— Подъезжаем, — слышу голос Эвера сквозь сон. Очень удивлена, что мне удалось задремать и не свалиться с сиденья.

— Ня-я-я, — Лия гладит меня по заспанному лицу мокрой ладошкой, видимо, недавно тщательно обжеванной. Бедненькая, зубки режутся.

— Да, моя крошечка, твоя Ня уже проснулась, — чмокаю малышку в носик-кнопку.

Напротив самозабвенно храпит Шурик, подложив ладонь под щеку и печально свесив основательно пощипанные Лией усы. Цокот копыт становится громче: карета выехала на мощенную камнем дорогу. Высовываюсь в окно, чтобы рассмотреть местность. Лес по обеим сторонам дороги уже отступил, перед нами лежит открытая местность, наверное, бывшая когда-то полем, а сейчас просто засыпанная снегом равнина. А впереди — город. Уже слышно гомон, запахи животных, еды. Радуюсь, устав нюхать только стерильно-белый аромат снега. Доехали. Одной проблемой меньше.

Цокот становится еще громче, мы заезжаем на мост, проезжаем моментально открывшиеся ворота, и тут шум города усиливается. Карета медленно следует широкой улицей, я успеваю рассмотреть и дома, и празднично украшенные лавки. Помниться, Адлер упоминал какую-то Самую длинную ночь? Или темную ночь? Короче, что-то такое. Надо будет спросить у Эвера, что за праздник такой. А вообще, украшения на домах очень похожи на наши новогодние: еловые ветки, гирлянды, шары. Даже как-то настроение повышается, словно слышу перезвон колокольчиков и запах мандаринов. Детством пахнет. Ностальгически улыбаюсь, даже когда рядом со мной высовывается заспанная физиономия Шурика.

— Приехали? — спрашивает.

— Угу, — подтверждаю.

К счастью, мой помощник больше ничего не говорит, только не менее жадно, чем я рассматривает улицы и дома. Спустя довольно продолжительное время, наша карета начинает подниматься вверх, а затем замирает перед очередными воротами. Когда проезжаем внутрь, я понимаю, что мы приехали. Тут же выскакиваю, не дождавшись, пока Эвер спешится и подаст мне руку. Я ведь впервые в настоящем замке!

— А кто ты по званию? Или как там у вас? — спрашиваю подошедшего ко мне красавчика.

— Я генерал. С тех пор, как сестра оставила на мое попечение Лию, в отставке.

— Скучаешь по службе? — спрашиваю у него.

— Конечно, — не отпирается Эвер. — Но семья важнее.

Сказано просто и с полным пониманием приоритетов. Я чуток зависаю. Непривычно слышать от мужчины, что семья для него в приоритете. Обычно, это для женщины смысл жизни, а мужики всю жизнь самоутверждаются. А тут…

— Странный ты, — говорю Эверу, вызвав улыбку на его губах.

— Я странный? А ты тогда какая?

— Ты стрелки не переводи, умник. — подпихиваю его локтем в бок. — Давай, веди в свои хоромы, показывай, где тут вверенные мне защитные войска.

— Ты о нянях? — уточняет Эвер. — И часы у нас работают на магии, стрелки переводить не нужно.

— О, божечки! Давай хоть нянек. Устроим им смотр.

— Хорошо, сейчас я скажу мажордому…

— Э-э-э, нет. Не подходит. Так мы до вечера ждать будем, а я уже есть хочу. Быстро скажи кому-нибудь, пусть няньки соберутся в детской в течении… десяти минут.

— Но это очень быстро, ты уверена? — Эвер смотрит на меня с интересом.

— Абсолютно. У нас очень резвое дитё. Зачем нам няньки-копуши? Ну что? Время пошло?

— А давай! — задорно усмехается Эвер.

Следующие ровно десять минут мы с ним гуляем по парку вокруг замка. Ага, настоящего замка. Я ожидала какой-то большой особняк, вроде как у Рудольфа, но высокие башни и решетчатые опускаемые ворота привели меня в куда более радостный трепет.

— А почему ты живешь в таком месте. Я в том смысле, что твое жилье сильно отличается от дома маркиза, например.

— Ну, во-первых, ты не видела дом Рудольфа. То, где мы были — это его загородная резиденция.

— То есть, у него тоже зАмок? — я даже останавливаюсь на секунду, чем тут же решает воспользоваться сидящая у меня в переноске Лия, тыча мне в рот свои пальчики.

— Ня-я-я!

— Спасибо, я не настолько голодна, малыш, — мягко убираю от своего лица хищно торчащие маленькие лапки опасной птички, способной и в нос мне мгновенно влезть, и в глазу поколупать за секунду.

— Нет, у него не зАмок, но очень большой, трехэтажный с колонами особняк.

— Ну вот. А почему у тебя зАмок?

— Потому что я был генералом. И Его Величество выдал мне те земли, которые считает склонными к бунту, чтобы я был… полезен и не чувствовал себя забытым.

— То есть, ваш король щедро отблагодарил тебя за верную службу, усадив на бочку с порохом?

— Когда ты так говоришь, это звучит… не очень хорошо, — задумчиво замечает Эвер.

— Звучит действительно плохо, и неважно говорю это я, или кто-то другой. Это не награда за службу, это новое задание.

— На тот момент мне было все равно, но теперь…

— У тебя теперь племянница на воспитании. А ты в центре осиного гнезда. Знаешь, мне начинает казаться, что приехать сюда было не самой лучшей идеей.

