Второй день Рождества, суббота 26.12.2020

КАРЛ

Юрек Ясинский пил не просыхая с самого сочельника— всё потому, что баба его изводила.

Они ругались больше недели, и наконец он не выдержал. Десять заветных бутылок, припасенных на весь будущий год, были разом извлечены из заначки, и тогда запой начался по настоящему. После полутора бутылок такая водка «Балкан 176» била зверски сильно со своими восемьюдесятью восемью градусами алкоголя, и Юреку нравилось это ощущение.

Уже на следующий день она, крайне возмущённая, оставила Юрека на произвол судьбы и уехала поездом в Хорсенс, где её сестра жила с мужем.

Это было, вкратце, то объяснение, которое Юрек использовал, отвечая на вопрос, почему он не сразу отреагировал на яростный стук в дверь.

Он пошатывался, когда вел их в комнату, пропахшую потом, сигаретами и выпивкой.

— Будете по одной? — криво усмехнулся он и, не дожидаясь ответа, опрокинул в себя следующую порцию. Он действительно умел держать удар.

— Ты ведь помнишь меня, Юрек? — спросил Асад.

Тот кивнул и ухмыльнулся так, что брызнула слюна. — Наш маленький разговор о металлических стульях и Олеге Дудеке. Что ты еще хочешь знать об этом засранце?

— Взгляни на это фото! — Асад поднес к его лицу фотографию Сисле Парк с двумя пленными мужчинами. — Не смотри на них, посмотри на рельс на потолке. — Затем он подсунул ему новое фото с увеличенным фрагментом, где были видны рельсы.

— Что это, черт возьми, такое? — Он потер затуманенные глаза и нащупал очки, валявшиеся среди окурков и использованных бумажных полотенец.

— Не смотри на людей, смотри на рельсы, Юрек. Ведь это ты устанавливал их вместе с коллегой пару лет назад?

— Пару лет назад? — Теперь он выглядел как человек, которому нужно что-то покрепче «Балкана 176», чтобы прийти в себя.

— Это было точно до 2017-го. Мы думаем, в 2016-м или раньше.

— Эти рельсы? — Он ткнул в них прокуренным желтым пальцем. — Сейчас я скажу вам, почему я их помню. Они, черт бы их побрал, сидели слишком близко. Если использовать их для какого-то подъемника, на кой черт им быть так близко друг к другу?

Карл на мгновение затаил дыхание. — Ты их узнаешь? — спросил он, чувствуя, как пульс зашкаливает.

— Хреново придумано — ставить их так тесно, — пробормотал тот. Теперь оставалось только заставить его извилины заработать на полную мощность.

— Юрек, нам нужно срочно узнать, где ты их устанавливал. Мы не знаем адреса, и если не узнаем, эти двое на фото очень скоро умрут. — Асад помедлил и вздохнул. — Если уже не поздно.

— Может, они какие-то козлы? — Он хихикнул про себя.

— Один из них — наш человек, так что нет, не оба. Давай же! Ты знаешь, где это? — спросил Карл, чувствуя сильное искушение схватить его за шиворот халата и вытрясти из него весь спирт, но тут вмешалась Роза.

— Ты видный мужчина, Юрек. И я уверена, что твоя жена — дура, раз оставляет тебя здесь совсем одного в рождественские дни. Но теперь, когда она ушла, ты мог бы заработать тысячу крон и продолжать пить, пока она не вернется. Что скажешь? — Она помахала купюрой прямо перед его носом.

— Что я должен сделать? — буркнул он.

— Сказать нам, где ты ставил эти рельсы. Вспомни всё, что можешь!

Он подался вперед, сцепив руки на груди, так что перегар полыхнул во всю силу, едва не сбив Асада с ног.

— Где это было, где это было? Kurwa, kurwa! — Он потер виски и затряс головой, словно пытаясь выстроить внутреннюю линию времени.

— Это было в Копенгагене? — спросила Роза, продолжая махать банкнотой.

Он кивнул.

— На установку ушло три дня, потому что баба, которая заказала работу, выставляла нас вон через пару часов каждый день, а бетон на потолке был сущим gówno.

