Я прикусила язык и замолчала, ничего не ответив, побоялась разозлить Дамирана еще сильнее. Я совсем не знаю, на что он способен. Мой отказ стать его любовницей генералу явно не пришелся по душе. Но почему он все равно помогает?

Мы ждали долго. Альен все-таки выдохнул, словно напряжение отступило, опал на кресле, откинулся затылком на спинку и через какое-то время мерно засопел.

Я и сама чуть не уснула. Сказывалась потеря сил от бессонной ночи и голод. Уже клевала носом, когда дверь вдруг распахнулась. Я дернулась на шум.

А генерал не проснулся.

Его величество зашел в кабинет, глянул на друга, поулыбался и, не говоря ни слова, поманил меня за собой в боковое помещение.

Я тихо поднялась и прошуршала вслед за королем.

— Присаживайтесь, госпожа Рагмор.

Мы попали на небольшую веранду, где раскинулся прекрасный сад. Король показал мне на скамейку с мягкой подушкой, сам сел напротив. Миасс блеснул в кристально-белоснежных волосах правителя.

— Чем я могу вам помочь?

— Ваше величество, — собралась я с духом. — Я хочу развестись с мужем.

— Вы полюбили другого? — прямо спросил он.

— Нет, — качнула головой. — В нашем доме живет его беременная любовница — моя племянница. Хакон хочет, чтобы я это терпела. Не отпускает. А когда сопротивляюсь, поднимает руку и угрожает. У меня совсем нет прав в этом браке. Невозможно так жить. Помогите, молю, — на миг прикрыла глаза и тяжело вздохнула.

Его величество долго молчал, разглядывая мое лицо, свел недовольно брови, а после произнес то, что я и так знала:

— Но разводы в Ароне невозможны, госпожа Рагмор. Я знаю вашего мужа, он хороший генерал, достойный воин, мы сражались рядом не раз.

У меня все упало. Рухнула последняя надежда с таким жутким звоном, что меня повело в сторону и в глазах потемнело. Я попыталась встать, но крах выбил остатки сил, и мир померк...

— Харт, блядь! — слышался голос словно из-подо льда. Не рядом, издали. — Почему меня не разбудил?

— Да тебя и ревом дракона не добудишься обычно.

— Что ты ей сказал? Ты разве не видел ее состояние? Он… он!.. эхилова мерзость! — Визави явно беспокоился и ходил туда-сюда: каблуки его сапог постукивали по камню. — Ты же прекрасно знаешь, кто такой Рагмор! — неистовым шепотом ругался Дамиран. — Сука, как же он меня достал! Убью, мразь… — зашипел он.

— И отправишься в казематы. Это ей поможет?

— Да что ей теперь поможет? Раньше думать нужно было…

— Раньше…

— Молчи, Харт, вот Эстиер клянусь, всеку так, что мало не покажется, не посмотрю, что ты мой правитель.

— В первую очередь, успокойся. Она просто упала в обморок, лекарь сказал, что через час-два придет в себя. Угомонись ты и сядь! С твоей спиной только бегать.

— Все со мной в порядке, — отрезал генерал.

— Ага, я вижу. Тут и лекарь не нужен. Старая травма открылась?

— Отвали, а?

— Когда ходить не сможешь, поздно будет.

— Цыц! Кажется, она пришла в себя. Иди уже к своим, а то Эли меня потом на тряпки порвет. Я сам тут. И пусть ужин нам принесут.

— Поспи хоть немного, — шепотом сказал его величество, щель в двери пропускала каждое слово. — Утром решим ваш вопрос.

Дверь скрипнула, открылась шире, мягкий свет из коридора скользнул по полу.

— Как ты? — внезапно перейдя на «ты», Дамиран приблизился и сел на край постели, тронул мои волосы, но быстро убрал руку. Улыбнулся смущенно, пропустил свои черные растрепанные пряди сквозь пальцы и убрал их с лица. Лон оконтурил строгие черты лица и выделил шрам, рассеченную бровь и особенно глубокий и грубый под глазом. Как мужчина не ослеп от такого ранения?

— Я все слышала, — прошептала и осмелилась коснуться его щеки. Задрожала, опасаясь, что разгневаю этим жестом дракона, который только что орал на короля. — У тебя с Хаконом вражда? Хочешь за что-то ему отомстить? — может, в этом причина его решительных действий? Зачем генералу такая проблемная любовница? Он может заполучить любую другую. Смысл со мной возиться?

