Нет, против лука Эмка ничего не имел.

Это даже хорошо, когда лук в борще или там, скажем, в салате. Вкусно! Да и полезно, опять же.

Но когда здоровенная луковица о двух ногах преграждает вам дорогу… Елки-палки!

— Знаешь что? — Эмке порядком надоели все эти кроссы по пересеченной местности. На этот раз он решил двигать напролом. — Шел бы ты домой, Чиполлино!

Тот стоял не шелохнувшись. В нехорошей ухмылке искривился рот, холодные глаза внимательно смотрели на мальчика.

«Ухмылочка-то — моя работа», — устало подумал Эмка. А вслух сказал:

— Ну, давай, давай — вали на свою грядку!

Чиполлино как ни в чем не бывало продолжал стоять.

Эмка пошел прямо на него.

— С дороги, мичуринское пугало!

Человек-луковица открыл рот и дохнул на Эмку, у которого из глаз брызнули слезы — на этот раз не от обиды и не из жалости к себе. Просто так бывает со всеми, кто чистит лук. И хотя Эмка не успел почистить Чиполлино, достаточно было того, чтобы тот просто дунул на мальчика.

«Та-ак, позади Москва, отступать — некуда!»

Но и стоять на месте как-то глупо. Мальчик решил драться, однако слезы мешали сосредоточить внимание на противнике. Правда, и Чиполлино не собирался сдаваться: он еще разок хукнул на мальчика и добавил к запаху несколько увесистых затрещин. Эмка поостыл.

«Так дело не пойдет. Придется опять побегать».

Грудью сбив Чиполлино с ног, Эмка рванул к своему дому.

Часто, как в киношной погоне, мелькали деревья, проносились дома, осталась позади детская песочница… Прохожие удивленно смотрели вслед плачущему мальчику. Жалели, думали: горе у пацана.

А у него и вправду горе! Ну никак ему не избавиться от проклятых книжных героев! Никак!..

Что-то красное кинулось Эмке под ноги.

«Чвяк!»

Лопнул под Эмкиными ногами синьор Помидор. А сам мальчик растянулся на тротуаре, больно разодрав коленки. Его быстро взяли в кольцо плодово-ягодные персонажи «Приключений Чиполлино»: профессор Груша, барон Апельсин, герцог Мандарин, графини Вишенки… И всё напирали, злобно шипели и потрясали кулаками: «Подайте его сюда, этого мальчишку! Ну-ка, сюда его, казнить его! Голову, голову ему срубить! Убийца!..»

«Без боя не сдамся, — решил Эмка. — Буду кусаться. Погибну, но хоть не на голодный желудок!»

Мальчик поднялся на ноги, принял профессиональную боксерскую стойку и показал врагам зубы.

Кольцо медленно смыкалось. Эмкины резцы, клыки и коренные не произвели на овощей должного впечатления. Равно как и стойка.

— Кого покусать первого?

Мальчик переводил взгляд с одного на другого — каждый свиреп и страшен, не подступиться! Дошел до Чиполлино и только хотел осмотреть следующего, как вдруг человек-луковица растаял!

Ни секунды не сомневаясь, Эмка кинулся в образовавшийся пробел. С места рвать с бешеной скоростью было не впервой, но и сказочные лимоны, вишни и прочие были не дураки побегать. Словно слоны затопали за спиной!

«Ничего! — успокаивал себя Эмка. — Еще немного, и буду дома!»

— Давай, овощная база, за мной! — крикнул он на ходу и прибавил скорости.

Между тем создавалось впечатление, что догоняющих становится все меньше. Не было уже того стадного топота — так, редкие шлепки маленьких ног.

Эмка оглянулся. На его глазах в воздухе растаял очередной преследователь — упитанный воинственный лимон с длиннющими усами.

«Чего это они? Странно!»

Но печалиться по данному поводу мальчик не собирался — он уже был у своего дома. Не дожидаясь лифта, на одном дыхании Эмка взлетел на пятый этаж и зазвонил в дверь. Ворвавшись в квартиру, закричал Славке:

— «Чиполлино»! «Чиполлино»! — и, переведя дух, пояснил: — «Чиполлино» стирай!

Славка только плечами пожал:

— Да все нормально с твоим «Чиполлино». Вот только что стер. Последняя книга была. А ты чего такой запыханный?

— Проголодался — страх! Вот и торопился, — сказал Эмка и поморщился, вспомнив, что буквально пять минут назад имел нехилую возможность перекусить.

Мальчики пошли на кухню.

Славка сразу стал делать себе бутерброд с колбасой.

