Лиза

Я быстро на телефоне убавила звук до минимума и внимательнее всмотрелась в экран.

На пикантном видео — Оскар. Здесь не может быть никакой ошибки.

Всё снято на скрытую камеру в полумраке. Комната с кожаным диваном, неоновая подсветка, в центре шест. На этом диване Оскар и брал сладкоголосую белокурую девицу, крики которой пришлось быстро заглушить. В углу экрана светилась дата и время видео — это произошло сегодня ночью.

После того, как я ему отказала…

— Глазам не верю! Ты решила посмотреть порнушку, пока я гуляю с ребенком?! — внезапно раздался низкий голос прямо у моего уха.

Я вздрогнула так, что чуть не выронила телефон. К горлу подступила паника, пальцы судорожно дернулись, пытаясь нажать на стрелку выхода. Но вместо этого видео остановилось на паузе, замерев на самом неприличном моменте.

Чёрт!

— Ого! Это кто? Оскар, что ли? — Данил буквально прижался ко мне, вглядываясь в экран с каким-то странным, даже болезненным любопытством.

Я, наконец, вырубила видео, сунула телефон в карман и глубоко вдохнула.

— Думаю, что да, — спокойно ответила я.

— И ты так спокойно об этом говоришь?!

Я повернулась к нему, встретила его расширенные глаза, в которых мелькнуло… нет, не возмущение. Торжество.

Внутри что-то неприятно сжалось.

— Ну да, а что?

— Как что?! Он же тебе изменяет! — вспылил он, указывая на мой карман.

Изменяет? Оскар? Мне?

Я моргнула, осознавая, насколько мне безразлично это утверждение.

— Нет, Данил. Он взрослый половозрелый мужчина и свободен делать всё что захочет. Где и с кем он проводит свое время — не мое дело.

Данил покачал головой, не веря своим ушам.

— То есть ты ему даже рожу не расцарапаешь?! Не скажешь какой он гондон? Не выкинешь его из жизни? Как меня?!

Данил искренне негодовал, и я холодно улыбнулась:

— Нет.

— Но почему, Лиз? Чем он лучше? — бывший заметно бесился, не понимая, в чем дело.

А всё было просто.

— Ничем не лучше и не хуже, — я неопределенно пожала плечами. — Он мой друг. Всегда им был и останется.

— Друг?! — Данил скривился, будто услышал что-то абсурдное.

— Да, Данил, он друг, — повторила я. — Между нами ничего не было. Никогда. И поэтому он ничего мне не должен.

— А как же ваши совместные ночевки? Только не говори, что вы после мероприятия в шахматы играли!

Я увидела, как его глаза ревностно сверкнули. Мышцы на лице напряглись.

И тут до меня дошло.

Так это от Данила прилетел компромат на Оскара?

Мое сердце гулко ударило в ребра. Я выпрямилась, сузив глаза.

Ну конечно! Кто еще мог мне это прислать? Да никто!

Как же он ловко всё провернул! Сделал всё, чтобы я на него не подумала, но при этом он мог увидеть мою реакцию на «измену» и выяснить всё, что ему было нужно.

— А ты молодец, — хмыкнула я.

Данил вздрогнул.

— Я? При чем тут я? — он театрально округлил глаза, чем окончательно себя выдал.

Бинго!

— Потому что ты прислал это видео, Данил, — я склонила голову и приподняла бровь. — Верно?

Губы его сжались в тонкую линию. Он нахмурился и отвел взгляд, но потом с раздраженным выдохом буркнул:

— Я хотел тебе открыть на него глаза. Что твой Оскар не такой уж идеальный.

Я горько усмехнулась, качая головой.

Ну хоть не соврал.

— А мне кажется, что ты хотел показать, что мне везет на козлов. Лучше бы ты с таким рвением за собой следил в прошлом и не предавал меня. А Оскар да, неидеальный. Я это и без тебя знаю. Не бывает идеальных, потому что мы живые люди! — ядовито выплюнула я.

— Вот именно! Мы живые! — рыкнул он. — Каждый может оступиться, а потом признать ошибку и больше так не поступать.

— Найти шлюху на ночь — это выбор, у которого не будет последствий, если ты не женат, а вот завести себе любовницу женатому мужику — совсем другое дело, Данил. Это был твой осознанный выбор, понимаешь?

