Так постепенно подкралась пятница.

Данил приезжал к подъезду каждый вечер ровно в шесть. Мы гуляли втроем во дворе. Он не оставался надолго — ровно на час, не больше. Но за это время успевал столько всего. Он приносил Матвею маленькие подарки: то машинку, то игрушечного динозавра, то книжку с яркими картинками. Сын с восторгом бросался к нему, протягивая ручки, а Данил с теплой улыбкой подхватывал его, поднимал вверх и кружил, вызывая счастливый детский смех.

Иногда Данил брал с собой мяч, и они вместе играли, пока я стояла чуть в стороне и наблюдала. Матвей заразительно смеялся, пытаясь убежать от отца с мячом в руках, а Данил с притворным возмущением догонял его.

Мне казалось, что Данил полностью сосредоточился на сыне. Всё его внимание было направлено на Матвея — ни одного лишнего слова, ни одного говорящего или о чем-то умоляющего взгляда в мою сторону. Он был здесь ради него, и я это видела.

И такой подход меня полностью устраивал.

С каждым днем я замечала, как сильно Матвей привязывался к отцу. Теперь он радостно подпрыгивал, услышав, что приехал папа, и стремглав мчался к двери одеваться на прогулку. Данил был для него кем-то новым и таким интересным, что я невольно улыбалась, глядя на них вместе.

Всё постепенно становилось на свои места. Исчезла нервозность, которая не покидала меня последние несколько недель. Я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью. Данил держал свое слово, был терпелив и внимателен. В какой-то момент я поняла, что сделала правильный выбор, позволив ему видеться с Матвеем.

Сегодня с самого утра лил дождь. Сначала мелкий и почти незаметный, а затем — начался бесконечный ливень. Я написала Данилу, чтобы он не приезжал: гулять мы всё равно не сможем, да и Матвей сегодня был не в настроении, капризничал.

Пока сын спал днем, я успела продуктивно поработать, а ближе к вечеру мы переписывались с Оскаром, общались о проекте, а потом он попросился прийти в гости, и, не дожидаясь моего согласия, просто поставил меня перед фактом, что придет. Я пыталась возразить, но он лишь шутливо отмахнулся:

«Ты слишком много думаешь. Увидимся вечером».

Глядя на сообщение, я улыбнулась.

Всё же увидеть Оскара вживую будет приятнее.

Настя сегодня работает в ночь, так что мы с Матвеем будем дома вдвоем. Она как-то совсем исчезла с радаров, часто уходит на смены, приходит поспать и снова собирается на работу. Нужно будет хотя бы на выходных с ней пообщаться, она обещала, что в субботу и воскресенье останется дома.

Я мельком взглянула на игрушки, разбросанные по полу в гостиной, и начала быстро приводить квартиру в порядок. Визит Оскара обязывал немного прибраться.

Когда Оскар пришёл, Матвей сразу побежал встречать его, топая ножками по полу. Я открыла дверь, и на мгновение замерла. Оскар выглядел безупречно, как всегда: лёгкая куртка, серый свитер, мягкий шарф вокруг шеи. Его взгляд был тёплым, но сосредоточенным, а улыбка — такая, от которой на мгновение перехватило дыхание.

Я успела по нему соскучиться.

— Привет, — сказал он, чуть склонив голову. — Только не говори, что я не вовремя.

— В самый раз, — ответила я, пропуская его внутрь.

— Привет, дружище! — Оскар присел на корточки перед Матвеем, который с восторгом смотрел на него снизу вверх.

Матвей застеснялся, но потом протянул к нему ручки, явно ожидая, что его возьмут на руки.

— Помнишь меня? — продолжал Оскар, подхватывая моего сына.

Матвей кивнул, улыбаясь, и тут же потянул его за собой в гостиную, показывая свои игрушки.

Я задержалась в коридоре на несколько секунд, наблюдая за ними. Казалось, Матвей не чувствовал никакого напряжения рядом с Оскаром, и это меня радовало.

На кухне уже всё было почти готово: ароматный грибной соус, лёгкий салат и мой любимый шоколадный мусс. Когда я вернулась в комнату, Оскар уже сидел на полу и что-то увлечённо обсуждал с Матвеем, который показывал ему свои машинки.

