Три месяца спустя.

Айлин

— Эй, — кричит из гостиной Имам, и я направляюсь на зов. — Сейчас ко мне друзья придут, приготовь что-нибудь. — не отрывая взгляда от телефона, отдаёт он приказ.

— Хорошо, — голос тихий, без эмоций. Всё равно от меня ждут только пару слов. Что-то типа: хорошо, да, конечно, как скажете.

Три месяца прошло, как я живу в этом аду. С того дня, брата я больше не видела. Не только его, вообще никого из родных не видела. Отметины от ремня до сих остались, сходят очень медленно. Но их скрыли другие. Не пересчитать, сколько раз за этот месяц Имам поднимал на меня руку.

Он не стеснялся никого. Есть гости, нет их, его не волновало, если ему хотелось поднять на меня руку. Бывает, просто накрываешь на стол, а он возьмёт и ногой толкнёт. И если при этом ты разольёшь чай или уронишь что-то, прилетало больше. Хватает за волосы, тащит на кухню или в комнату и бьёт, чем попадётся под руку. Пару раз и во двор таскал, чтобы перед мужчинами избить.

В первое время кто-то пытался его остановить, но он посылал их.

— Я будущий глава! Буду делать то, что хочу. Будете мешать, окажетесь на её месте. Вы отлично знаете, что дедушка мне ничего не скажет. Пошли прочь!

Было до ужаса стыдно, неприятно валяться в грязи перед мужчинами. Но ко всему привыкаешь.

Даже привыкла к тому, что его друзья вытирают об меня ноги. Каждый раз придя сюда, они как только не называют меня. Как только не оскорбляют словами. Имам с довольной улыбкой смотрит за этим. Хорошо хоть меня трогать им не разрешает.

Свекровь молча наблюдает за всем с каменным лицом. Свёкру вообще плевать на всё вокруг. Дедушка же, следит прищуренным взглядом и с усмешкой на губах.

— Судьба у тебя такая, прислуживать этой семье. И никогда не надейся на то, что станешь женой главы этого дома. Жену я своему внуку найду достойную, а не из семьи убийц и служанку.

Было больно и неприятно слышать такое, но это правда. Да и не стремлюсь я становиться хозяйкой этого дома. Мне этого не надо. Я ненавижу этот дом всей душой.

Неделю назад, после очередного избиения, хотела покончить с собой. Сил уже совсем не оставалось терпеть всё это. Но меня поймал Имам и пригрозил:

— Попробуешь только сделать что-то с собой, вырежу всю твою семейку. Запомни, ты умрёшь только тогда, когда я этого захочу.

У меня даже права нет на смерть…

— Имам, встречай друзей. — с весёлым гомоном, появляются во дворе друзья Имама. Мужем назвать его язык не поворачивается.

— Проходите. Я заждался уж.

— Где наша игрушка? — заглядывает на кухню самый наглый. Зовут его Закир, личности неприятнее него не видела. Лицо надутое и красное, глаза узкие и на толстом лице, смотрятся не очень привлекательно. Кривые, жёлтые зубы, которые я уверена, моет раз в год. Пахнет ещё так противно от него. Сигаретный дым смешанным с запахом пота.

Как его Имам терпит?

Только чисто для того, чтобы он издевался надо мной. Никак иначе.

— Жрать приготовила, грязнокровка? — с противной ухмылкой садится за стол. Остальные стоят и следят за нами.

— Сейчас накрою на стол. — шепчу в ответ.

— Шевелись, паршивка. Криворукая, кривоногая, уродка… Имам, друг мой, как ты вообще женился на этой тупице? От одного её вида меня тошнит.

— Эх, жаль. — напускной грустью говорит Имам. — Я хотел её тебе отдать… — с ужасом вскидываю на него взгляд.

— Да? — воодушевляется жирдяй и с интересом смотрит на меня. — На пару дней я бы забрал её. Я даже аренду оплачу тебе за эти дни.

— Пойдём, в гостиной обсудим условия сделки.

Ну неужели я так мало страдала? Всевышний, за что ты со мной так? Мало мне тумаков от Имама, так ещё и это? Не хочу! Не хочу!

— Быстро накрой на стол! — Крик Имама приводит в себя. Застыла на месте.

Читая про себя молитву, начинаю накрывать на стол. На окрики и смешки ребят не обращаю внимания. Меня больше волнует, правда ли Имам отдаст меня Закиру. Я не переживу этого. Не смогу.

— И сколько говоришь, готов отдать за эту грязь? — слышу насмешку в голосе Имама. Замираю.

— Готов продать почку. — начинает мерзко хохотать. Сердце набатом стучит в ушах.

— Неплохо, неплохо. Что замерла? Накрой на стол и сваливай отсюда. — убегаю, быстро перебирая ногами.

Час. Целый час из гостиной раздаётся смех. Я не могу, как раньше отстраниться от этого и спокойно приняться за приготовление ужина. Тело сковано ужасом, и на каждый шорох оборачиваюсь. Каждую секунду ожидаю, что Имам зайдёт и отдаст меня Закиру.

— Что ты шарахаешься, как ненормальная? — хмуро смотрит на меня свекровь. Услышав шаги, я резко обернулась, сжимая в руках вилку, но это оказалась свекровь, а не Имам с Закиром.

— Ни… ничего… — опускаю взгляд и прячу руку с вилкой назад.

— С ума сходишь, что ли, уже? Или решила с вилкой на меня напасть? Хочешь к дочери меня отправить? — усмехается и налив себе чай выходит — Больная дура!

Не вас, а себя отправила бы с огромным удовольствием к вашей дочери. Со счастливой улыбкой ушла бы в иной мир. И если Имам сделает то, что сказал, я уйду. Лучше умру, чем дам прикоснуться к себе Закиру или кому-либо. Ни за что!