В участке пахло пылью, дешёвым кофе и чем-то затхлым. Уставшие, безразличные лица, заплаканная Оля…

Я только начал отходить от стычки с преступниками. Внешне я был спокоен, но внутри дёргался каждый нерв.

Как же я испугался!

Не за себя. За неё. За свою куколку.

Если бы я приехал чуть позже? Просто заболтался бы с Сёмой ещё на каких-то полчаса? Если бы я только мог знать, что Коляна ТАКИЕ отморозки разыскивают, ходил бы за ней хвостиком, чтобы не допустить такого кошмара. Представляю, как она напугана сейчас.

Господи, я чуть не потерял Олю. Я вдруг понял, что тоже бы умер, если бы с ней что-то случилось. Просто не смог бы пережить эту потерю. Я люблю её! Люблю!

Осознание этого пришло так внезапно, что мне хотелось кричать о своих чувствах на весь мир. Но у нас тут шёл допрос.

Оля, закутавшись в мою куртку, тихо рассказывала следователю, как всё произошло. Я сидел рядом, сжав её руку, и слушал.

— Мы с Валей поужинали в ресторане, потом он отвёз меня домой, чтобы забрать картины…

У меня дыханье спёрло. Ресторан? Не родители, не срочные дела — ресторан. С Валей.

Кровь ударила в виски, в ушах зазвенело. Я представил их за столиком: она смеётся, он наливает ей вино, берёт за руку… Потом они целуются…

Куколка меня наебала?

Как сопляка. Я значит, насчёт её выставки договариваюсь, самое дорогое, что есть в моём владении отдать готов, а она за моей спиной с этим ушлёпком…

Меркантильная девушка, получается?

Возможность прославиться для неё важнее, чем какой-то Лёха из пятьдесят восьмой?

Я как-то резко сдулся, поник. Чувства, распиравшие меня, преобразовались в жуткую обиду. Я пытался гнать от себя плохие мысли, убеждал себя в том, что только бабы обижаются, но ничего не мог с собой поделать.

Домой нас отпустили за полночь.

— Давай пешком пройдёмся? — предложила Оля. — Не могу успокоиться никак.

Идти было минут десять, не больше, поэтому я согласился. Я тоже не мог никак успокоиться.

— Лёш, прости меня! — через какое-то время выдавила из себя Оля вместе со слезами. — Я такая дура! Мне так стыдно!

— Ты вообще понимаешь, что ты сделала? Точно дура! — вырвалось у меня, голос хриплый, чужой.

— Я… У нас был чисто деловой ужин. Я не хотела тебя обманывать, просто…

— Просто что? — Я остановился посреди дороги и посмотрел ей в лицо. — Ты могла просто сказать, что идёшь с ним, раз ужин деловой? Зачем врать?

Она потупила взгляд, пальцы нервно теребили край сумочки.

— Я знала, что ты… не одобришь.

От этой фразы стало ещё хуже. Значит, она осознанно скрывала. Потому что я ревнивый, контролирующий, недоверчивый? Но разве не она сейчас виновата?

— А если бы не эти ублюдки, я бы так и не узнал? — прошипел я.

Она не ответила.

В груди горело. Не только от ревности. От обиды. Оттого, что доверие, которое я считал нерушимым, оказалось хрупким, как стекло. И теперь оно треснуло, оставив после себя острые, колющие осколки.

— У нас ничего не было, Лёш. Ни разу, — продолжила оправдываться Оля, когда мы пошли дальше. — Если тебе станет легче. Я тебе не изменяла.

Легче и вправду стало, но не отпустило.

Мы дошли до дома в полном молчании. Я не знал, что ещё сказать, а Оля просто хлюпала носом, сокрушаясь о содеянном.

Мне хотелось утешить её, сказать, что я совсем не злюсь, но это было бы враньём.

Хватит вранья на сегодня.

— Может, зайдёшь? — предложила Оля, когда она уже отперла дверь своей квартиры.

Мне нужно было переварить информацию, чтобы не наломать дров и не выглядеть истеричкой.

— Нет. Спокойной ночи, Оль, — сухо ответил я.

— Лёш…

В её глазах стояли слёзы, в голосе снова мольба. Это было невыносимо.

Глупые бабы. Ты им всё, а они…

Хватит с меня благородства на сегодня.

— Всего хоро-ше-го! — отчеканил я и, сдёрнув с Оли свою куртку, пошёл к себе.

Дурацкий праздник.

Дурацкий вечер.

И сам я дурак!

И теперь мне предстояло решить: смогу ли я забыть этот вечер или он навсегда останется между нами?

Утром я проснулся злой, невыспавшийся и с небольшого похмелья. Первым делом подумал о том, как там Оля? Поди ревела всю ночь, бедняжка?

Написать ей смс гордость не позволила, поэтому на работу я пошёл в неведении.

Мысли о том, что я вчера не успокоил Олю, грызли меня, как надоедливые мухи. Это я теперь чувствовал себя виноватым перед своей куколкой. Нужно было обнять её, признаться в своих чувствах, пообещать, что я никому не дам её в обиду. А я просто домой съебался, идиота кусок!

Блять, надо просто как-то пережить этот день.

Я был так погружён в себя, что едва не налетел лобешником на пилон, выросший посредине зала.

— Это что за х… — удивился я.

В натуре пилон! В моём спортзале!

Меня походу уволили на выходных, а тут стрипуху открыли? Нужно было срочно выяснить в чём дело, поэтому я пошёл к администратору Василию, чтобы он мне растолковал, что за хрень творится в нашем священном храме спорта.

— Так это, Лёха, новое направление открыли. Пул дэнс называется. Слыхал? — пояснил мне Вася.

— Я не только слыхал, но и видал. Почему в моём зале? У меня там дети, вообще-то!

— Вы пересекаться будете с ними только на пересменке. Вы уходите, они приходят. Ты бы тренершу видел. Жопа вот такая! — Васёк показал руками арбуз. — Сиськи — во! — Дальше изобразил две дыни. — Я бы позырил, как они там на шесте на ентом кружатся.

— Бля, тебе сколько лет, придурок? — рассмеялся я. — Ты как будто первый день работаешь. Отчаянные домохозяйки вечером подтянутся, а не топ-модели.

— Думаешь? — разочарованно протянул админ, поняв, что бесплатный стриптиз отменяется.

— Зуб даю! Хочешь, на пять косарей забьёмся?

— О! Вон она! — зашипел он мне в ухо, кивая в сторону входа. — Тренерша по пул дэнсу.

Я без интереса повернул башку и просто охуел. Гордо вскинув подбородок, на высоченных каблуках, модельной походкой к нам чапала… Катя? Моя бывшая жена, мать её!

— Привет, Лёш! — ослепительно улыбнулась она мне, подойдя к стойке администратора. — Как поживаешь?

— Ой! А вы уже знакомы? — с любопытством поинтересовался Вася.

Да не то слово знакомы.

Катя стала ещё красивее. Её фигурка округлилась, стала более мягкой и женственной, не такой мускулистой, как я помнил. Она перекрасилась в блондинку и завила волосы в мелкие кудряшки. Ей очень шло.

— Пул дэнс, значит? — пробормотал я себе под нос.

— Кикбоксинг, сраные детишки — прошлый век! — хищно ухмыльнулась Катя. — Ты в нём застрял, Ахтырский, а я иду в ногу со временем!

— Иди-иди… Только смотри, не пизданись! — бросил я ей и пошёл обратно в зал, ещё злее, чем был.

Почему именно сегодня? Почему из всех залов в городе, Катю принесло именно сюда?