Глава 53

Рей бережно распутывал узелки в ее кудрях, осторожно потягивая гребень. Устроившись на мехах в одних штанах, он усадил Силлу между своих бедер, вычесывая спутанные пряди. Сквозь оконные заслоны из шкур пробивался солнечный свет, подсвечивая пылинки в воздухе. Комната едва вмещала кровать, на которой они сидели, а балки над головой потемнели от времени. По любым меркам дом-щит был мрачным местом для ночлега. И все же Рей не мог представить себе, где на свете ему хотелось бы оказаться больше. Здесь они были словно в коконе, где не имело значения ничего, кроме них двоих.

Когда Силла зевнула во весь рот, губы Рея дрогнули в улыбке. Он разбудил ее нежными, сонными поцелуями, улыбаясь ее протестующим стонам и тому, как она прижималась к его груди, пытаясь снова уснуть. Обычно Силла поднималась с первыми лучами света и была раздражающе бодрой и деятельной. Но сегодня она была по-настоящему измотана. Ее ворчливость в сочетании с растрепанными волосами наполняла его чувством глубокого удовлетворения.

Он быстро переменил ее настроение мягкими поглаживаниями, откинув одеяло и спускаясь поцелуями по ее телу. И пока он пробуждал ее пальцами и языком, Рей решил, что к такому можно привыкнуть. Просыпаться, вдыхая ее аромат. Сдаваться на милость ее «мести». Когда она пристроилась под его боком, закинув руку на его тяжело вздымающуюся грудь, Рей подумал, что это самое совершенное утро в его жизни.

— А после Гейрборга? — спросил он, воюя с упрямым колтуном.

Силла зашипела, и он ослабил натяжение.

— Мы осели в Хольте, — ответила она с раздражением в голосе. — Тебе обязательно нужно было распускать мне волосы, да, Гальтунг?

Рей вспомнил, как эти пряди скользили между его пальцев, когда он расплетал ее косу прошлой ночью.

— Да.

Она на мгновение замолчала.

— Я была помощницей пекаря, а это значит, что большую часть времени я проводила согнувшись над жерновами, часами перетирая зерно.

Рей нахмурился при этой мысли.

— Спина, должно быть, болела нещадно.

Силла кивнула, но тут же вздрогнула, когда он натянул волосы.

— У меня до сих пор остались шрамы от мозолей. Вот здесь. — Силла подняла руку, показывая красную отметину на сгибе большого пальца. Перехватив ее за локоть, Рей поднес ее ладонь к своим губам и поцеловал шрам. Затем он снова сосредоточился на спутанных прядях.

— А ты, Гальтунг? — мягко спросила Силла. — Ярл Хакон и верховные вожди Уппрейсны отправили тебя на юг в ученики к Краки. Что было потом?

Рей уловил в ее голосе нерешительность, будто она боялась, что он отмахнется.

Его желудок инстинктивно сжался, защитная реакция, с которой Рей боролся все утро. Раскрываться перед другим человеком было непросто, но он заставил себя ответить.

— Наверное, все было так, как рассказывал тебе Краки. Я тренировался с двуручной секирой, но он не желал меня брать, пока я не научусь владеть длинным мечом.

— Представляю, как при таких условиях Виг развернулся бы и ушел обратно на север.

Рей усмехнулся.

— Думаю, так бы и было. — Его брови сошлись на переносице, когда он воскресил в памяти те дни. Гордость, которую он чувствовал, будучи самым молодым тайным воином Уппрейсны. Юношеская уверенность, что он изменит королевство. Тогда он еще не познал того разочарования, что приходит после многих лет тяжелого труда с ничтожными результатами.

— Я тренировался с длинным мечом на рассвете и на закате, каждый день в течение многих лет. Сигрун, Джонас и Илиас присоединились к нам через пару лет в Суннавике. Гекла — той же весной в Мидфьорде. Гуннар — еще через два года в Кунафьорде. И постепенно мы стали той самой «Кровавой Секирой», которую ты знала.

Он рассказывал лишь часть. Не касался того, как все рухнуло. Но сказал себе, что и это уже начало.

— Ха, — пробормотал он, когда гребень наконец прошел сквозь узел. Он принялся делить ее волосы на небольшие пряди. Так долго эти волосы были у него под самым носом, сводя его с ума. Теперь он хотел заботиться о них так же, как заботился о ней. — Ты могла заметить, — прошептал он, — на севере принято носить несколько тонких косичек, скрепленных серебряными кольцами. Его пальцы ловко сплетали пряди.

