Муж был заметно напряжен, и всё моё веселье как ветром сдуло.

Это было даже не веселье, а нервный смешок.

На самом деле меня выкручивало изнутри от ревности.

Мне было неприятно.

Я понимаю, что это провокация, но меня зацепило.

Я разогрела свою порцию, расставила овощные салатики, гренки и налила в бокалы апельсиновый сок.

И, наконец-то, села за стол.

Паша всё это время молча наблюдал за мной.

Я понимала, что он ждал ответ на свой вопрос, а я затянула паузу.

— Паш, — выдохнула я, — признаюсь честно, мне совершенно не нравится то, что сейчас происходит. Что там за неадекватный человек всё это устраивает…

— Мариш, — он поднялся со своего стула, встал передо мной на колени и обнял за талию. — Никому не верь. Я тебя люблю и мне больше никто не нужен. Не позволяй им разрушить нашу семью.

— Я не позволяю, Паш. Я хочу тебе верить, но с каждой непонятной выходкой мне становится сложнее. Правда.

— Я найду этого урода. Вычислю в ближайшее время, и всё успокоится. Я обещаю.

— Я очень на это надеюсь, — устало вздохнула я.

— Даже не думай меня бросать, поняла? — он притянул меня ближе и крепко обнял. — Я тебя никуда не отпущу. Ты моя, Марин.

Он отпрянул и посмотрел в глаза.

— Твоя, — кивнула я.

— Я люблю тебя. И всегда буду любить только тебя, — сказал он и накрыл мои губы нежным поцелуем.

Я обняла его за шею и ответила на поцелуй.

Обожаю, когда он говорит с такой нежностью в глазах, когда целует, обнимает. Действиями показывает, как я важна для него.

А он важен для меня.

— Я люблю тебя, — прошептала я в губы и прижалась лбом к его лбу.

— И я тебя. Вместе мы — сила. Не позволяй расшатать нашу крепость изнутри, я прошу тебя, — искренний взгляд глаза в глаза заставил сердце встрепенуться.

Как я могла заподозрить его в предательстве?

— Хорошо, — улыбнулась я, — а теперь давай поужинаем.

Паша вернулся за стол, и со зверским аппетитом принялся опустошать свою тарелку.

Позже мы лежали в зале на диване и смотрели фильм. Он гладил мою талию, потом перешел на грудь и поцеловал в шею.

Ему удалось завести меня за секунды. Мне очень нравятся горячие поцелуи рядом с ушком. Я буквально схожу с ума, и он это знает.

А сейчас нагло пользуется моей слабостью.

Когда Паша прижался теснее, мне в попу уперся эрегированный член.

— Хочу тебя, — прошептал мне на ухо любимый, перевернул на спину и страстно поцеловал.

Он ловко развязал мой халатик, скинул его с меня, расстегнул лифчик и стащил трусики. Затем скинул свою футболку, шорты и трусы. И тут же навалился сверху и резко вошел в меня.

— Подожди, Паш!

— Черт, я понял, — он вышел, слюной обильно смазал член и снова вошел.

— Ах, — выдохнула я и расслабилась, — теперь хорошо.

Я, как обычно, не успела увлажниться, а заниматься сексом на сухую — такое себе развлечение.

Хорошо, что он быстро понял и исправил ситуацию.

Паша принялся меня резво таранить, упираясь внутри в какую-то точку, мое возбуждение начало расти.

— Уф-уф-уф, — он дышал мне в ухо, сопел, как ежик, и двигался в одном ритме.

В общем, минут через пять я поняла, что мое возбуждение куда-то делось, и я тупо рассматриваю потолок и люстру.

Паутину надо убрать с плафонов.

И пыль протереть. Совсем черные.

А завтра мусор вынести.

Котлеты эти дурацкие выкинуть к чёртовой матери.

— Ну ты как? Скоро? Я сейчас кончу! — прошипел муж.

Ох, черт!

— Да, скоро, — простонала я и постаралась сконцентрироваться на себе, но абонент оказался временно недоступен.

Никак не получается вернуться в возбужденное состояние.

Паша еще раз смазал член и принялся глубоко толкаться в меня.

Мы шумно дышали, диван скрипел, на экране какие-то слюнявые пришельцы.

— Давай, малышка, кончай!

— Ах, о, да, а-а-а-а, — выкрикнула я, и он бурно кончил в меня.

Паша тут же вышел из меня, подмигнул и довольный пошел в ванную мыться.

Я перевернулась на бок и тяжело вздохнула.

У меня кончить не получилось.

Пришлось имитировать оргазм, чтобы его не обижать. На самом деле у меня очень редко получается дойти до яркого финала, и, я уверена, что тут проблема во мне.

Наверное, я просто полуфригидная.

А это уже мужа не должно касаться, иначе возникнут сложности в отношениях.

А оно мне надо?

Нет, конечно!

У нас и так вставляются какие-то непонятные палки в колеса в виде всяких Вик.

Так, ладно, нельзя об этом думать, иначе снова заведусь.

Паша вышел из ванны, натянул домашнюю одежду, а я встала и пошла в ванную.

Когда вернулась, он лежал на боку и похлопывал ладонью на место, куда мне нужно было лечь.

Я легла к нему лицом. Видела, что он хотел о чем-то поговорить.

— Слушай, Марин, а можешь мне описать, как выглядела та девушка?

— Могу, конечно, — я пожала плечами. — Высокая блондинка с наивными голубыми глазами. Ярко накрашена для дневного макияжа, а на её губах была розовая помада того же оттенка, что и рисунки на наших машинах.

— М-да… — задумчиво протянул он, — не густо. Но я люблю блондинок, — игриво сказал он, накручивая мой светлый локон на палец. — Она хоть симпатичная?

— Слышь! — возмутилась я.

— Ай, — наигранно вскрикнул муж, когда я ударила его ладонью по плечу. — Что я такого спросил? Мне же любопытно!

— Любопытно, говоришь? — прищурилась я. — Ну тогда знай, что она страшная, как обезьяна!

— Оу, кстати! А ты знаешь об особенностях шимпанзе бонобо?

— Боже, откуда мне это знать? — усмехнулась я.

— А мне недавно в интернете попалась статься о них. Так вот, у бонобо полнейший матриархат, и они целыми днями занимаются сексом. Ебутся, как заведенные! Им вообще всё равно кого трахать, а самкам нравится участвовать в групповушках, — с горящими глазами выдал он.

— Ну надо же, какие бонобо молодцы, — прокомментировала я.

— Шимпанзе, считай, нам ближайшие родственники, — многозначительно сказал он.

— Да, но мы люди, а они всё-таки животные, — возразила я, не понимая, к чему он ведет.

Паша выдержал паузу, облизнул губы, а потом спросил:

— Марин, а как бы ты отреагировала, если бы я предложил секс втроем? Ты, я и какая-нибудь девушка?