактион, — ко мне приблизился Остап, — будь осторожнее. Мне сообщили, что Поляков не доволен, что ситуация с твоим похищением в Германии будет обнародована.

— Если уж вы об этом знаете, то какая же эта тайна? — удивился я его откровению.

— В закрытых кругах это всем известно, но выносить так в публичное поле — другое.

— И что же? Повод попытаться меня что? Убрать?

— Слышал ещё, что он с тобой не поделил что-то лично.

— Вот оно как, — выдал я задумчиво.

— Ой, ребята, вы тут! — раздался рядом весёлый голос Тамары, — Остап, а я вас везде ищу.

— Тамара, простите, я буквально на минутку остановился, чтобы лично поздороваться с Галактионом. И предупредить, — сказал он как-то более веско, — мне пора бежать.

Он, как сказал, быстро от нас удалился.

У меня от его слов в ушах стало как-то шумно, ощутил духоту, а в глазах стало ярче.

— Ты в порядке? — поинтересовалась Тамара.

И сразу стало легче.

«Вот я мнительный!»

— Да, — подтвердил, — зато Остап какой-то пугливый. Бегает тут, суетится.

— Он такой забавный! Сначала он меня игнорировал. Я заметила и сама подошла знакомиться. Общался так нейтрально, что я просто не могла удержать в себе желание его помучить.

— Откуда такие устремления?

— Даже не знаю. С некоторых пор не могу спокойно жить, когда на меня не обращают внимания.

Снова подкалывает меня, хотя в её признании может быть веское основание.

— А вообще я тебя искала, потому что начинается прямой эфир. Нам нужно к своему выходу подойти.

— Пошли тогда, бойкая девица.

— Чего это?

— Потому успела уже по всей студии побегать, с Эльвирой поболтать. Чего ещё не знаю?

Тамара вела меня в известном ей направлении.

— Успела по самому зрительскому залу пройти, но там сидят простые люди.

Долго идти не пришлось. Пару поворотов, и мы вошли в некое подобие зала ожидания, где хватало мест для участников и персонала, который руководил их выходом на основную сцену. Но во всей массе людей меня интересовала лишь одна персона, тем более что Тамара сама откланялась.

— Виктория Павловна, — поздоровался первым.

— Галактион Гордеевич, — сдержанный ответ.

— Ладно тебе! Погорячился немного…

Склонил понуро голову в знак своей вины, но утонул взглядов в декольте, которые было на самой грани приличий для показа в телевизионном формате.

— Нахамил, — отметила Лебедева, но голос её уже потеплел.

— Так ты сама виновата!

Взгляд не поднимал, так как заинтересованно пробежался им по изгибу талии, покатому боку, нижнему краю юбки, что оказался вполне целомудренным и не залезал выше середины бедра. Один только топ категорически не вписывался в строгость наряда. Зато цвета одежды сохраняли постоянство последних недель и были близки к белому.

— Не повод так себя вести, — сказала строго собеседница, — не дворовый мальчишка.

Вздохнул.

— Прошу прощения, — посмотрел в лицо Вике, по-новому вдруг изучая знакомые черты лица, которые когда-то казались мне строгими.

— Прощаю, — наконец-то она улыбнулась, — к тому же удивил. В прошлом месяце оставить без внимания свою любимую актрису ты не смог бы даже подумать.

— Сравнила тоже, обстоятельства поменялись. К тому же я с её участием только один фильм и посмотрел целиком. Только в рекламе и видел. Вообще не фанат!

Виктория не ответила — смотрела на меня с любопытством.

— Чего мы стоим? — задал я вопрос.

— Сейчас уже настанет пора моего выхода. На том экране можно посмотреть трансляцию, на соседнем порядок выхода героев.

— Что за люди вообще сейчас на крайнем диване расположились?

— Простая семья с изменённой женщиной. Вступительная часть передачи посвящена бытовому эффекту феномена.

К концу её фразы подошла девушка, что бросила до этого меня в коридоре. Смотрел на неё оскорблённым взглядом, но меня проигнорировали.

— Виктория Павловна, пора, — сжато выдала она и направилась дальше.

— Вот, я пойду. А ты следи за ходом дискуссии, потому что тебе придётся принять в ней участие во второй половине передачи.

— Это так важно? — заканючил я.

— Да, не отвлекайся на девочек и смотри на экранчик. Я пошла.

Пошла она эффектно, я засмотрелся. У самого выхода походка изменилась на менее вызывающую.

— Приветствуем следующую участницу сегодняшнего шоу. Во всех смыслах заметную женщину… — прислушался к голосу ведущего.

Пришлось и правда начать слушать, что же там происходит. Выходило не очень, потому что чувствовал жар. Чай оказался с сюрпризом, тонизировал явно с избытком. Я теперь ощущал поднявшееся давление.