— Я понимаю, но…

— Я ничего не забыла, — перебила я. — Поверь, я усвоила твой урок еще два года назад. Тогда ты сделал свой выбор, а я свой. Точка. Я не верю, что предатель не предаст снова. Спасибо, что попытался раскрыть мне глаза, но я в твоей помощи не нуждалась. Не нужно мне всей этой грязи, я только выбралась.

Я сделала шаг назад и окинула бывшего презрительным взглядом.

— Я думаю, что прогулка на этом закончена. Нам пора.

— Лиз…

Я резко развернулась к нему.

— Ты говоришь, что изменился? — я метнула в него острый взгляд. — Нет, Данил, твой мерзкий поступок говорит сам за себя. Тебе, наверное, нравится возиться в грязи! Скажи честно, ты следил за ним? Выжидал, когда Оскар оступится, и ты на блюдечке принесешь мне компромат?

— Нет, — пробормотал он. — Я случайно увидел его на камерах. Хозяин этого стрип-клуба — мой клиент, у него был сбой в системе…

Я вскинула брови.

— Вот как? Понятно.

— Что тебе понятно? — он раздраженно выдохнул. — Что он не достоин тебя?

Я посмотрела на него с искренним сочувствием.

— Еще раз повторюсь, мы с Оскаром просто друзья. У него не было шанса на что-то большее, и у тебя его тоже нет и не будет, если расчет был на это.

— Если вы просто друзья, тогда откуда такая реакция, Лиза? — прищурился он.

Его вопрос прозвучал с нотками претензии, и это окончательно вывело меня из себя.

— Меня сейчас бесит другое, Данил, — рявкнула я. — Ты влез в личную жизнь другого человека, записал на видео, скинул это видео мне, ты хоть понимаешь как это мерзко?

— Лиз, не злись на меня, пожалуйста, — он шагнул ближе, но я отступила. — Он просто дал мне понять, что ты его женщина.

Я замерла.

— Что?

Данил нервно сглотнул, опустил глаза, словно пытался подобрать правильные слова.

— Да. Когда я недавно приходил к тебе вечером и застал Оскара у тебя, он дождался меня на улице и сказал, чтобы я держался от тебя подальше, так как ты его женщина, а потом я увидел, чем он занимается…

— И решил, что я должна об этом узнать?

— А разве не должна? — он вскинул на меня полный отчаяния взгляд. — Откуда я мог знать, что ты его… подруга, — он будто споткнулся на этом слове, словно оно физически не проходило через его горло.

Я сжала губы, ощущая, как внутри поднимается не то злость, не то горькое разочарование.

Данил тяжело выдохнул, закопался пальцами в своих волосах и зло потряс головой.

— Лиз, прости меня. Ты просто не заслуживаешь, чтобы с тобой так поступали.

Я тихо рассмеялась. Горько, почти издевательски.

— И это мне говоришь ты?

Он резко поднял голову, его глаза сверкнули чем-то болезненным.

— Да. Потому что я давно понял свою ошибку. Понял, слышишь? — взревел он, сжав кулаки. — Осознал всё. Я никому не позволю сделать тебе больно!

— Ну конечно, — я криво улыбнулась. — Это ведь только твоя прерогатива, да, Данил?

Он глубоко вдохнул, словно боролся с собой, и медленно выдохнул, сдаваясь.

— И я не сделаю, — устало ответил он.

— Не сделаешь, — подтвердила я и посмотрела на сына. — Матвей, нам пора домой.

Он играл в мяч с соседским сыном и уходить не планировал.

Передо мной снова появился Данил, закрывая собой весь обзор.

— Лиз, скажи, что ты на меня не злишься, — его голос был полон мольбы. — Я же хотел как лучше.

— Для кого?

— Для тебя, конечно! — он вскинул брови, словно ответ был очевиден.

Я скрестила руки на груди, с вызовом вскинув подбородок.

— И поэтому ты скинул мне видео с якобы, — я жестом показала кавычки, — изменой Оскара, чтобы сделать как лучше?

— Да. Потому что, если бы я просто тебе рассказал об этом, ты бы мне не поверила, ведь так?

— Не знаю, — нахмурилась я.

