Передвигаюсь на самый дальний край кровати. Натягиваю на себя тонкое одеяло до подбородка. Были бы силы — дала бы деру, вот только у меня не осталось никаких сил. Если встану на ноги, то грохнусь на пол, даже не дойдя до двери. Муж тем временем стаскивает с себя сапоги. Он, наверно, замечает мой испуганный взгляд, потому что усмехается:

— Что, даже не разденешься? — увидев, как решительно я мотаю головой, добавляет: — Напрасно.

— Я хочу спать одна, — заявляю дрогнувшим голосом, но он отмахивается.

— Раз уж ты привезла в дом половину деревни, не жди себе отдельной кровати.

— А вы... Разве вас не ждет снаружи шатер? Ну… Из солидарности с королем?

— Шатер я оставлю королю и его сопровождающим. Им и так будет тесно.

Со вздохом заключают, что муж не уйдёт. Лихорадочно роюсь в памяти. Насколько я помню, Арвин ни разу не спал с Веронией. Наверно, я не в его вкусе, и он женился ради титула. Мне не раз напоминали об этом девочки в Интернате да и любовница не постеснялась объяснить текущий расклад.

Значит, у нас чисто деловой брак. Я ему — титул, он мне — ... проблемы? Сделка очень неравнозначная, но все-таки эта мысль немного придает мне уверенности.

Пока раздумываю над животрепещущей темой, неотрывно слежу за мужем. Он снимает с себя штаны, и при каждом движении литые мышцы бугрятся под кожей. Здесь темно. И все же отблеска луны и звезд достаточно, чтобы разглядеть на его коже шрамы. Некоторые совсем свежие. Под одеждой было незаметно, насколько он крепок и силен… Черт... Уже разделся?

Зажмуриваюсь и тут же чувствую, как кровать оседает под его весом. Открыв глаза, вижу его рядом, напряженного, сердитого. К счастью, он в штанах. Полулежит с открытыми глазами, смотрит прямо перед собой. О чем думает — непонятно. Чего хочет — непонятно. И от этого только страшнее становится, будто я лежу с тикающей бомбой. И даже мантра о том, что я для него титул на ножках больше не помогает.

Хочется сжаться и стать настолько маленькой и незаметной, чтобы он про меня забыл. Поддавшись эмоциям, отползаю на самый-самый край, — лишь бы подальше от него! — и вдруг, потеряв равновесие, скатываюсь с кровати. Я бы наверно себе что-нибудь отшибла, ведь до пола лететь не близко, но долететь не успеваю, потому что дракон оказывается быстрее силы притяжения.

Доля секунды — и он возвращает меня на кровать, вот только при этом я оказываюсь зажатой в его объятиях. Сильные руки так крепко прижимают меня к груди, что едва дышу. Все происходит мгновенно, даже пикнуть не успеваю. Да и что тут пикнешь? «Пустите, а то закричу»? Или «Что вы себе позволяете, нахал?»

В конце концов, не нахожу варианта удачнее, чем напомнить ему о деловом аспекте наших отношений:

— Вы все-таки решили заполнить мой резерв? Отлично. Будьте добры, заполните меня до краев!

Лишь когда слова срываются с губ, понимаю, что прозвучали они максимально двусмысленно, и, судя по выражению его глаз, Арвин подумал как раз о том, о чем думать ему не следовало. Чувствую, как кровь приливает к лицу, и начинаю активно высвобождаться.

— Отпустите меня… — лепечу. — Пожалуйста!

— Отпущу — упадешь.

Понимаю, что он говорит фигурально, и говорит не совсем впопад, но черт побери… Почему мне нравится этот образ?

— Спасибо за заботу, — говорю срывающимся голосом, — но я всё же предпочитаю стоять на своих ногах. Даже если это немного... шатко.

Муж не реагирует, поэтому начинаю сильнее трепыхаться. Кждая мышца его тела напряжена. Чувство такое, будто я попала в стальной капкан. Даже воздух между нами становится тяжелым, густым, как мед. Его глаза, глубокие, с золотистыми искрами, словно проникают под кожу, читают мысли, в которых даже себе стыдно признаться. Чувствую, как от него исходит жар — едва ли это воображение. Он слишком горячий, слишком большой, слишком... реальный.

Сколько ни пытаюсь высвободиться, его руки остаются на моей талии и плечах, сильные и осторожные одновременно. От него пахнет чем-то терпким — смесью трав, костра и чуть уловимой горечи металла. Этот запах почему-то сводит с ума. Он цепляется за меня, заставляя забыть, зачем я вообще хотела отойти.

— Арвин, я не готова! — восклицаю в отчаянии, отлично понимая, что деликатничать и медлить больше нельзя. — Я не хочу вас! Вы взяли меня в жены ради титула, ну так давайте не будем забывать об этом!

Медленно и неохотно он отстраняется. Его пальцы соскальзывают с моей талии, и это движение обжигает даже через ткань. На миг его ладони задерживаются, словно он не хочет отпускать, но потом они исчезают, оставляя ощущение пустоты.

— Я не ради титула на тебе женился, — говорит он. — И раз уж мы здесь откровенничаем, я женился не на тебе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