— Я заметила, — сказала Силла с глубоким, довольным вздохом. — Хотя признаюсь, ты меня удивляешь. Подумать только, грозный Взор секиры интересуется волосами.

— Только этими. — Он уткнулся в них носом и вдохнул аромат, заметив, как по ее телу пробежала дрожь. Рей заставил себя вернуться к делу, сплетая несколько тонких косичек и закрепляя их кожаными шнурками. Он решил, что при первой же возможности добудет ей серебряные кольца.

— Хочешь хорошие новости или плохие, Гальтунг? — прогремел мужской голос, и дверь дома-щита с грохотом распахнулась. Силла испуганно вскрикнула, а Рей потянулся к кинжалу. Но, узнав голос Вига, он расслабился и успокаивающе провел рукой по спине Силлы.

— Все еще в кровати? — проорал Виг из-за занавески. — Ленивый очажный болван. — Но сказал он это с теплотой, вызвав у Рея мимолетную улыбку.

— Погоди минуту, Тонкие Руки! — рявкнул Рей в ответ. — Я поговорю с ним, — прошептал Рей на ухо Силле. — Отдыхай и не торопись.

Она кивнула, снова потягиваясь и зевая. Рей соскользнул с кровати и натянул нижнюю тунику. Мгновение спустя он вышел за занавеску, задвинув ее за собой, чтобы скрыть Силлу от чужих глаз.

Улыбка Вига была широкой и понимающей, и Рей осознал, что и сам невольно улыбается. Он поспешно напустил на себя суровый вид.

— В чем дело, Виг?

Тот уселся на лавку, опершись локтем о длинный стол.

— Давай поговорим на улице, — быстро сказал Рей. Не было ни единого шанса, что он смог бы вести серьезный разговор, сидя за этим столом. Натянув перевязи и сапоги, он зашагал во двор.

— Гальтунг? — протянул Виг, скаля зубы, как росомаха и неспешно следуя за ним. — Ничего не хочешь мне рассказать?

— Нет. — Рей мысленно выругался, подавляя рукой очередной зевок.

Виг хмыкнул.

— М-м-м. Полагаю, ты всю ночь напролет… любовался звездами.

Рей проигнорировал поддевку друга.

По лицу Вига расплылась понимающая улыбка, когда он скрестил голые руки на груди.

— Хвала богам, Гальтунг, а то меня уже тошнило от всех этих тоскливых взглядов…

— Довольно, Тонкие Руки.

Из-под черной бороды Вига сверкнули белоснежные зубы.

— Какой ты ранимый, Гальтунг. А я-то думал, хорошая возня на мехах поможет тебе вытащить ту палку, что застряла у тебя в заднице.

Рей лишь нахмурился.

— Ладно, сначала хорошие новости, — сказал Виг, пожав плечами. — Змей снова объявился. Но жертва уцелела. И у нас есть свидетель.

Настроение Рея мгновенно улучшилось. Змей… боги, после нападения Кормящих Волков он ни разу о нем не вспомнил. Он попытался прикинуть, сколько дней прошло с последнего нападения, но быстро сбился со счета. В любом случае, намного больше семи.

— Бьялла Седые Пряди, — продолжил Виг. — Пьет эль в «Расколотом черепе». Поговорим с ним сегодня.

— Хорошо, — буркнул Рей.

Виг почесал бороду, и его взгляд стал настороженным.

— Плохая новость: Кальф больше не просит тебя явиться. Он требует твоего присутствия на совете Уппрейсны сегодня вечером. Угрожал, что тебя притащат к нему силой, если ты не ответишь за Кетиля и Кормящих Волков.

Рей тяжело выдохнул. По правде говоря, он ожидал этого. Будь он один, явился бы к местному вождю Уппрейсны сразу по прибытии. Но он пытался выиграть время для Силлы, чтобы дать ей возможность осознать себя как Эйсу… Похоже, времени у них больше нет.

— Что ж, ладно, — пробормотал Рей. Как он объяснит вторжение отряда воинов в их мирный город? Поверят ли они, что Кормящие Волков пришли охотиться на Слоутрари? Но Кетиль выманил Рея. Пытался забрать ее. И наверняка изображения на бересте уже разлетелись по северу. Вполне возможно, они достигли и Каласгарда.

