Машина останавливается у двухэтажного дома. Во дворе стоят мужчины. Услышав сигнал, на крыльцо выходят пару женщин. Тот мужчина, который забрал меня из дома, открывает мне дверь.

— Выходи. И иди прямиком к женщинам.

Гулко сглотнув, выхожу из машины. Под прожигающими взглядами иду к дому. Останавливаюсь, когда подхожу ближе к женщинам. Стою, опустив голову. Ноги трясутся. В руках сжимаю сумку с моими небольшими пожитками.

— Проходи. — звучит холодный, безэмоциональный голос.

— А как же обычаи? — слышится смешок от женщин.

— Я не свадьбу праздную, чтобы обычаи соблюдать. — резко отвечает тот же холодный голос. — Чего встала?

Делаю только один шаг, как к дому подъезжают машины. Бросаю один взгляд и замираю. Кто из них теперь мой муж?

— Не обманул старик. — усмехается мужчина. Голос почти как у моего дедушки. Возможно, это глава моей новой семьи.

— Им же лучше. — голос молодого парня и в ней столько сарказма и злости. Как эти две разные эмоции выражает один человек, не знаю. Но это факт. Но пугает меня больше он сам. Только от одного голоса по коже мурашки.

— Поздравляю внук, ты теперь женатый человек. Отпраздновали бы, да только не тот случай.

— Я, — подходит ближе. Вижу носок обуви и тут резко и очень болезненно хватает за подбородок. Впивается пальцами, причиняя сильную боль. Вскидываю взгляд и распахиваю глаза от страха. Напротив глаза горят от ненависти, злости и обещают причинить мне много боль. Вижу в его взгляде свой конец. — Сейчас занят. Пообщаюсь с женой позже. Мама, пусть приступает к своим обязанностям. Допустит малейшую ошибку, накажи. Или оставь мне, сам воспитаю. Иди. — отталкивает меня и демонстративно с неприязнью на лице, вытирает руки о брюки.

Сдерживая слезы, опускаю голову и иду за женщинами. Кто бы знал, как мне страшно. Никогда не испытывала такого животного ужаса, как от взгляда моего мужа. Как же я хочу к маме. К брату…

— Вещи оставь у входа. У нас, как видишь, гости, иди на кухню и приготовь для всех поесть.

— Хорошо. — шепчу.

— Молчи! — от ее окрика поддаюсь назад — Не хочу слышать твой голос! Ненавижу всю твою семейку!

— Мадина, успокойся. Идем в гостиную, а ты иди на кухню.

Мне ничего не остается, кроме как, выполнить то, что сказали. Оставив вещи, замираю в растерянности, не зная, куда идти. Встречаюсь со взглядом одной женщины, мелькает сочувствующая улыбка на ее губах, и она кивает в сторону. Благодарно склоняю голову и иду в указанном направлении. Приходится быстро ориентироваться на чужой кухне.

Полчаса спустя, когда я в самом разгаре процесса готовки, во дворе раздается крик. Брат Ихсан.

— Айлин, выходи.

— Как ты посмел сюда заявиться? — с ненавистью орет мой муж. Со страхом бегу во двор и замираю на крыльце, схваченная за руку. Дедушка моего мужа держит крепко.

— Моя сестра не останется здесь. Айлин, иди сюда.

— Она теперь моя жена. — толкает брата в грудь и бьет по лицу. — Пусть только сделает шаг, ноги переломаю.

— Только тронь ее, я тебя закопаю. — рычит брат, но не бьет в ответ. Зато Имам не сдерживает себя и бьет в живот.

— Брат! — кричу, увидев, как стекает кровь изо рта.

— Рот закрой! — кричит на меня Имам. — Зайди в дом и, чтобы голову оттуда не показывала.

— Отпусти, Айлин. Со мной можешь делать все что хочешь. — упрямо стоит брат.

— Отпустить ее? Ни за что! Она покинет этот дом только в одном случае. Вперед ногами и прямиком в могилу! Она пойдет туда же, куда ты отправил мою сестру!

— Я намеренно не отправлял твою сестру туда! — орет брат и толкает Имама в грудь.

— Мне плевать! Твоя сестра отправится туда намеренно. Помогите ему добраться до дома. — говорит Имам, ударив брата еще раз в живот. — А ты, — подходит, хватает за волосы на затылке и, щеку обжигает болью. — Еще раз посмеешь вспомнить об этом убийце, язык отрезу!

— Не трогай её! — кричит Ихсан, пытаясь вырваться из рук мужчин.

— Если хочешь, чтобы она дольше жила, не приближайся ни к ней, ни к кому-либо из моей семьи. — тянет назад за волосы. Слезы текут от боли, от обиды за брата, за себя. — Каждая твоя выходка или встреча, она будет страдать. Запомни! — вторую щеку обжигает болью.

— Я тебя понял. Я ухожу. — вижу во взгляде брата отчаяние, но он медленно уходит, не сводя с меня взгляда. — Только не трогай ее. Прости меня, малышка.

— Брат… — душа и тело рвутся к нему, но меня держат крепко.

— Я сказал не смей говорить о нем! — получаю третью пощечину. Чувствую во рту горечь, губу разбил.

— Не трогай её! — кричит брат, делая шаг вперед. Жмурюсь, увидев, как Имам поднял руку. — Стой! Я ухожу. Она больше не напомнит обо мне. Даю слово.

Брат уходит со слезами на глазах. Запоминаю каждую черточку на его лице. Не знаю, увидимся ли мы с ним еще раз.