Глава 51

Каласгард

Силла стояла во дворе Харпы, чувствуя на языке горьковатый привкус восстанавливающего чая. Она оглянулась в поисках Рея и увидела, что тот прислонился к стене хижины, сжимая в руке, не известно какую по счету, кружку отвара. Судя по его хмурому виду, сердце магии к нему так и не вернулось.

Силла пыталась отогнать тревогу за Рея, но в памяти то и дело всплывал его взгляд перед тем, как он в спешке покинул постель. Их взгляды встретились, и он открыл рот, словно хотел что-то сказать. Скажи мне! — хотелось умолять ей. — Поговори со мной!

— Нам нужно к Харпе, — сказал он ей тогда, натягивая одежду и выходя наружу.

Ей не хотелось признавать, что эта внезапная холодность лишила ее уверенности. Чувства к Рею уже казались совсем иными, чем то, что было у нее с Джонасом. И теперь она гадала, что же на самом деле между ними происходит.

Силла постаралась похоронить сомнения, сосредоточившись на прекрасном мече из белого света. Она до сих пор чувствовала его отпечаток в ладони, помнила ту мощь, что ощутила, сжимая рукоять. В этом клинке была какая-то истина — ее гальдур наконец принял предначертанную форму.

После бесчисленных чашек чая и похода в парную к ней пришло озарение. Казалось, отдельные частицы света тянулись друг к другу; их нужно было лишь направить, чтобы связи защелкнулись, как пазы⁷. Это было интуитивное чувство, которое невозможно объяснить словами. Харпа представляла это как ткачество, но для Силлы это было больше похоже на… пастушество. И стоило ей представить себя кем-то вроде пастуха, как все встало на свои места.

Когда она наконец посмотрела на меч из белого света в своих руках, ее захлестнул восторг. Клинок казался холодным в горячей ладони, и на языке вновь возник знакомый вкус зимы.

— Благословлен Маллой, — прошептала Харпа с благоговением в голосе. — За все свои годы я не видела ничего подобного.

Силла нашла глазами Рея, который все так же подпирал дверной проем. На его губах застыло подобие улыбки, но взгляд был отсутствующим, будто мысли его витали вне этого мира. В животе у нее неприятно похолодело.

— Отпусти меч, — велела Харпа, заставляя Силлу вернуться к делу. — Попробуй призвать его снова.

Следующие несколько часов прошли в тренировках. Оттачивая навык, Силла раздумывала, так ли уж хорош меч. Другие Несущие Пепел могли выпускать вспышки огня, сметая сразу по несколько воинов. Но чем больше она размышляла, тем больше преимуществ видела в своем оружии. Несокрушимый клинок, острее любого металла в королевстве. Меч, который не нужно носить с собой — он всегда готов к бою по первому зову. Легкий как воздух, он идеально подходил женщине ее роста.

— Ты явно тяготеешь к этому, — пробормотала Харпа, возвращаясь во двор, когда солнце скрылось за Снежным Копьем. — Это естественная форма для твоего гальдура.

И правда, движения с этим мечом давались куда легче, чем с тренировочными клинками, которыми она занималась с Реем. Призванный клинок лежал в руке надежно, плавно черпая силы из ее источника, чтобы не гаснуть.

Когда к концу дня Силла вскочила в седло Рассвета, она так и лучилась восторгом. После недель тяжкого труда ей наконец удалось призвать этот меч! Но одного взгляда на Рея хватило, чтобы напряжение вернулось.

— Твой гальдур… подает признаки жизни?

Он медленно кивнул.

— Слава богам, — выдохнула Силла.

Рей пришпорил Лошадь, и Силла погнала Рассвет следом.

— Потренируемся вечером? — спросила она, отчаянно пытаясь нарушить это странное молчание. — Повторим те приемы, что ты показывал вчера?

Но Рей не ответил. Она даже не была уверена, что он ее слышал. И пока Рассвет спускалась по склону холма, неуверенность, которую Силла подавляла весь день, окончательно взяла над ней верх.

***

Час спустя деревянный меч Силлы со свистом рассекал прохладный вечерний воздух. Солнце давно зашло, и на небосклоне начали свое Восхождение Малла и Марра. Рей сказал, что его источник крепнет с каждым часом. Это должно было принести ей облегчение, но в душе Силлы поселился непроглядный холод.

Утром ее захлестнул восторг от того, что они пережили встречу с Кормящими Волков. Все казалось теплым, незыблемым. Она была так непоколебима, все казалось таким правильным. Но за день образовались пустоты, тишина и зазоры, в которые просочилось сомнение. Она ловила себя на том, что разбирает в уме каждое мимолетное выражение лица Рея. О чем он думает? Почему не доверится ей?

В голове кружились все более нелепые мысли. После истории с Джонасом Силла утратила всякую веру в собственную проницательность. Может, Рею просто хотелось развлечься на мехах? Неужели он не понял, что когда она обещала позаботиться о нем, она имела в виду заботу во всех смыслах? Им стоило поговорить об этом прямо. Теперь же Рей отстранялся, и тревога Силлы только росла.

Раздраженно перебросив толстую косу через плечо, она попыталась выбросить все лишнее из головы. Расставив ноги шире, она приготовилась начать серию атакующих приемов.

— Нужен партнер? — спросил Рей, стоя в дверях дома-щита.

— Что? — их глаза встретились, и она почувствовала этот взгляд всем телом.

Рей шагнул к ней.

— Нужен партнер? — повторил он.

