— Женушка, ты не рада меня видеть? — крадущейся поступью Хакон подошел ближе. Я уже знала, что за моей спиной десятки стражей, мне не уйти.

Жетон выпал из дрожащих рук и со звоном подкатился к носку кожаного сапога мужа. Он на него наступил.

— Отпусти, умоляю, — простонала жалобно и губы затряслись. В висках пульсировало, сердце сжималось от первобытного животного страха.

— Читай по губам: ни-ко-гда. — Он дал сигнал воинам, меня подхватили под руки и поволокли от причала.

— Нет! Помогите! — билась в агонии, трепыхалась в отчаянных попытках вырваться. — Спасите!!!

Народ начал толпиться вокруг кареты. Какой-то грузный моряк даже крикнул.

— Эй! Отпустите девушку!

— Что вы делаете?

Но все быстро затыкались, стоило увидеть красную военную форму. Это бесполезно, мне никто не поможет.

Замолчала и повисла в руках стражи сломанной куклой. Меня затолкали в карету, грубо швырнули на скамью, и я забилась в угол, подобрала колени к груди. Посмотрела на распахнутую дверцу, с ужасом наблюдая, как Хакон заходит в кабину.

Он сел напротив. Невозмутимый, словно его вся эта ситуация вообще не касается. Но взгляд, наполненный болотной мутью, полосовал по лицу, будто хотел добраться до кости.

— Спала с ним, да?.. — процедил и вдруг замахнулся.

От удара его ладони я влетела в угол, из носа пошла кровь. Из глаз искры посыпались. Болью взорвалось все тело.

Это конец. Изнасилует и придушит.

Мне оставалось только одно…

Судорожно коснулась пальцем браслета и закричала:

— Дами, помоги!

— Тварь такая! — Хакон сжал руку на моем горле, второй дернул юбку вверх, порвал белье, что подарил Дамиран. Глянул на красное кружево в руках и рассвирепел. — Сука, выебу, а потом будешь у меня гнить в темнице до старости. Буду только приходить и пользовать. Как ты посмела? Мне! Изменить!

Слезы застилали глаза, я хрипела, отчаянно отбрыкивалась ногами, но это все равно, что биться о скалы.

— Не надо… нет… — из пережатого горла вырывались тихие стоны.

— Надо, — прорычал Хакон, вбивая меня в сидение. — Иначе ты не запомнишь. Я тебя присвоил. Ты моя!

Он послабил тиски, чтобы отстраниться и развязать штаны. Карета все еще стояла, и мои крики слышал весь порт, но никто не осмелился помочь.

— Умоляю… не было ничего. Не трогай меня. Отпусти, — скулила в отчаянии, снова забившись в угол. Поджала оголенные ноги. На колени из носа закапала кровь, вперемешку со слезами.

Дверь внезапно отлетела, будто ее ураганом оторвало. Хакон обернулся, но не успел ничего сделать, его вытащило наружу что-то невидимое, после чего все затихло.

Рыдая, я тряслась и ничего не соображала.

— Мар, спокойно! Я сам его грохну, когда время придет. Оставь каку! Спасибо за помощь, — неистово прошептал знакомый голос снаружи. — Забирай своих и уходи. Арден, привет Мике!

Голоса стихли, и в карету заглянул Дамиран. Посмотрел на меня, поджал губы и протянул ладонь.

— Не смог быстрее.

— Дами… — полились слезы с новой силой, но уже от облегчения, что это все закончилось и он пришел за мной. Не бросил. Отбил от мужа и не случилось того, чего я так боялась.

Сползла со скамьи, попутно опуская юбку задранного платья. Приблизилась к выходу и заглянула в искрящиеся магией глаза дракона. Схватила его за запястье и на дрожащих ногах сошла на землю.

Он подхватил меня на руки и унес от набережной. Сначала мы спрятались в тени деревьев, затем свернули несколько раз и в итоге оказались на взлетной площадке.

— Ты почему сбежала, глупая? — опуская меня наземь, спросил Дамиран. Отступил. Я заметила, что его светлая рубашка окрасилась кровью, рукав оторван и кожа плеча рассечена. — Летать не боишься?

Стражи генерала, что оставались на берегу, догнали нас, и выстроились в защитный полукруг. Все молодые воины, явно альены, в аронской серебристо-черной форме, в которой ходят перерожденные.

— Попыталась уплыть домой в Ветрону, — горько усмехнулась. Глупая. Вот уж точно. Мне без него не выжить. Пора уже понять, что в одиночку не справлюсь. — Не боюсь.

— Я могу отнести тебя в королевский замок, король Харт обещал защиту, суд и разбирательство, — серьезно сказал Дамиран, отступая. — А можем, полететь ко мне… — и взглянул пронзительно. — Хотя суд над твоим благоверным все равно будет. Прилюдно днем такое вытворять — это надо быть полным… — не договорил, стиснул зубы, желваки задергались. Генерал глянул в сторону, а затем вновь перевел взгляд на меня. Тихо произнес: — Тебе решать, Лори…

— Я хочу к тебе, — посмотрела уверенно в его глаза и улыбнулась краешком перепачканных кровью губ.

Воздух заискрил, взорвался снопом белых искр, и Дамиран преобразился. Вместо генерала на площади, фыркая и распахивая черные крылья, остался невероятной мощи дракон. Его спину украшали широкие серебряные полосы, что сходились на холке в белесую стрелу, заканчивающуюся на длинном колючем хвосте.

Седло уже было прикреплено к его спине — это все с помощью артефактов делается, я даже знаю авторство таких удобных вещей — Арден Астэрон их создает, один из моих ближайших конкурентов. Мы таких не делаем. Мне не удалось разгадать формулу зачарования и подобрать кристалл.

Дракон опустил передо мной голову, выпрямил крыло, чтобы я могла взобраться. Раньше уже доводилось летать на Хаконе, но красный дракон немного меньше в размере. На альена я поднималась впервые с особым трепетом, восторгаясь его звериной мощью. Закрепилась в седле ремнями и подалась вперед, погладила Дами по прочной чешуйчатой броне, давая понять, что готова к полету.

Альены, что нас охраняли, тоже перевоплотились и клином двинулась следом.

Летели мы довольно долго, сначала догоняя заходящий миасс, затем вдоль берега Аронского моря, оставляя светило слева. Вечерело быстро, небо давно потемнело, а мы все еще летели вперед.

Лон округлился на горизонте, выставив голубое пузо напоказ и оконтурив шпили высоких башен форпоста. Мы снизились. Альены оставили нас одних, а мы еще пролетели к одиноко стоящему замку на горе.

Дамиран спикировал, приближаясь к каменной площадке посреди башен, мягко приземлился и выставил крыло.

Я отстегнулась и слезла с дракона. Потянулась, разминая затекшую спину. Альен плавно перетек в человека, и я подошла к нему вплотную. Заглянула в серебристые глаза, обвила его шею руками и запустила пальцы в черные волосы.

— Спасибо, что не бросил, — шепнула, чувствуя, как гулко бьется сердце в груди. Приподнялась на носочках и коснулась его губ невесомым поцелуем.