— Пожалуй, ты права. Можно отправить вас…

— Секундочку! Никуда нас отправлять не нужно. Мы тебе что, бандерольки, чтобы колесить по всей стране? Раз приехали сюда, тут и будем обустраиваться.

— Но ты же только что сказала…

— Я помню, что я сказала, — в очередной раз перебиваю Эвера. — Это просто были размышления вслух. Иногда полезно, знаешь ли.

— Знаю, — улыбается уголками губ.

— Мне кажется, десять минут уже прошли. Пойдем смотреть вверенный мне бабский батальон?

— Софья, это просто девушки из богатых семей, приличные и скромные.

— В смысле? Тебе втюхали в няньки местных красоток? А ты хотя бы уверен, что они няньки? Может, это охотницы за женихами?

Мы одновременно останавливаемся и смотрим друг на друга.

— Ну… нет… — как-то неуверенно говорит Эвер. — Были рекомендательные письма. Трех из них прислал сам король. Он бы не стал присылать лишь бы кого.

— Слушай, я не знаю, как тут заведено у вас, но у нас в няньки берут не за молодость и красоту, а за умение найти общий язык с детьми и устойчивую психику. И длинна ног у няни имеет значение только в том случае, если она умеет прямо со старта развивать скорость шестьдесят километров в час. В остальных случаях — предпочтение отдается опытной, в годах женщине, понимающей разницу между памперсом и шапочкой.

Говорю и думаю: надо же как складно вру, даже ни разу не споткнулась. Тоже мне, эксперт по няням. Да еще несколько дней назад я бы сама натянула памперс Лие на голову и закрепила липучками, думая, что это особая воздухонепроницаемая шапка.

— Ладно, хорошо поговорили. На целую лишнюю минуту. Не годится прямо в первый же рабочий день баловать персонал. На шею потом залезут. Ускоряемся!

И мы на полном ходу влетаем в детскую, где нас уже ждут восемь молодых девушек в ярких, как экзотические птички нарядах. Еще двое пытаются проскочить за нашими спинами, но я сразу пресекаю подобное непочтение.

— Стоять! — девы замирают, глядя на меня из-под взъерошенных волос. — Вы опоздали. Поэтому прошу идти к себе и собирать чемоданы домой.

— Но как же? Мы же всего на две минуты… — пытается возразить одна из них.

— Аж на две минуты, миленькая, а не всего. Не рекомендую со мной спорить, ступайте на выход.

— А вы вообще кто такая, что смеете приказывать баронессе? — заявляет вторая, гордо выпятив нижнюю губу.

Надо же, мир другой, а утиные клювики и тут есть.

— Может, представишь меня девушкам? — ехидно интересуюсь у Эвера.

— Я как раз собирался это сделать, когда все будут в сборе, дабы не распыляться на каждую в отдельности. Дамы, прошу внимания! — Это уже сказано громче, чтобы все слышали. — Рекомендую вам леди Софью, старшую няню, которой отныне вы обязаны подчиняться, исполняя любой ее приказ с той же расторопностью, как если бы его отдал я. Надеюсь на ваш здравый смысл и благовоспитанность.

— А откуда нам знать, что она не из шпионов? — подает голос та, которая баронесса.

— Вы смеете сомневаться в моем уме? — интересуется Эвер обманчиво спокойным тоном.

— Нет, что вы, генерал. Я смею сомневаться в посторонней женщине, о которой мы ничего не знаем.

— А вам, — Эвер выделяет слово «вам», — и не надо ничего знать. Достаточно того, что леди Софью привел я. Это понятно?

— Да, но…

— И вообще. Почему вы еще здесь? Насколько я помню, вы должны были нас покинуть еще… — замолкает, словно вспоминая, сколько времени.

— Три минуты назад, — говорю.

— Да, благодарю, леди. Так почему вы еще здесь, баронесса?

Две опоздавшие, еще больше надув губы, уходят, демонстративно хлопнув дверью.

— Вопросы есть? — спрашивает Эвер у оставшихся. Все молчат. — Значит, нет. Тогда знакомьтесь, а я пойду заниматься своими делами. Софья, встретимся за ужином. Через полчаса к вам придет экономка и покажет, где вы будете жить, а также расскажет о распорядке дня и некоторый правилах.

Эвер без зазрения совести уходит, оставив меня наедине с восемью враждебно настроенными ко мне девушками. Слишком ухоженными и нарядными, чтобы быть обычными нянями. Позади меня топчется Шурик, только что подошедший, а значит, пора его представить благородному обществу.

— Дамы, прошу минутку внимания. Представляю вам мою правую руку, помощника Олессандро Дега. Если у вас будут какие-то вопросы, или важные дела, прошу решать их через него, если не будет меня, естественно.

— Какой ужас, — вполне ожидаемо доносится со стороны нянь. — Нам тут еще постороннего мужчины не хватало.

— Вот и отлично, что не хватало. Теперь будет хватать, — отвечаю. — Надеюсь, вы все знаете, что прогулки на свежем воздухе очень полезны для ребенка? Поэтому прошу в течении пятнадцати минут одеть верхнюю одежду, будем гулять в парке.

— Но холод плохо влияет на кожу, — подает голос одна из нянь, белокожая и румяная девица.

— И хорошо на фигуру. Передвигаться будем быстро, так что согреетесь и повеселеете, а то стоите сейчас с печальным видом. Все, время пошло. Жду вас всех внизу, в холле.

Толпа нянь проносится мимо меня на вполне неплохих скоростях. Отлично. Судя по всему, дамы дрессировке поддаются. Устроим им сначала пробежку, потом зарядку. А то разленились тут…