— Зай, я сейчас в аэропорт за своими, тебя Володька заберет, окей?

— Хорошо, любимый, — говорю в трубку, стоя перед зеркалом.

Пусть будет ему сюрприз в ресторане.

Я в том самом изумрудном платье, что Костя мне дарил перед первым свиданием и про которое я думала, что потеряла. А все это время оно преспокойненько лежало у него дома. И ведь спер все на Володьку, паршивец. Якобы водитель занес и спрятал. Ага — ага, так я и поверила.

Платье потрясающее. На тоненьких бретельках, длиной ниже колен. Спина открытая. Ткань невесомая, облегает тело как вторая кожа. Белье под него не предусмотрено. Верхняя часть. А нижняя — сплошь из ниточек. Необыкновенное ощущение обнаженности. Но все же скрыто!

Специально к этому наряду купила бежевые туфли на высоком, но устойчивом каблуке.

Волосы мягкими блестящими волнами лежат на плечах.

Вид сногсшибательный.

— Ну как? — спрашиваю, разворачиваясь к вошедшим в комнату девочкам.

— Обалдеть, Настька! — всплескивают руками, открыв от восторга рты. — Красавица!

— Я тоже так думаю, — довольная собой улыбаюсь. — Пора. Костя за мной машину отправил.

Я всеми силами сопротивляюсь моему тигру. Он настаивает, чтобы я переезжала к нему. Не намекает уже, а прямым текстом обрисовывает что и как он будет делать там со мной. Вспомнить стыдно.

Нет уж, до свадьбы поживу с девочками. Нам еще с родителями знакомиться. Косте с моими, мне с его. Они, кстати, приехали поздравить с юбилеем Антона Вадимовича и сегодня любимый нас познакомит. Волнуюсь жуть.

Вдруг я им не понравлюсь?

Критическим взглядом снова осматриваю себя в зеркале. Внешне как ни крути — красотка. А мой внутренний мир — для мужа. Ему нравится.

Ох…

Девочки уже не скрывают белой зависти.

— Жаль, что Шириных всего два брата…

Галка уже заявила свои права на Илью. Мне бы хотелось поехать в ресторан сейчас с ней, но по плану — нельзя. Милену ждет сюрприз чуть позже. Я немного злорадствую. Хотелось бы мне видеть ее перекошенное лицо, когда Илья разорвет с ней отношения.

— Эх, будь их дед чуть помоложе… — вздыхает Майя. — А Костин отец счастливо женат, да?

— Да! — переглядываемся и прыскаем от смеха.

— Подарок не забудь! — напоминают девчата.

Для Антона Вадимовича у меня подарок, сделанный своими руками. Правда, мой мужчина уверял, что подарки деду не нужны, он не для того гостей на юбилей приглашает, но как идти на день рождения с пустыми руками?

Мой подарок лежит в специальной картонной коробке, перевязан лентой. Скромный, но от души.

Надеваю пуховик. Как есть в туфлях спускаюсь вниз. Владимир уже ждет. С улыбкой кивнув, распахивает для меня дверь. В последний момент поднимаю глаза на свое окно. Там девочки то ли машут мне, то ли осеняют крестом.

Ух…

Испытываю небольшое дежавю. Точно так же я ехала к Косте на свидание в ресторан. Точно так же волновалась.

Сейчас я тоже еду в ресторан. С подарком на коленях. Румяными от волнения щеками и лихорадочным блеском в глазах. Единственное отличие — без флакона пустырника и с ясной головой.

Костя встречает меня на входе. На нем фрак, который ему безумно идет. Красавчик глаз не отвести.

Помогает снять верхнюю одежду.

Медленно скользит по мне восхищенным взглядом. Кадык дергается.

— Вау!

— Правда? — смущенно прикусываю нижнюю губу.

— Офигенно выглядишь! Зря не взял с собой дробовик.

— Зачем?

— Отстреливать всех, кто будет пялиться на мою невесту.

— Формально твоя невеста Света. Она уже здесь?

— Пока нет. Будем провоцировать ее, чтобы появилась, — приподнимает руку, намекая, чтобы взяла его за локоть.

Принимаю приглашение. В другой руке у меня подарок для его дедушки и телефон.

Надо было взять клатч, — поздно приходит на ум.

Приходится телефон отдать Косте. Все равно не планирую отходить от него ни на шаг.

Идем в большой зал. Народу тьма. И все очень красивые. Женщины сплошь в драгоценностях. Их блеск ослепляет.

Чувствую, как начинаю мелко дрожать. Мы с Костей слишком заметная пара, на нас обращают внимание. Шушукаются, кивают. Из — за внезапных вспышек фотокамер неловко спотыкаюсь.

Можно я домой вернусь?

— Чувствую себя белой вороной, — жалуюсь любимому.

— Привыкай, любимая, — не давая мне упасть, ободряюще сверкает белоснежной улыбкой мой жених. — Выше голову, побольше уверенности. Ты теперь тоже элита.

— Я думала, без наследства деда ты стал обычным человеком.

— Я стал богаче в несколько раз, ведь у меня есть ты, — наклонившись к моему уху, признается кавалер.

Не нахожу что сказать. Это так мило, что счастливая улыбка не сползает с моего лица.

Антон Вадимович стоит недалеко от мини — сцены, на которой играет какой — то ансамбль. Рядом с дедом Илья и Милена и еще одна пара — мужчина и женщина. Подозреваю, Костины родители. Уж очень очевидно сходство моего жениха с этими людьми.

Идем к ним. Ладошки от волнения потеют. Только бы не ударить в грязь лицом! Первое впечатление самое важное.

— Мама, отец, знакомьтесь, моя невеста Анастасия. Настюша, это моя мама Агата Валерьевна, отец Андрей Антонович.

— Здравствуйте… — смущаясь, подавляю в себе желание спрятаться за широкую спину будущего мужа. Можно мне снова флакончик пустырника? А лучше два.

Костины родители приятные, улыбчивые, с добрым взглядом. Одна Милена с кислой миной на лице цедит шампанское. Не обращаю на нее внимания.

— Костя, Анастасия, очень, очень рад, что пришли на мой праздник, — Антон Вадимович искренен. — Прекрасно выглядите, — проходится по мне одобрительным взглядом.

Как и Илья.

Как отец Кости и его мать.

— Красавица! — получаю искренний комплимент от будущей свекрови. Она мне уже нравится!

— Спасибо, — от смущения щеки рдеют. Столько внимания мне одной. — С днем рождения, Антон Вадимович, это вам. Все мои поздравления — здесь, — дарю ему коробку.

— Это мне? — удивляется мужчина. — Как интересно. Ну — ка, Костя, подержи.

— Дед, если что, я сам не в курсе, что там, — подставляет руки под коробку любимый.

Антон Вадимович развязывает ленту, открывает крышечку. Слежу за его реакцией не дыша, не моргая, и даже сердце в груди, кажется, перестало биться.

Вокруг нас стихли разговоры. Смотрят все!

— Там внутри пожелания, — подсказываю и от волнения до боли прикусываю губу. Уместен ли мой подарок такому важному человеку? Может быть, надо было купить… галстук, например?

Антон Вадимович берет одно печенье, разламывает пополам, вытаскивает свернутую в трубочку записку. Пока разворачивает — пробует печенье. Оно сахарное, сладкое, мой любимый рецепт. Раньше никогда не подводил.

— Не вкусно? — сжимаю Костино предплечье так сильно, что пальцам больно, а сам он морщится.