Глава 73

Упырь

Они приходят посмотреть на чудовище.

Неспаренные змеи приходят ко мне в особняк раз в месяц, когда у аним наступает период плодородия. Шарлотта Нага выстраивает их в цепочку в небольшой, тускло освещенной, уединенной комнате моего дома, где я жду их, словно король, восседая в широком кожаном кресле. Анимы дрожат в своих черных свадебных шелках, гадая, не станет ли сегодняшний день для них последним.

Через мои руки прошло уже столько «невест», что Мейс Нага на какое-то время перестал приводить их ко мне. Но после разрушения Особняка Нага его попытки оставить змеиный след в этом мире утроились. Он привлек свежую кровь.

— Мы должны думать на перспективу, — сказал он мне сегодня утром на встрече с остальными шестью генералами. — Мы должны быть мудрыми.

— Мой лорд? — окликает Шарлотта, почтительно не поднимая глаз от моих сапог. После смерти Бена она так и не пришла в себя окончательно. И все же остается преданной служанкой своего брата. За долгие годы нашего знакомства ее верность ни разу не пошатнулась. — Какую из них вы выберете в этом месяце?

— Ни одна из них недостаточно сильна, — вздыхаю я, небрежно махнув рукой. — Есть кто-нибудь еще?

— Нет, мой лорд.

— Тогда свободны.

Шарлотта колеблется.

— Король приказал, чтобы в этом месяце…

Я улыбаюсь, обнажая клыки, и ее рот тут же захлопывается. Я резко встаю, заставляя их всех упоительно вздрогнуть.

— Ну, раз уж король приказывает, мы обязаны подчиниться, не так ли?

Я неторопливо, с интересом осматриваю присутствующих. Наконец мой выбор падает на самую высокую — краснобрюхую черную змею, чья отмеченная штрихкодом щека подрагивает от страха.

— Вот эту. Вид у нее по-настоящему ядовитый.

Она низко кланяется и шепчет:

— Для меня огромная честь принять твое семя, лорд Василиск.

Они всегда тошнотворно покорны.

— Очень хорошо, — произносит Шарлотта и торопливо выставляет оставшихся девиц за дверь, при этом ее обесцвеченные кудри бешено подпрыгивают.

Я маню пальцем молодую женщину, которая осталась стоять в одиночестве, глядя на меня округлившимися глазами. Она хрупкое, изящное создание — без сомнения, ее выбрали за сильный яд и смазливое личико. Не то чтобы для меня это имело хоть какое-то значение. Повернувшись на каблуках, я направляюсь в спальню.

Комната обставлена с царским размахом, вполне под стать последнему оставшемуся в живых василиску в мире. К счастью, Мейсу никогда не приходило в голову выделить мне покои в собственном доме. Огромную двуспальную кровать, которой я почти не пользуюсь, покрывает черное одеяло из банарасского шелка, сшитое на заказ. Но я держу его здесь, потому что этот шелк и красивая старинная деревянная рама напоминают мне о родине детства. О временах, от которых теперь остались лишь смутные тени.

Змеиная анима послушно забирается на постель и задирает платье, готовясь к тому, что я возьму ее.

— Прекрати, — брезгливо цежу я.

Она замирает и испуганно смотрит на меня. Ее страх благоухает, словно изысканный парфюм.

— Да примет Дикая Матерь твою душу обратно в свое вечно любящее лоно, — произношу я и снимаю маску.

Через несколько секунд от девчонки остаются лишь пепел и дым.

Спустя пару минут я возвращаюсь в гостиную. Шарлотта ждет меня там, пытаясь скрыть тревогу и листая ленту в телефоне. При моем появлении она тут же вскакивает на свои высокие каблуки.

— Очередной провал, — произношу я с глубочайшим разочарованием. — Если ты и дальше будешь водить ко мне слабых аним, мое семя никогда не приживется. Да, и вели поменять белье. Она его испачкала.

Я оставляю совершенно бледную Шарлотту позади и ухожу искать утешения в ледяной ночи.