— Силен ты в рисовании, — сообщил он, пряча колбасу в холодильник. — Может, зря тебя в нормальную школу отдали, а? Пошел бы в какую-нибудь художественную…

— Издеваешься, да? — огрызнулся Эмка.

— Да нет, я серьезно. Развил бы технику рисования, научился бы смешивать краски. Хорошо! Вышел на природу, намешал там из тюбиков и давай по чистому холсту кисточкой водить. — Славка прожевал бутерброд и добавил: — А не в книжках каракули мазюкать!

Эмка промолчал. Когда-то давно, в классе, кажись, первом, мама попыталась затащить его на какой-то там кружок рисования. Но Эммануил из чистого упрямства запротестовал — и в конце концов родители отказались от этой идеи. А может, и правы были мать с отцом?..

Мальчик молча разлил по чашкам молоко и одну пододвинул Славке.

Здорово все-таки дома! Да и друг — нормальный пацан, а не какое-нибудь сказочное чудовище. Ну и что, что ворчит? Его можно понять: заворчишь тут, когда полдня картинки в книжках стирал.

— Чего лыбишься? — поинтересовался Славка.

— Наелся, — довольно щурясь, протянул Эмка. — Слушай, давай в морской бой срежемся!

— Не, — отказался друг. — Я столько твоих картинок постирал, что ручку с карандашом уже видеть не хочу.

— Ну, тогда в карты. — Очень уж Эмке не хотелось, чтобы Славка уходил. При нем не так страшно.

— Ладно, давай поиграем.

Славка ушел только тогда, когда пришли родители.

За ужином мама поинтересовалась:

— Как проводишь каникулы? В праздном безделье?

— Нет, мамуля, весь в делах.

— Что ж за дела такие?

Эмка покраснел:

— Да вот, книжки свои в порядок привожу.

Мама взглянула на сына с сомнением, потянулась к его лбу:

— У тебя температуры нет?

— Не-а.

— А чувствуешь себя как? Никакой сонливости?

— Да нормально чувствую. Без сонливости. Просто решил за ум взяться.

— «За ум» — это хорошо, — протянула мама.

— Взрослеет парень, — отозвался из-за газеты папа, до этого не принимавший участия в разговоре.

И тут зазвонил телефон.

Трубку сняла мама:

— Алло!

Звонила бабушка. В конце разговора мама снова удивленно посмотрела на Эмку.

— Да, мам… Пусть едет, если надо. Взрослый парень уже. Ничего с ним не случится. Это не так уж и далеко, да и вы встретите… Хорошо. Спокойной ночи.

— Куда он еще собрался? — благодушно проворчал папа.

— Наш сын, кажется, записался в общество любителей книги. Он хочет поехать на дачу ради художественной литературы.

— Любопытно. — Папа отложил газету и повернулся к Эмке: — А в библиотеку сходить слабо?

— Мне мои книжки нужны. Я… я там пометки для себя делал.

Стыдно было признаваться, что разукрасил свои книжки, а теперь из-за этого нажил кучу неприятностей.

— Пометки, значит, — протянул папа и замолчал.

Мама тоже ничего не добавила. Эмка встал и пошел в ванную чистить зубы. Сегодня он делал это без напоминания — хотелось потянуть время. Страшно было в постель ложиться!

Но, как выяснилось, и время-то особенно не потянешь — нечем. Ну почистил зубы, ну умылся, ну уши вымыл, ну шею… вытирался долго и тщательно. Медленно шел к себе в комнату. Что дальше?

Эмка со вздохом расстелил постель, улегся.

«Не буду спать, — принял он твердое решение. — Пролежу до утра с открытыми глазами».

И действительно, минут десять мальчик боролся со сном. На одиннадцатой незаметно для себя сдался.

Приснилась Бочарникова.

«А эта из какой сказки?»

— Дурак! — сказала Бочарникова и исчезла.

Вместо нее появился Славка, и они долго резались в карты и в морской бой. Потом приснился двор, школа, еще что-то и еще… И никаких сказок, никаких книжек!

Утром Эмка с опаской открыл глаза: ждал какого-то подвоха.

Нет, все нормально: комната как комната, в открытое окно льются звуки улицы и светит солнце.

— Неужели все?

Мэл Гибсон жизнерадостно улыбался со стены.

Не верилось Эмке, что ночь прошла спокойно. Но ведь прошла! Без ужасов и приключений.

По такому случаю мальчик даже сделал зарядку и почистил зубы.

«Так и к зубной пасте привыкну», — подумалось ему.

Стоп! А как же те книжки, что на даче? Надо ехать!