— Gówno?

— Дерьмо, ты что, по-польски не понимаешь? Он был такой gówno твердый, что мы…

— ГДЕ? Юрек. ГДЕ? Это всё, что мы хотим знать! — настаивала Роза, делая вид, что убирает купюру обратно в кошелек.

— Стой, стой! Это было немного за пределами Копенгагена, вдоль скоростного шоссе. Мы не могли взять в толк, что это за объект, потому что стройка не была завершена. Там был лифт и несколько этажей под землей— но над землёй только один этаж. Можно было подумать, что мы в Варшаве, когда там ещё были русские. Там были и другие здания, которые просто стояли недостроенными.

Роза прилепила купюру ему на лоб. — как далеко по магистрали? В сторону Хельсингёра или Хиллерёда? Думай, человек!

— Ты не можешь ехать так быстро, — предупредил Асад. — Это тебе не патрульная машина.

—Да какая к чёрту разница, считай, что патрульная!, — возразил Карл.

— Да, ты так говоришь, но здешняя полиция об этом не знает, и если они нас остановят за то, что ты выжимаешь 180 на «Альфа-Ромео» без мигалки на крыше, они тебя повяжут, Карл. Сбавь скорость.

Роза хлопнула его по плечу с заднего сиденья. — Жми на газ, Карл. Асад прав, но…

Карл вспотел. Они примерно знали, где находится здание, и примерно понимали, как оно выглядело пять лет назад. Но что, если его достроили? Юрек Ясинский описал одинокое белое бетонное здание напротив того, которое они искали, — там они пару раз просились в туалет, но то здание, к сожалению, было не слишком приметным.

— Вы увидите его с магистрали, мимо точно не проедете. — И после этого он получил свою тысячу крон.

— Я до сих пор не могу поверить, какое это невероятное везение, что Асад уже знал этого человека. Каковы шансы на такое? — сказала Роза.

— Когда в деле замешаны польские рабочие, случиться может всё что угодно, — ответил Асад. — Вы не знаете притчу о стаде верблюдов, которые хотели усыновить осла, потому что думали, что это сделает их интереснее? Нет? Ну, в общем, они нашли…

— Вон там! Карл, — крикнула Роза. — Прямо там. Посмотри на здание, оно похоже на руины Всемирного торгового центра. Смотри! С одной стороны оно возвышается до второго этажа, а стена с противоположной стороны едва доходит до первого.

— Он так его описывал? — Карл сомневался. Он не узнавал описание.

— А как еще? Это первое подобное здание на всем отрезке. Сворачивай, Карл. Прямо сейчас, ты успеваешь.

— Тогда историю про осла послушаете в другой раз, Карл. Я согласен с Розой. Оно выглядит так, как запомнил Юрек.

Карл свернул на следующем съезде под визг шин и направился назад в промзону.

— Вы его видите? Я — нет! — в отчаянии произнес Карл. Перед ним было не меньше двадцати зданий, которые не были одинаковыми, но всё равно походили друг на друга. И между ними петляли дороги, казалось, лишенные всякого общего плана. Такая промзона, которая разрасталась с шестидесятых и в итоге оказалась в ловушке собственного уродства.

— Почему здание в этом квартале не достроено, можете мне сказать? — спросил Карл, объезжая одну боковую улочку за другой.

— Плохие стройматериалы могут остановить любое строительство, — ответил Асад.

— Как тот новый небоскреб на Амагере, где бетон в фундаменте, говорят, не выдерживает столько этажей, — добавила Роза¹⁰¹.

— Да, или просто деньги кончились, — предположил Асад.

— Что говорит твой список недвижимости, Ассад? Есть ли у Сисле какая-нибудь собственность здесь? — спросил Карл.

Тот покачал говолой. — Давно уже проверил, Карл. Нет. Но она могла его арендовать.

Карла передернуло. — Кто, кроме психопатки вроде Сисле Парк, додумается арендовать такое место исключительно для того, чтобы там убивать?

Роза указала пальцем: — Вон там, направо, Карл.

