— Принесешь нам выпить чего-нибудь? У меня во рту пересохло, — прошу Эвера.

— Софья, я же вижу, что ты что-то задумала, не держи меня за глупца, — отвечает генерал, по обыкновению, совершенно спокойно.

— Задумала, но в данный момент твое присутствие будет лишним.

— Сколько времени тебе нужно? — задает правильный вопрос дядюшка Лии.

— Думаю, за пятнадцать минут управлюсь.

— Ровно через пятнадцать минут я подойду к тебе с бокалами, — говорит Эвер и уходит, дав мне возможность юркнуть в сторону Рудольфа.

— Так-так-так, кого я вижу? — старательно имитирую дружелюбную улыбку.

— Ой! Леди Софья, вы меня напугали, — маркиз Гильем театрально хватается за сердце, глядя на меня хитрыми глазами.

— Конечно, вы ведь у нас такой пугливый, — отвечаю в тон ему, цапаю его ручкой под локоток и тяну прогуляться подальше от толпы, поближе к окну.

— Интересный сегодня выдался вечерок, — начинает беседу Рудольф. — Новости сыплются одна за одной. Поздравляю вас с помолвкой, леди. Уверен, вы с Эвером будете образцовой парой.

— Благодарю вас, дорогой друг, — отвечаю любезностью на любезность, хотя просто скулы сводит от подобных сиропных речей. — Я тоже уверена, что нам с генералом обеспечено интересное будущее вместе. Но сейчас мне было бы интересно услышать ваше мнение о второй помолвке. Мне одной кажется, или Ханна совершенно не подходит Адлеру?

— Полностью с вами согласен! — С жаром заглатывает наживку Рудольф. — Бедная девочка! Она просто не знает, на что подписывается. Поверьте, леди, я знаю Ханну давно, и она не всегда была столь легкомысленной и корыстной.

— Да что вы говорите? — восклицаю преувеличенно удивленно.

— Поверьте мне, — убежденно кивает Рудольф. — Это все ее отец. С недавних пор он стал одержим желанием выдать дочь за богатого лорда. Не стану утверждать, но есть подозрения, что семья Ханны на грани разорения и таким образом ее отец пытается исправить положение.

— Прямо отец года, должна сказать! — вставляю реплику. — Нет, чтобы самому уладить все проблемы, он их за счет дочери собрался решать. Прэ-элестно!

— Совершенно с вами согласен, — кивает Рудольф. — Это недостойное мужчины и отца поведение.

— То есть, вы считаете, что Ханна не так плоха, как мы о ней думаем? — задаю наводящий вопрос.

— Она — послушная дочь. Ее такой вырастили. Думаю, она была влюблена в генерала Фрэйа и очень расстроилась, когда он отказался предложить союз. А дальше… просто безысходность и давление отца. Я знаю Ханну с детства. Мы соседи. Когда-то я даже был дружен с их семьей и вхож в дом.

— А что случилось? Почему дружба закончилась?

— Ох, леди. Мне не хочется об этом говорить. Право, это такая глупость…

— Бросьте, Рудольф, мы же друзья. Я хочу и могу вам помочь, — заговорщицки подмигиваю маркизу.

— Хорошо, я скажу. Но только ради нашей дружбы.

— Конечно-конечно, — киваю с невозмутимой физиономией, одолженной по такому случаю у Эвера.

— Когда умерла моя жена… Я имел глупость просить руки Ханны у ее отца.

— Да вы что?! — восклицаю, притворно удивляясь. Боже, чувствую себя актрисой, честное слово. Оскар мне, пожалуйста! И пусть его вручит милашка Генри Кавилл.

— Да, — Рудольф скорбно поджимает губы. — Пришел, все честь по чести. С самыми честными побуждениями. И наслушался такого…

— От Ханны?

— Нет! От ее отца! Мне указали на дверь, причем в самом резком тоне, представляете?! — маркиз полон негодования.

— Какой ужас! — Делаю вид, что в шоке, надеюсь — убедительно.

— Я тоже считаю, что подобное поведение непозволительно!

— А что Ханна? Она тоже к вам плохо относится?

— Что? Нет. Я так понимаю, ее отец не сказал, что я приходил. Впрочем, я тоже решил не кричать об этом фиаско на каждом перекрестке, — Рудольф раздраженно передергивает плечами.

— А вот и зря! — делаю ход конем.

— Почему? — маркиз, мягко говоря, удивлен, но это именно та реакция, которая мне нужна.

— Потому что, возможно, Ханна вполне к вам благосклонна.

— Разве так может быть? — Рудольф растеряно начинает кого-то искать глазами, я даже догадываюсь, кого. — Разве может столь прекрасная и молодая девушка и… Я ведь вдовец и уже не молод.

— Но и до старости вам еще очень далеко. А Ханна молода и слишком податлива. И ей нужен мужчина, который будет ее направлять, помогать. Мужчина-наставник. Мне кажется, вы очень даже подходите на эту роль. И смотритесь вы вдвоем гораздо интереснее, чем Ханна с навязанным ей Адлером.

— Думаете? — в настороженном голосе Рудольфа уже явно слышно нотку надежды.

— Уверена. Вы просто обязаны удержать девушку от опрометчивого шага в виде союза с нелюбимым мужчиной. Она же будет мучится всю жизнь? Вы хотите для нее подобной участи?

— Нет… — отвечает Рудольф, но уверенности в его голосе по-прежнему не хватает. — Не хочу. Но я… действительно, не совсем подходящая для нее пара.

— Неподходящая пара для Ханны — Адлер! Вы посмотрите, как он с ней обращается? С каким высокомерием и презрением. — Пора заканчивать театральное действо, уже Эвер идет к нам с напитками. — И потом… я сегодня наблюдала за Ханной. Она с вас глаз не спускала. Уверена, если вы будете сегодня смелым и решительным, вас ждет ошеломительный успех.

— Разве? — Рудоль растерян, но в его глазах уже горит яркий огонь воодушевления. — Пожалуй, вы правы! Благодарю вас, Софья. Если сегодня все получится — я ваш должник до гробовой доски.

Маркиз резко разворачивается и, чеканя шаг, идет в сторону Ханны, одиноко подпирающей колону на противоположной стороне зала.

— Рудольф! — Окликаю его, дожидаюсь, когда мужчина повернется, и добавляю. — Сразу везите ее в храм. Чтобы никто не посмел помешать.

Маркиз кивает и продолжает свой путь, а мне закрывает обзор широкая спина подошедшего Эвера. Он протягивает бокал игристого напитка и, чуть улыбнувшись, говорит:

— Судя по выражению лица, ты задумала что-то о-о-очень экстравагантное.

Усмехаюсь.

— Ты даже не представляешь насколько.

Давай, Рудольф, уделай Адлера! Посмотрим, сможет ли он найти себе еще одну фальшивую невесту, чтобы забрать у нас ребенка. А королю теперь придется поднапрячься, если из двух братьев, только у одного будет жена. Я такая манипуляторша, прямо балдею! Прэ-элестно!