За свет и мир мы боремся,

Они – за царство тьмы.

Мир был красным.

Он цвёл кумачом.

Давно и в детстве.

Где-то в основании его пылали костры Революции. Костры Октября. Будёновки, «бурнаши», горящий мост и твёрдая вера – проскочим! Потом была Священная Война. Великая Отечественная война советского народа. Ветераны в сквере Большого театра, гвоздики в руке, звон медалей, песни. Комок в горле. Был нерушимый мир. И посреди него снова была твёрдая вера – неисчислимые жертвы, принесённые на алтарь Победы, искупают всё: нет зла, мы будем жить вечно, рейхстаг повержен и Красная армия всех сильней.

Мы росли в царствии земном.

В славе поколения победителей.

Среди людей, выкованных из небесной стали.

А потом всё закончилось. И пионерские песни, и советская эстрада, и первомайские демонстрации, и радиоприёмник. Наступило всеобщее солнечное затмение. И Тухманов с его волошиными-мицкевичами-верленами-бодлерами стал просто смешон. Впрочем, как и Утёсов с его джазом. Мир упростился до кошелька. А мы – до благонамеренных потребителей.

И всё же, всё же. Время от времени мы приходим к сумрачному побережью, чтобы, подобно древним, встретить одну-единственную волну – волну памяти.

Вселенная СССР была настолько велика, настолько преисполнена и легендами, и героями, настолько блистательна в величии своём и так уязвима в своей идеалистической незащищённости. Сакрализация этой вселенной оказалась неизбежной. Выходит – было там и разумное, и светлое, вопреки злым языкам.

Ребёнок Страны Советов, я отдаю своей советской Родине ту малую часть долга, что в силах отдать. Отдаю этой книгой, собранной из колонок разных лет.

Быть может, музыка, о которой я пишу, – музыка Красной Империи – всё ещё живёт и в ваших сердцах. Тогда эта книга адресована вам – помнящим о времени идеалов, о времени свершений, о времени долженствования силы духа над суетливой мелочностью плоти.

Помните о непроходящем.

Слушайте Советский Союз!

«Передаём сигналы точного времени. Начало шестого сигнала соответствует пятнадцати часам московского времени. Говорит Москва. В столице пятнадцать часов, в Ашхабаде – семнадцать, в Караганде – восемнадцать, в Красноярске – девятнадцать, в Иркутске – двадцать, в Чите – двадцать один, во Владивостоке и Хабаровске – двадцать два, в Южно-Сахалинске – двадцать три часа, в Петропавловске-Камчатском – полночь».

Сергей Цветаев