Теперь он увидел его. Бетонное здание, где первый этаж, казалось, был цел, с дверями и окнами, но в остальном оно выглядело совершенно заброшенным. Вокруг была довольно большая парковка, а табличка гласила, что здесь можно арендовать место на круглогодичной основе. Цена за стандартную парковку составляла пять тысяч крон в год. Сейчас, в праздники, машин не было, но промзона была застроена очень плотно, так что в обычные дни здесь наверняка всё было забито. Карл прикинул, что если всё это сдавать, то годовая прибыль составит не меньше трех четвертей миллиона. Тоже своего рода бизнес.

— О-о-о нет, — воскликнул Асад с отчаянием в голосе. — Теперь я понял, что это. Это она владеет этим. Это просто было продано ей как парковочная зона. Мне и в голову не пришло, что посреди парковки может стоять такое здание. Если бы я только проверил это.

Неудивительно, что он выглядел таким расстроенным.

Карл затормозил перед главным входом. Если бы не десять ступенек, ведущих к нему, он бы протаранил дверь машиной.

Роза уже была у двери и дергала её — разумеется, заперто.

— Может, там сигнализация, — крикнул Карл. — Если мы взломаем дверь, она получит предупреждение.

— Да, если она внутри. Это ведь не факт.

— Нет. Если бы хоть увидеть, где сейчас лифт, это бы помогло. Если он в самом низу, значит, она там, — сказал Карл.

Асад указал наверх: — Посмотрите туда!

Все трое посмотрели на южную стену, возвышавшуюся над плоской бетонной крышей. Это был единственный признак того, что здание изначально задумывалось многоэтажным. С южной стороны здание должно было казаться на этаж выше, но отсюда было видно, что это лишь иллюзия, вроде потемкинских деревень или декораций в голливудской студии.

— Что ты видишь, Асад?

— Отсюда не разглядеть, зачем возвели эту стену, но вам не кажется, что лифтовая шахта соединена с ней.

Одна и та же мысль пришла в три головы одновременно: они бросились бежать вокруг здания.

— Как туда подняться? — крикнула Роза. Южная стена не давала ответа, поэтому они побежали дальше и оказались среди чего-то, напоминавшего самую настоящую свалку.

Всё пространство между зданием и забором, ограничивавшим территорию в десяти метрах, было завалено бетонными блоками, вонючим изоляционным материалом, гнилыми европалетами, ржавыми таврами и колючей проволокой, перемешанными с разным мусором и сваленной в кучи высотой в несколько метров. Подлинное свидетельство того, насколько халтурным был подрядчик, возводивший это здание.

— Здесь не пройти, Асад, — крикнул Карл. Но тоть как ищейка, почуял возможность и исчез.

Карл на мгновение замер и огляделся.

— Куда он делся? Ты его видишь, Роза? — спросил он.

Она покачала головой и посмотрела на часы с испугом в глазах. — Мы не можем вызвать подкрепление прямо сейчас, Карл? Нам ведь нужно внутрь.

Карл кивнул и достал мобильный. Значит, вот здесь для него всё и закончится. «Мой последний миг на свободе», — подумал он и уже собирался набрать номер, когда они услышали крик Асада сверху — он был на крыше.

— Разведите в стороны те две палеты, которые прислонены друг к другу. Ты стоишь всего в четырех-пяти метрах от них, Карл.

Он посмотрел вверх и увидел кучерявую макушку, выглядывающую из-за края.

— Да, вон там, — сказал он, указывая. — Лифт на первом этаже заблокирован болтами, так что поднимайтесь по лестнице на крышу. Дверь на этаж открыта, и лифт здесь выглядит так, будто он в рабочем состоянии. Только он заперт.

Все трое стояли на крыше и осматривали замок лифта. Это был обычный типовой замок, в котором, вероятно, нужно было просто повернуть ключ, чтобы лифт поехал вверх, и тогда дверь, скорее всего, открылась бы автоматически. Но у кого был ключ? Только не у них.