Дамиран прикрыл веки, поджал губы, накрыл мою ладонь своей.

— Думаешь, что я так изощренно решил ему отомстить? — распахнул глаза.

Я утонула в расплавленном олове его глаз. Прикипела к ним, как завороженная.

— Пытаюсь понять, — отозвалась еле слышно.

— Почему я здесь? — договорил он за меня.

— Да, — слабо кивнула, продолжая вглядываться в самую глубь его темных зрачков.

— Это сложно, Лори… невыносимо сложно озвучить…

Мужчина приблизился, почти коснулся моих губ, но в дверь постучали. Генерал резко отстранился и пошел открывать.

Я приподнялась на локтях, чтобы посмотреть, кто пришел. В голове шумело, горло болело, но я чувствовала себя в безопасности и это придавало сил.

Забежали слуги, зажгли свечи, занесли ужин, все быстро расставили и удалились. Визави оценил, что столик от кровати находится далеко, довольно топорно потянул его по полу. И, когда справился, подтащил кресло и сел с другой стороны.

— Приятного аппетита, — буркнул он и, не глядя на меня, принялся разгрызать огромную мясную ножку.

— Благодарю, — посмотрела на него с улыбкой. Села на край кровати и жадно набросилась на еду. К демонам этикет. Я умирала с голоду.

Не спрашивая, буду или нет, Дамиран налил мне полный бокал вина и себя не обделил. Потянулся крупной рукой, едва не уронив бокал на белую скатерть, тихо выругался.

— Извини… те…

— Не страшно, — отсалютовала ему своим фужером. — Мы же вроде на «ты»? — выпила и выгнула вопросительно бровь.

— Не знаю насколько это уместно, — он уронил взгляд на стол, очевидно растерявшись, и потянул на тарелку кусок сыра, закинул в рот целиком, поперхнулся и запил все вином. Откашлявшись, все-таки сказал: — Если тебя… это не смущает, я не против.

— Мне так проще, — отпила я еще, чувствуя, как тело расслабляется и шум в голове проходит, сменяясь легкой дымкой опьянения. Вспомнился тот день на балу в Ветроне. Я силилась понять, почему тогда поверила словам Хакона и отказала Дамирану в танце. Не дала ему шанса рассказать о себе.

— Пока ты спала, мы с его величеством переговорили на счет твоего дела. — Генерал откинулся спиной на кресло, закинул мощные руки за голову. — Харт говорит, что мало закон переписать, нужно еще отменить магический ритуал, которым связывают жену и мужа, а это сложнее. Нужно с главным жрецом пообщаться, вдруг он что подскажет. Ты на что готова пойти ради свободы?

Я оживилась и радостно подалась вперед. Неужели получится?

— Да на все, — отчаялась настолько, что уже все границы стерлись. Если попаду в руки мужа, он меня точно уничтожит.

— Вообще на все? — он дернул бровью и опустил руки, глянул на свои пальцы, сжал кулаки.

— У меня нет выбора. Я сделаю все, что потребуется, — опрокинула залпом бокал и посмотрела ему прямо в глаза. — Хакон меня убьет или… того хуже.

— И что же может быть хуже?

— А ты не догадываешься, что для женщины может быть хуже смерти? Именно это Хакон и хотел сделать, когда я сбежала и чуть не попала под карету, — меня бросило в жар.

— Смерть необратима, Лори, ничего хуже быть не может. Все остальное можно преодолеть. — Он поднялся. Лицо пробило гримасой боли, но мужчина ровно прошел в сторону одной из дверей, ведущих из комнаты. Оглянулся на пороге. — Отдыхай.

Я улыбнулась и проводила его взглядом. Вот только сна не было ни в одном глазу. Вино лишь взбодрило. Мысли не давали покоя. Метались в голове с молниеносной скоростью. Да и волнение будоражило кровь.

Какое-то время я пыталась успокоиться и заставить себя уснуть, но не вышло. Решила пойти смыть с тела остатки этого дикого дня. Вышла из комнаты в предпокои и увидела, что дверь в купальню приоткрыта. Приблизилась, заглянула в щель и остолбенела.