Договорившись встретиться позже в «Расколотом черепе», Виг ушел, а Рей вернулся в дом-щит. Силла стояла, склонившись над котлом; воздух наполнял ореховый запах поджаренного зерна. Облаченная в красную тунику и черные штаны, Силла выпрямилась и обернулась. Взгляд упал на маленькие косички, рассыпанные среди ее кудрей, и по телу Рея разлилось тепло.

— Что… — сонно спросила она.

— Мне нужно, чтобы ты пошла вместе со мной на совет, — выпалил он.

— А как же «отдыхай и не торопись»? — проворчала она.

— Иди сюда, — пробормотал он, поймав ее за руку и притянув к себе. Обхватив ее лицо ладонями, он коснулся своими губами ее губ. Ощущать ее было настолько божественно, что ему стоило неимоверных усилий не утащить ее обратно в постель. Он заставил себя отстраниться.

Сжимая ее лицо в ладонях, он заглянул ей в глаза.

— Мне нужно, чтобы ты пошла на совет вместе со мной.

Она нахмурилась.

— Ты что, пытаешься выцеловать мое согласие?

В его груди рокотом отозвался смех.

— Это работает?

Но на ее лице уже проступила тревога.

— Что это за совет?

Рей прикусил губу, подбирая верные слова.

— Советом руководит местный вождь Уппрейсны в Каласгарде. — Теперь в ее глазах нельзя было не заметить панику. — Это собрание местных Гальдра. Силла, мне нужно объяснить, откуда на кладбище взялись два десятка трупов.

— Это же место для мертвых, — пробормотала она, высвобождаясь из его хватки и избегая его взгляда.

— Я могу пойти один, но я не хочу лгать. Только не Уппрейсне. Долго это продолжаться не может… — Рей не хотел давить на нее, но он искренне не понимал. — Ты можешь мне объяснить? — Он старался говорить как можно мягче. — Почему ты не хочешь быть ею?

Силла резко отвернулась, но он успел заметить, как краска заливает ее шею. Внутри нарастало раздражение.

— Почему ты до сих пор боишься? — спросил он резче, чем намеревался.

Силла обернулась к нему, потрясенная.

— Что?

— Эйса, — упрямо гнул свое Рей. — Ты прошла через столько всего. Зашла так далеко. Но каждый раз уводишь разговор в сторону, стоит заговорить о ней. Не думай, что я не заметил, что ты ни разу не спросила о своих настоящих родителях.

Силла не поднимала глаз, но он и так прекрасно читал язык ее тела. Она была напряжена и готова сорваться с места. Похоже, она все еще была не готова к этому.

— Я позволила тебе раскрыть мою личность твоим друзьям, — буркнула она. — Разве этого недостаточно?

— Вчерашнее нападение доказывает, что сами мы не справимся. Они придут снова. Нам нужны люди. Больше глаз, больше клинков. Приди сегодня на совет Уппрейсны и раскрой кто ты. Они поймут, насколько серьезно наше положение. Помогут. Обеспечат защиту.

— Нет, — отрезала она. — Я не могу. Пока нет…

— Силла, это же Гальдра, — убеждал Рей. — Хорошие, достойные люди. Тебе не нужно их бояться. Они никогда не предадут своих…

— Как Кетиль? — выплюнула она. Рей потер лоб, пытаясь подобрать слова. Но Силла уже отвернулась. — Мне нужно больше времени.

И с этими словами она бросилась к спальному углу и с шумом задернула занавеску.

***

Сидя на кровати, отделенная от остальной части дома-щита лишь занавеской, Силла жалела, что не выбежала во двор. Сквозь тонкую ткань она слышала каждое движение Рея: как он подбрасывал дрова в огонь, как наливал воду в котел.

Пытаясь унять панику, бурлящую в жилах, Силла заставила себя глубоко дышать. Она не понимала, как можно одновременно хотеть и ударить Рейнира Гальтунга по его красивому, жестокому рту, и в то же время запрыгнуть к нему на колени и поцеловать.

Почему ты до сих пор боишься?

Вот же задница. Гнев вспыхнул в ней с новой силой. Рей всегда был напористым, всегда подталкивал ее. Но раньше в нем всегда была мера. Сегодня же он обрушился на тему Эйсы с изяществом двуручного меча.

Как объяснить, что это не просто смена имени? Что стать Эйсой — значит переписать все свое прошлое. Это значит похоронить мечты, которыми она так долго жила, и смириться с тем, что сулит ей будущее: долг, ответственность и ожидания, которым она никогда не сможет соответствовать.