Напряженно соображая, они оглядели бетонное покрытие. Здесь валялось не меньше двадцати палет с застывшими мешками бетона и арматурой. Стройка, должно быть, была заброшена в один день. Типичный исход для подрядчика, который откусил больше, чем смог проглотить, и обанкротился.

— Должно же здесь быть хоть что-то, чем можно выломать замок, — сказал Асад. Но Роза колебалась.

— Если нам вопреки ожиданиям это удастся, Асад, лифт начнет подниматься, и Сисле будет предупреждена.

Карл был согласен с ней, но какой еще оставался выбор?

— Если Мауриц и Гордон ещё живы, мы должны пойти на этот риск. Может быть, она не решится на столь крайние меры, когда поймёт, что её вот-вот раскроют.

— Может быть, — фыркнула Роза. — Сейчас я бы только хотела, чтобы хоть один из нас был вооружен. Что у нас есть, чтобы остановить её, если мы спустимся вниз, а она будет нас ждать?

— Вот это, — раздалось сзади. Асад стоял в паре метров от них, держа в одной руке пучок обрезков арматуры.

— Асад, у тебя есть что-то, чем можно выломать замок? Иначе с этими шампурами мы далеко не уедем.

— Да, вот, — сказал он и торжественно поднял в воздух пояс для инструментов.

Он бросил пояс в руки Карлу, который пошарил в карманах, но не нашел ничего, кроме пустой коробочки из-под леденцов «Gajol¹⁰²» и пачки сигарет «Prince» с одной-единственной сигаретой внутри.

— Здесь ничего нет, Асад.

Асад передал шампуры Карлу и взял пояс. — Ты за деревьями леса не видишь, Карл. Смотри!

Он поднял пряжку ремня перед лицом Карла и указал на шпенек, который вставляется в отверстие кожаного ремня.

— Нержавеющая сталь, очень хорошее качество, — сказал он и указал на клеймо. Затем он поднял с пола кусок бетона и с силой вогнал плоский конец пробойника в замок. — Иногда это срабатывает само по себе, а иногда нет, — нервно произнес он. Он подождал мгновение, глядя на моторную часть лифта, которая не реагировала. Затем он глубоко вдохнул, крепко схватился за рукоятку и провернул. Через несколько секунд стало ясно, что и это напрасно, и Карл снова схватился за мобильный, чтобы вызвать подкрепление.

— Жди! Я еще не закончил, — остановил его Асад.

Возможно, Карл надеялся, что замок поддастся с эффектным скрежетом металла и что мотор над ними заведется с гулом, — но этого не произошло.

— Теперь готово, я думаю, — неожиданно сказал Асад и сунул руку в свой карман. Связка ключей, которую он вытащил, не показалась бы чем-то особенным тому, кто в этом не разбирается, но Асад выудил один ключ из связки и показал его Розе и Карлу.

— Это не бамп-ключ¹⁰³, но близко к тому. Вы знаете принцип. Ключ с регулярными мелкими зазубринами, который вставляют в замок, а затем осторожно ударяют по нему, чтобы быстро провернуть вправо, пока штифты расходятся в стороны.

Они осторожно кивнули.

— Но так как у меня такого нет, я использую вот этот. — Смотри, бороздки не очень глубокие. Это ключ от почтового ящика — остался с одного из тех мест, где я жил до возвращения семьи. — Он осторожно вставил его в замок. — До этого я просто хотел убедиться, что штифты свободны, и теперь это так.

Карл затаил дыхание: Асад несколько раз осторожно ударил по ключу и сразу после удара попытался провернуть.

Когда он попробовал несколько раз без успеха и уже начал понемногу потеть, Карл включил мобильный и позвонил Маркусу Якобсену.

— Да, ну что, Карл? — тут же отозвался тот. — Готов сдаться?

— Да, ведь придется, — ответил он.

— Йе-е-ес! — закричала Роза, когда в тот же миг Асад сумел провернуть ключ в сторону, и мотор над ними заурчал.

— Но не сейчас, так что бывай, Маркус. — И пока реле щелкали где-то в глубине, а лифт начал движение вверх, он выключил телефон и швырнул его за край крыши, вниз, в груды металлолома.