Мягкие лучи солнца пробивались сквозь края светонепроницаемых штор, подчеркивая линии и изгибы тела Элоди.

Она уснула несколько часов назад, но я не позволил себе сомкнуть глаз.

В записке Илая было сказано, что Гром не даст мне еще одного дня, чтобы убедиться, что Искорка оправилась от того ада, через который мы прошли.

Я купил тебе одну ночь. Всегда пожалуйста.

Вот и все, что там было написано, но этого оказалось достаточно.

И теперь настало время уходить.

Я глубоко вдохнул ее аромат, затем заставил себя подняться с нашей постели.

Драконы обычно не берут в полет сумки, но мне было плевать на традиции. Мне нужен был запах моей женщины. Иначе я не переживу расставания с ней.

Так что я взял ее рюкзак, аккуратно выложил учебные принадлежности на кухонный стол и наполнил его вещами, которые пахли ей.

Две мои футболки, которые она носила.

Маленький плед с дивана.

Несколько ее резинок для волос.

Пара ношеных шорт и несколько крошечных бюстгальтеров, что искушали меня неделями.

Мой телефон, где был записан ее номер.

Все эти вещи я упаковал в пластиковые пакеты, чтобы запахи не смешались, когда Гром будет обыскивать мои вещи. Вряд ли они позволят мне оставить телефон, но попробовать стоило.

Тихие шаги на крыльце подсказали, что время вышло.

Я в последний раз зашел в нашу спальню и долго смотрел на свою спящую женщину.

Свою пару.

Затем я сделал шаг назад.

И вышел из дома.

Каждый вдох, что я делал, уходя от нее, причинял адскую боль, но я продолжал идти.

Потому что единственной альтернативой было сделать ее своей, обрекая на полгода тюрьмы, в которой она не выжила бы.

Но моя грудь все равно ныла от осознания, что я покидаю Элоди.

Илай ждал на крыльце.

– Готов? – В его глазах читался вопрос и сожаление.

Они с Джаспером понимали не хуже меня: если бы один из них, как и положено, был тогда в Скейл-Ридже, мне бы не пришлось заключать сделку с Виллинами, чтобы защитить нашу сестру.

А если бы я не заключил сделку с Виллинами, меня не ждала бы тюрьма.

Но нет смысла зацикливаться на прошлом.

Я пережил зной, чтобы сохранить жизнь своей паре. Теперь вопрос заключался в том, смогу ли я продержаться в тюрьме, чтобы вернуться к Элоди и сделать своей навсегда.

Илай спросил, готов ли я.

Конечно нет.

И никогда не буду.

Но я все равно закрыл за собой дверь.

– Защищай ее.

– Само собой.

Илай засунул руки в карманы и пошел со мной через двор.

– Не позволяй другим парням прикасаться к ней.

Он бросил на меня взгляд, означающий то, что я и так знал, – он не сможет это обеспечить.

Я сжал зубы.

Мне просто придется доказать, что я лучше любого ублюдка, которого она может привести в дом в мое отсутствие. Мысль о том, что она разделит нашу постель с кем-то другим, вызывала во мне желание убивать – желательно того, с кем она попытается провести ночь, – но мне пришлось смириться с ситуацией.

Я верну ее.

Другого выхода не было.

– Пошли, – рявкнул Гордон.

Не позволяя себе оглянуться на дом, я разделся, переворотился и, прежде чем взмыть в небо, подхватил когтями рюкзак.

Я вернусь за своей Искоркой в наш новообретенный дом так скоро, как только смогу.