Каждый день она пыталась покориться Эйсе. С каждым днем это становилось чуть легче. И все же ей предстоял еще долгий путь, прежде чем она сможет взойти на эту вершину.

Ей нужно больше времени.

Но кинжалы, которые она мысленно направляла в Рея, вскоре повернулись против нее самой. Почему Эйса так сильно пугает ее? Почему она до сих пор не может сделать этот шаг? Силла закрыла лицо руками, и из груди вырвался всхлип. Ей нужно было успокоить мечущиеся мысли. Вернуться к устойчивости.

Возможно, техники очищения разума, которым учила Харпа, пригодятся не только для контроля над гальдуром. Сидя на краю кровати, Силла закрыла глаза и отыскала тихий уголок в своем сознании. Там было темно, спокойно и абсолютно тихо.

Ты никогда не будешь готова стать Эйсой, вскоре прошептал Маттиас. Она позволила словам лечь в сознании. Приняла их. И отпустила.

Может, и не буду, проплыла мысль. Возможно, она никогда не будет готова стать Эйсой. Возможно, она всегда будет оплакивать мечты Силлы о тихой жизни с курами. Эту мысль она тоже осознала и освободила.

Ты недостаточно сильная, чтобы быть Эйсой, шептал Маттиас. Слишком мягкая. Слишком трусливая. Эти мысли жалили, но она не отталкивала их. Она позволила себе прочувствовать их, позволила им делать свое дело, прежде чем отпустить.

Магнус — это Черный Плащ, раздался новый голос, женский голос. Как я могла этого не заметить? Как предупредить Ану, если за мной следят?

У Силлы перехватило дыхание. Женский голос… он был таким знакомым.

Кто это? подумала Силла. Рей кашлянул за занавеской, но Силла продолжала концентрироваться на своих внутренних ощущениях.

Этот новый бред просто великолепен, отозвался саркастичный женский голос. Рука Силлы взметнулась к груди.

Силла Маргрет, ты сходишь с ума.

Если ты сходишь с ума, это плохая весть для меня, произнес голос. Я и сама уже порядком не в себе. А теперь еще и начала разговаривать сама с собой. Интересно, есть ли у Альфсона настойка от такого?

Кто ты? растерянно подумала Силла.

Ах, ладно, сказал голос. Я могу подыграть. Это я, Сага Вольсик. Как же потрясающе познакомиться с тобой, Силла.

Силла до боли вцепилась пальцами в мех, на котором сидела.

Это какая-то злая шутка? К-кто это? Тебя кто-то подговорил?

Чудесно, подумала воображаемая Сага. Мой бредовый голос теперь еще и кричит.

Кто? упрямо повторила Силла. Кто это?

Силла почувствовала чуждое ей раздражение.

Слушай, подумала воображаемая Сага. Сейчас не самое подходящее время, чтобы я слышала голоса. Я в некотором затруднении. Мне нужно, чтобы мой разум принадлежал только мне, если позволишь.

Для меня сейчас тоже не лучшее время, подумала Силла, и ее нынешние беды вырвались наружу, затопляя разум. — Как я могу пойти на совет Уппрейсны и сказать им, кто я такая? Если я скажу, они будут чего-то от меня ждать. Того, что я никогда не смогу им дать…

Сага, казалось, замешкалась.

Уппрейсна? Это что шутка? Еще одна пауза. Ты подруга Аны? Одна из Гальдра разума?

Гальдра? подумала Силла, мысли ее стремительно кружились. Ты думаешь… это… трюк гальдура? Ты… проникаешь в мою голову?

Я не знаю. По правде говоря, я мало что смыслю в своем Чутье. Но Ана бы знала. Если бы только мыши Сигны не следили за мной…

Силлу охватило неверие. Она слышала потрескивание очага в доме-щите, чувствовала щекотание меха под пальцами. Но одновременно ее наполняли чужие ощущения, влажный запах старого камня, прикосновение тонкого льна к коже.

Неужели это правда? подумала Силла, ерзая на кровати. Да нет. Это безумие. Но Сигна… и она знает об Уппрейсне. А я ничего не знаю о Гальдра разума. Что, если это действительно Сага?

