— Готова? — заботливо интересуется Эвер вечером этого же бесконечного дня, когда мы стоим перед дверью, намереваясь идти на официальное начало празднеств.

— Ну… не то чтобы готова, но какие у нас варианты? — пожимаю плечами, потом инстинктивно подтягиваю декольте. — Ощущение, что я голая.

Голос мой вроде молодой, но брюзжит, как у нервной бабули.

— Нет, ты вполне одетая, — возражает Эвер, хотя сам минуту назад залипал на моей груди, слишком открытой в смелом декольте вечернего платья.

— Мне кажется, что я, как няня, не должна выходить в свет в подобном наряде, — тяну платье вверх. — Нужно что-то более консервативное и менее открытое.

— Поверь, ты прекрасно и вполне консер… вативно выглядишь, — чуть запнувшись на незнакомом слове, говорит Эвер. — Когда мы придем в зал приемов, убедишься, что твой наряд весьма скромен в сравнении с остальными.

— Ладно, поверю тебе на слово. Хотя вообще, мне непонятно, зачем я вообще там нужна. Лучше бы с Лией была. Я не очень люблю всякие высокоранговые мероприятия.

— С племянницей остаются все девушки и Шурик, она в безопасности. Все будет хорошо. Я буду рядом, — спокойным голосом говорит Эвер, успокаивающе поглаживая мои пальцы своей широкой ладонью без привычной перчатки.

Касание кожи к коже вызывает у меня непривычные мурашки и заставляет бегло, немного с раздражением сказать:

— Ладно. Надо, значит, надо. Пойдем, не будем заставлять короля ждать.

В ответ Эвер улыбается мне одобрительной улыбкой и подставляет локоть. Так мы и спускаемся на первый этаж — под ручку. Все встреченные нам пары кивают, стремясь поговорить, но генерал ловко уходит ото всех разговоров, направляя нас прямиком в зал приемов.

Уже перед входом мы на секунду останавливаемся и, основательно замедлившись, входим в зал торжественно и уверено. Во всяком случае, мне так хочется думать. Многие на нас глазеют. А мне хочется укусить Эвера, но я довольствуюсь тем, что больно щипаю его за руку.

— Это за что? — невозмутимо спрашивает белобрысый гад, чуть повернув голову в мою сторону и попутно с кем-то здороваясь.

— Ты зачем купил мне такое вызывающее платье?

— Где оно вызывающее, присмотрись к гостям, Софья. Повнимательнее.

— Я уже увидела достаточно, — шиплю змеей. — Местные дамы все в пастельных тонах, а я? На мне красное, как венозная кровь платье! Красное, Карл!

— Я — Эверард, Софья, — сказано с недоумением.

— Ты — жук! Редкий! Зачем ты это сделал? Теперь все на меня смотрят, а мне это не нравится!

— Говори немного тише, пожалуйста, — Эвер уводит меня влево и усаживает в укромном уголке в удобное кресло. — На тебя в любом случае смотрели бы, хотя бы из-за твоих волос. А еще потому, что все знают чья ты няня. А подобный цвет платья показался мне очень подходящим к твоей белой коже и темным волосам. Оставь пастель бледным беловолосым ледяным, Софья. Ты просто обязана сиять, а это платье всего лишь изыскано ограняет твою красоту. Не более.

Во как завернул! Я даже онемела на секунду. А потом поймала его заинтересованный взгляд в своем декольте.

— Эвер, мое лицо гора-а-аздо выше. И не нужно надо мной возвышаться могучим дубом, лучше принеси нам что-нибудь выпить, у меня в горле пересохло, пока я на тебя шипела.

Генерал усмехается, сверкнув глазами, но ничего принести не успевает, потому что именно в этот момент громко произносится на весь зал:

— Его Величество, король Северин Второй и Ее Величество, королева Элиза, прошу всех встать!

Повинуясь приказу, я поднимаюсь и смотрю на величественные фигуры коронованных особ, усаживающиеся на двух тронах. Оба беловолосые и высокие. Мужчина — широкоплечий, облаченный в белый костюм с серебристой короной на голове. Рядом с ним — девушка. Худенькая и ужасно молодая.

— Сколько ей лет? Шестнадцать? — шепчу Эверу.

Ответить он не успевает. Рядом с нами останавливается слуга в шитой серебром форме и громко говорит:

— Генерал Эверард Фрэй, Его Величество желает с вами беседовать.

Потом слуга смотрит на меня и добавляет:

— И с леди тоже.

Под любопытствующими взглядами знати, я кладу ладонь на предплечье Эвера, и мы совершенно синхронно выдвигаемся в сторону королевской четы. По тому, как сверкнули нам навстречу глаза Его Величества, я понимаю, что разговор будет напряженным.