Силла с опаской кивнула, стараясь обуздать свои страхи и отпихнуть их подальше. Рей подошел ближе, пряча одну руку за спиной. В его глазах читалось нечто такое, что она не могла разгадать. Она снова не понимала, что творится в голове этого человека, и внутри у нее все натянулось, как струна.

— В чем дело? — резко спросила она.

— У меня… есть кое-что для тебя, — сказал он, доставая руку из-за спины. В ней была одежда.

Нахмурившись, она взяла подарок и провела пальцами по мерцающим черным чешуйкам.

— Льебринья, — прошептала Силла, поднимая на него глаза.

— Для тебя, — сказал Рей, уголки его губ дрогнули в улыбке. — Надень, я хочу посмотреть, как ты будешь выглядеть в следующем бою.

Лицо невольно озарилось улыбкой. Это был подарок, но в то же время нечто гораздо большее. Извинение за то, что заставил ее прятаться в кустах у курганов; обещание впредь доверять ее умениям.

— Спасибо. Где ты ее взял? — она бросила тренировочный меч и натянула доспехи поверх туники. Льебринья села как влитая, облегая каждый изгиб ее тела.

— Заказал у Портного, — пояснил он. — Ее доставили Вигу, вот почему он приходил к дому-щиту сегодня утром. — В его глазах вспыхнул огонь, когда он окинул ее взглядом с ног до головы. — Тебе идет.

Он засмотрелся на ее губы, но Силла поспешила поднять свой меч. Если она и ждала, что после утренних событий Рей даст ей поблажку, то глубоко заблуждалась. Он блокировал каждый удар, отвечая со всей силой. С каждым взмахом кровь пульсировала все быстрее, а недавние тревоги отступали. Она снова бросилась на него, и его деревянный клинок столкнулся с ее мечом. Силла улыбнулась, уклоняясь от следующего выпада.

Через несколько долгих минут Рей нарушил молчание.

— Ты готова поговорить об этом? — спросил он, и Силла от неожиданности споткнулась.

— О чем? — переспросила она, восстанавливая равновесие.

— О том, что тебя гложет.

— Ничего меня не гложет.

— Лгунья.

Она вытерла пот со лба, глядя куда-то ему за плечо.

— Это все из-за Кормящих Волков, — выдавила она. Но по лицу Рея было ясно: он не поверил ни единому слову.

Его меч прошел по низкой дуге, и она отпрянула, едва успев уйти с линии удара. Рей перешел к одной из их привычных связок; его движения были настолько стремительными, что ей оставалось лишь пригибаться, уклоняясь от выпадов.

— Можешь и дальше лгать, — сказал он, тесня ее назад, — или можешь сказать правду.

Спина Силлы уперлась в стену дома-щита. Отступать было некуда.

Она сглотнула, лихорадочно соображая, что ответить. Но Рей опередил ее.

— Хочешь услышать мою правду? — спросил он. Его глубокий голос звучал мягко и в то же время хрипло. — Сегодня я был сам не свой. — Он провел языком по зубам. — Я не чувствовал свой гальдур. Думал, что потерял его навсегда. — На его лице промелькнула тень досады. — И я поступил так, как поступаю всегда: закрылся от всех и переживал это в одиночку.

Его взгляд пригвоздил ее к месту.

— Я не привык подпускать людей близко, — признался он. — И не привык изливать свои… чувства. — Он скривил губы, выдавая явное отвращение к подобным откровениям.

Узел в животе Силлы чуть ослаб.

— Мне следовало подумать, что ты можешь истолковать мое поведение иначе. — Его рука легла ей на талию и скользнула по спине. — Давай я проясню кое-что, Силла. В моем желании обладать тобой нет никакой неопределенности.

Она не могла отвести глаз от его обжигающего взгляда.

— Это самое безумное и отчетливое чувство, которое я когда-либо испытывал. Я хочу тебя все время. Хочу тебя везде. И это становится настоящей проблемой.

У нее в животе все перевернулось, сердце бешено заколотилось. Рей уперся рукой в стену, склоняясь к ней. Даже в сумерках его глаза пылали.

— Я хотел тебя в Самый Длинный День, когда ты вышла в том платье, — хрипло сказал он. — Хотел, когда ты швырнула меня через поле по дороге к Краки. Хотел тебя, когда ты убила оленя-вампира, когда ты шантажировала меня и даже когда пыталась угнать мою проклятую кобылу. Я хотел тебя с той самой ночи, когда ты набросилась на меня и заявила, что я не смогу тебя прогнать. С того момента я пропал, Солнышко.

Напряжение, давившее на плечи, сменилось невесомой легкостью в теле. Силла пыталась что-то сказать, но мысли путались. Рей наклонился еще ближе, их дыхание смешалось.

— И теперь, когда ты стала моей, стало только хуже. Я не могу перестать думать о сегодняшнем утре. О том, как я рад, что из нас двоих ты оказалась смелее. О том, что до сих пор не могу поверить, что ты хочешь меня так же сильно, как я тебя. — На его лице на мгновение отразилась ранимость, но ее тут же вытеснил чистый, первобытный голод. — Теперь мы друг друга поняли?

Она, едва дыша, кивнула.⁸

— Вот и славно. — Его ладонь скользнула вверх по позвоночнику и замерла на затылке. — Потому что в моем воображении ты была обнажена и распластана на каждой поверхности этого дома. И я делал с тобой самые порочные вещи.

Силла смотрела в его глаза с золотистыми искрами. Тревога исчезла.

— Покажи мне, — услышала она собственный шепот.

И, прежде чем она успела осознать происходящее, Рей подхватил ее на руки и ударом ноги распахнул дверь дома-щита.