Твои мысли гремят в моем черепе, подумала воображаемая Сага. Ты мыслишь, как белка после пятой чашки меда. Я только что проверила коридор за дверями своих покоев, там никого нет. Я не понимаю…

Скажи мне что-нибудь, мысленная Сага, подумала Силла. То, что знала бы только настоящая Сага. Расскажи мне о шраме твоей сестры.

После вспышки замешательства последовал ответ.

Эйса рассекла веко о фонтан Суннвальда…

Священный пепел богов, подумала Силла. Внутри нее боролись смятение, восторг и недоверие. Это правда ты, Сага?

С той стороны просочились колебание и сомнение.

Это ты! взорвались мысли Силлы. Я знаю это. Боги, Сага, я не знаю, как такое возможно, и не думаю, что ты мне поверишь, но это я, Эйса, хотя я предпочитаю, чтобы меня звали Силла. Томас выкрал меня из замка. Он не успел добраться до тебя вовремя. Но теперь он мертв, и я бежала на север. О боги, может, мне не стоило об этом думать. Силла еще крепче сжала руки.

Откуда ты знаешь такие вещи? потребовала ответа Сага. Если это шутка, то ни капли не смешная. Скажи мне, зачем ты со мной связалась.

Ноздри Силлы раздулись от раздражения.

Я с тобой не связывалась. Это ты связалась со мной. Я всего лишь пыталась очистить разум и услышала твой голос. Ты думала о Магнусе — Черном Плаще и о ком-то по имени Ана…

Чума и язвы, выругалась Сага.

Силла моргнула, затем улыбнулась.

Ты только что подумала о чуме и… язвах?

Как, во имя старых богов, тебе стало известно о Черном Плаще? последовал ответ Саги.

Ты сама мне сказала!

Бред, ответила Сага. Должно быть, королева что-то подмешала мне в еду. Она что-то подозревает. Знает, что я вмешивалась в ее переписку.

Погоди, подумала Силла. Ты… что?

Я отправила Кормящих Волков на восток, но уверена, что это лишь вопрос времени, когда они обнаружат, что приказ был поддельным.

Слезы обожгли глаза Силлы.

Это… невероятно. Хотя смею сказать, тебе больше не нужно беспокоиться о Кормящих Волков.

Что случилось? спросила Сага, и фантомный укол тревоги скрутил живот Силлы.

Мы их убили.

Со стороны Саги пришла волна облегчения.

Слава богам. Хотя, конечно, я не могу этому верить. Если королева опоила меня, что она предпримет дальше?

Ты в безопасности? спросила Силла, сжимая кулаки. Они не навредили тебе? Пожалуйста, Сага, скажи мне, что ты в безопасности.

Смотря что считать безопасностью, отозвалась Сага с явной ноткой тревоги.

Что случилось, Сага? подумала Силла. Я чувствую твое беспокойство.

Боюсь, я совершила ошибку, пронеслось в ответ. Я оказалась кое во что втянута. И теперь королева наверняка знает… последствия не заставят себя ждать.

У Силлы сжалось сердце.

Мне так жаль. Я бы хотела быть там, рядом с тобой.

Со стороны Саги хлынула ощутимая горечь.

Жаль, что ты не настоящая, мысленная Эйса. Я скучаю по тебе каждый день. Хотела бы я тебя увидеть. Обнять. Почувствовать, что у меня есть хоть кто-то в этом мире…

Ты не одна в этом мире, Сага, настаивала Силла. У тебя есть я.

Сага не ответила.

Я тренируюсь, продолжала Силла. С каждым днем получается все лучше. И когда я овладею своим гальдуром, я сама приду за тобой. Мы уйдем из замка держась за руки.

Хотелось бы тебе верить, подумала Сага. Но я давно поняла, что надежда — это бесполезная эмоция.

Глаза Силлы наполнились слезами, и они покатились по щекам. Сквозь связь разума просочилась нежность, будто ее согрело солнечным светом.

Ты всегда прибегала в мою постель, когда тебе снился дурной сон, вспомнила Сага. Я гладила тебя по волосам и пела ту глупую песенку про кошку Кису⁹. Мы вечно находили приключения, воровали сладкие булочки и прятались под столом, чтобы их съесть… сбегали с уроков, чтобы ловить бабочек в саду…

Я… я не помню тебя, Сага, с тяжелым сердцем подумала Силла. Но я все равно несла тебя в себе. Ты снилась мне. И та ночь.

Та ночь, вздохнула Сага.