— Зато я знаю! Я не следил за ним, клянусь тебе. Мне позвонил клиент, сказал, что у нас ЧП — камеры сломались в клубе, я просто работал, понимаешь? А потом увидел его там, ну и затем проследил за ним! Ты даже себе представить не можешь, как я разозлился в тот момент!

— Понимаю, — уже спокойнее выдохнула я.

Не знаю, как бы я поступила на его месте, но скрывать измену точно бы не стала.

— И я не могу обещать, что не сообщу тебе, если увижу твоего очередного хахаля с какой-то тёлкой. Видимо, это теперь моя карма.

Он проговорил это с такой интонацией, что я не выдержала и коротко усмехнулась.

— Карма? — пряча улыбку, переспросила я.

— Ну да, — он усмехнулся в ответ, но в его глазах было что-то тоскливое, глубоко спрятанное за легкостью тона. — Что мне еще остается делать, если любимая женщина не разрешает мне вернуться в свою жизнь? Только наблюдать за ней издалека и мечтать о том, чего никогда не произойдет.

— Тебе придется привыкнуть, — спокойно ответила я. — Потому что «никогда» — это навсегда.

— Ты права. Во всём права. Я не рассчитываю, что ты когда-нибудь снова меня полюбишь, но мы всё-таки родители Матвея, а я не могу никому позволить обижать мать своего сына. Ты мне не чужая, Лиз, — он сделал паузу, а потом протянул руку: — Ну так что, мир?

Он смотрел на меня с такой надеждой, что что-то внутри сжалось. Теперь я знала причину и больше не злилась. Не было ни обиды, ни гнева — только усталость и осознание, что он хотел открыть мне правду на мужчину, который находился рядом со мной.

Он хотел справедливости по отношению ко мне, только и всего.

Данил действительно не мог знать о наших отношениях с Оскаром. Если Оскар говорил, что я его женщина, а я допускаю мысль, что он мог так сказать в тот вечер, то уравнение складывается не в пользу друга.

Могу ли я злиться на Данила за то, что он увидел Оскара со шлюхой и отправил мне видео-разоблачение?

Нет конечно!

Возможно, он в самом деле хотел как лучше, а для меня лучше горькая правда, чем сладкая ложь. И Данил это знает как никто.

— Мир, — выдохнула я и пожала его руку.

Он словно замер, вглядываясь в меня и сжимая крепче мою ладонь, а потом осторожно шагнул ближе.

— Значит… мы в порядке?

Я чуть улыбнулась.

— В порядке — это громко сказано, но, я думаю, мы сможем и дальше нормально общаться. Мы же взрослые люди, а не обидчивые подростки.

Данил отпустил мою руку, облегченно выдохнул, и я увидела, как напряжение уходит с его лица.

А потом он перевел тему.

— Так, значит, мы приглашены на свадьбу? — качнув головой, хмыкнул он. — Ох и Артур, вот это он меня удивил!

— Я, знаешь ли, тоже не до конца это осознала. Они полгода в отношениях, представляешь?

Данил отрицательно покачал головой, а потом посмотрел на меня.

— Я поговорю с родителями, — сказал он, подбирая слова. — Договорюсь с ними о встрече на следующую субботу.

— Хорошо, — коротко ответила я.

Он слабо улыбнулся, будто боялся спугнуть этот момент.

— Теперь нам точно пора домой, — сказала я и перевела взгляд на сына.

— Матвей, иди сюда! — позвал Данил и опустился на корточки, протягивая руки к сыну.

Малыш подбежал и обнял его, уткнувшись носом в плечо.

— Вам с мамой пора возвращаться домой, малыш. Я приеду завтра, хорошо? — тихо спросил Данил, целуя его в макушку.

Матвей серьезно кивнул.

— Что тебе привезти?

Он задумался, нахмурил брови, потом просиял:

— Ди!

— Динозавра? — с улыбкой уточнил Данил.

— Дя!

— Хорошо, будет тебе динозавр, — пообещал он, поглаживая сына по спине.

Я смотрела на них, и что-то теплое разлилось в груди. Как бы ни было сложно в наших отношениях, Данил оставался для Матвея отцом. И это никогда не изменится.

— Лиз, до завтра, — поднимаясь, сказал он.

Я молча кивнула, взяла сына за руку и пошла домой, зная, что Данил прожал нас тоскливым взглядом.