— Чем могу помочь? — подняв голову, спросил он.

— Можешь занять Матвея, пока я всё закончу, — предложила я, стараясь скрыть улыбку.

— Это я могу, — сказал он, легко подхватывая Матвея и усаживая его на колени.

Через двадцать минут у меня всё было готово. Мы поужинали за кухонным столом. Оскар был внимателен: расспрашивал меня о том, как я готовила это блюдо, делал комплименты, а затем незаметно помогал Матвею, то разламывая ему вилкой котлету, то подливая сок в стакан.

После ужина мы отправились в зал, где Матвей устроил целую сцену с игрушками. Оскар без тени раздражения играл с ним, возил машинки, строил башню из кубиков, которая тут же обрушивалась под смех сына.

— Ты так хорошо с ним ладишь, — заметила я, присаживаясь рядом.

— Я просто люблю детей, — улыбнулся он.

На мгновение наши взгляды встретились, но я поспешила отвернуться, притворяясь, что слежу за Матвеем.

— А Данил… Он приезжает? — внезапно спросил Оскар.

Я вздохнула. Его лицо стало серьёзным, почти хмурым.

— Да. Мы каждый вечер гуляем вместе с Матвеем. Он дарит ему игрушки, проводит с ним время. — я пожала плечами, стараясь говорить как можно спокойнее. — Это важно для Матвея.

Оскар ничего не ответил, но я заметила, как он крепче сжал губы.

— Лиз, а Настя завтра работает? — сменил он тему.

— Нет, она будет дома отсыпаться после ночной смены, — сказала я. — И в воскресенье обещала не работать.

— Тогда давай вечером сходим в ресторан? — предложил он.

— В ресторан? — удивлённо переспросила я.

— Да, — кивнул он и чуть улыбнулся. — Я соскучился. Теперь, когда ты живёшь здесь, мне бы хотелось больше проводить с тобой времени. Настя же не откажется посидеть с крестником?

Я задумалась.

С одной стороны, я вроде бы планировала провести выходные с сестрой, посидеть вечером за чаем, поболтать, расслабиться. Но с другой — Оскар. Я тоже соскучилась по его компании. Время с ним всегда пролетало незаметно. Мне нравилось слушать, как он рассказывал о своей работе, подмечал забавные детали в обыденных вещах или просто шутил, заставляя меня смеяться. А с Настей мы и в воскресенье сможем пообщаться, ведь так?

— Я думаю, что не откажется, — тихо ответила я, почувствовав, как уголки моих губ сами собой дрогнули в ответ на его взгляд.

Оскар улыбнулся шире, от чего его глаза чуть прищурились.

— Вот и хорошо, тогда я забронирую для нас столик в «Форсе».

— М-м-м, давно я не ела роллы, — улыбнувшись, протянула я.

— Я тоже. Значит, нужно срочно наверстать упущенное, — усмехнулся он.

Его голос стал чуть ниже, от которого я почувствовала себя немного неуютно.

Вроде бы он говорил о еде, но его взгляд трактовал иной смысл сказанного.

Оскар взглянул на часы и округлил глаза.

— Что-то я задержался, вам, наверное, уже пора готовиться ко сну?

— Да, пора купаться и спать, — согласилась я, мельком взглянув на дисплей телефона.

На экране висело уведомление о сообщении от Данила, но открывать его не стала.

— Ну тогда пойдем, будешь меня выгонять, — хохотнул Оскар и поднялся с дивана.

Его смех прозвучал тепло, как будто пытался смягчить момент расставания. Оскар накинул куртку, аккуратно поправил воротник и посмотрел на меня.

— Завтра я заеду за тобой. Будь готова к семи вечера, — сказал он, слегка наклоняя голову, чтобы поймать мой взгляд.

— Хорошо, — коротко ответила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

Я проводила его до двери, и в этот момент в квартире раздался громкий звонок. Кто-то позвонил в дверь. Мы оба замерли.

— Ты кого-то ждёшь? — спросил он, нахмурив брови.

— Нет, — я покачала головой, сама не понимая, почему голос прозвучал так тихо.

Оскар бросил на меня быстрый взгляд, словно пытаясь прочесть мои мысли, решительно шагнул к двери и открыл её.

На пороге стоял Данил.