Расскажи мне о наших родителях, попросила Силла. Еще мгновение назад сама мысль об этом вызывала у нее тошноту. Но с Сагой она чувствовала себя младшей сестрой, которая просит еще одну сказку. Она залезла на кровать с ногами и села, скрестив их.

Наступила долгая тишина.

Отец был суровым, но ты могла заставить его сделать все, что угодно.

Правда?

Сага рассмеялась, и Силлу, словно объятием, окутало тепло.

Да. Ты в совершенстве владела этим взглядом… наклоняла голову, и смотрела огромными глазами. Один такой взгляд, и отец не мог тебе отказать. Маму это порой злило.

А мама? подтолкнула ее Силла.

Отец называл ее своим светом. Они очень любили друг друга. Она часто улыбалась и придумывала невероятные сказки на ночь. Сага замолчала, и тепло угасло, будто темная туча закрыла солнце. Я их почти не помню.

Между ними снова повисло молчание.

Это неправильно, подумала наконец Силла. То, что они сделали с нашей семьей. Что они сделали с Исельдуром.

Сага молчала.

Я найду способ освободить тебя, Сага. Однажды мы посмотрим друг другу в глаза, обнимемся и уже никогда не отпустим друг друга.

Я бы этого очень хотела, мысленная Эйса, отозвалась Сага. Хотя, как и ты, я уверена, что это всего лишь сон. Я уже чувствую, как ты исчезаешь.

Силла тоже это почувствовала, с каждым вдохом присутствие Саги становилось все более далеким.

Постой! взмолилась Силла, отчаянно пытаясь удержать ее. Еще немного. Пожалуйста!

Сага ответила, но голос был приглушенным, слова невозможно было разобрать. И в конце концов она действительно исчезла, оставив в груди Силлы пустоту и ноющую боль. На мгновение она почувствовала ее присутствие. Как бы невероятно это ни было, Силла всем существом верила: этот саркастичный, печальный голос принадлежал Саге.

Она нахмурилась, размышляя о сестре. Одна, тонущая в этом ядовитом замке. Страх и опасения Силлы внезапно показались такими незначительными по сравнению с тем, с чем столкнулась Сага.

Сага нуждалась в ней.

За занавеской потрескивал огонь, деревянная ложка скребла по дну котла. Обычные, повседневные звуки. И все же внутри Силлы все изменилось.

Она закрыла глаза и попыталась представить свою семью. Все, что она могла вообразить — это маленькую Сагу, призрачную девочку в разорванной ночной сорочке. Она не помнила своих родных родителей. Не могла увидеть их даже внутренним взором.

Силла сжала кулаки.

Урканцы лишили ее семьи. Убили ее родителей. Держали сестру в плену и раз за разом приходили за Силлой. Мысли перекинулись на Метту, запертую в тюремной камере в Копе. На ее приемную мать, Ину, привязанную к позорному столбу. На всех невинных людей, убитых ни за что. На каждого исельдурийца, которого заставили бросить камень.

Кто-то должен был что-то сделать. Кто-то должен был это остановить. Кто-то должен был заставить их заплатить.

Ее мысли прояснились, становясь холодными и острыми.

Она с такой силой рванула занавеску, что та порвалась, и Рей вздрогнул от неожиданности. Стоя у очага, он вскинул свои темные брови. Силла решительно подошла к нему, вырвала деревянную ложку из его руки и начала яростно мешать кашу.

Жар огня лишь усиливал ту ярость, что закипала в ее крови.

— Ты в порядке? — осторожно спросил Рей.

— Нет, — ответила она.

Она сделала глубокий вдох. Прислонила ложку к краю котла. Повернулась лицом к Рею.

— Я не готова быть Эйсой, — резко произнесла она, — но, возможно, никогда и не буду. Так что, полагаю, я просто попробую. — Силла скрестила руки на груди и бросила на него вызывающий взгляд. — Я пойду на твой совет, Гальтунг. И все объясню.

Рей медленно выдохнул и притянул ее к себе. От него пахло кашей и дымом, он дарил ощущение безопасности. И в этот момент Силла поняла, что ей не обязательно чувствовать себя готовой. Она могла просто прыгнуть с этого обрыва, как сделала тогда с листьями шкульда. Ей снова было страшно. И снова рядом был Рейнир Гальтунг.

Силла сморгнула слезы, когда осознание окончательно улеглось в голове. Она больше не была одна. У нее был Рей, и он прикроет ее спину.

— Шаг за шагом, — прошептала она, уткнувшись ему в грудь.