Глава 13
Неделю спустя
Диана
– Диан, ты и торт сама испекла? – удивляется коллега.
– Да, мальчишки мне помогали, – киваю на клубнику, которой он украшен. – Ягоды выкладывали.
– Какие молодцы! Очень вкусно.
– И пироги просто обалденные, – жуя, закатывая глаза Надя. – Ты, наверное, всю ночь это пекла? – смотрит на стол, на котором стоит моя выпечка.
– Я же должна была напоследок накормить коллег, с которыми столько лет проработала, – смеюсь я.
– Как жаль, что ты уходишь…
– Нам тебя будет очень сильно не хватать. И твоих ребятишек, – с досадой смотрят на меня девочки.
– Мы будем заглядывать в гости, – подмигиваю я.
В кабинет входит Полянский.
– Людмила Сергеевна, подготовьте мне… – резко замолкает, увидев накрытый стол. – Что за праздник?
– Диана Алексеевна проставляется за увольнение, – отвечает ему Надя.
– Угощайтесь, Александр Юрьевич, – предлагаю я.
– Не откажусь, – с улыбкой подходит к столу, берет пирог с яблоками. – Выглядит аппетитно, а я как раз еще не завтракал.
Откусывает. Вижу, что ему нравится.
– Вам не жаль терять такую сотрудницу? – смеется Надя. – Так бы кормила нас всех, и никакой столовой не надо.
– Свое мнение по поводу увольнения Дианы Алексеевны я уже высказал. Ей лично, – устремляет на меня взгляд. – Но, к сожалению, я не могу пойти против ее воли.
Эта последняя рабочая неделя тянулась бесконечно, честное слово. Мне все время казалось, что против меня зреют заговоры, что Александру уже донесли новость о том, что мальчики являются сыновьями моей сестры, и он, теперь уже понимая, кто моя сестра, подозревает, что я воспитываю его сыновей.
Но слава богу ничего не изменилось после его случайной встречи с Кариной.
Они лишь обменялись взглядами в холле. Не поздоровались, не дали ни одного намека на то, что они знакомы.
Я не позволила Карине жить у меня. Прямым текстом сказала, что не собираюсь с ней нянькаться, и чтобы она летела к родителям.
Два дня она жила у подруги, а ко мне за это время успел приехать ее пока еще муж. Хасан привез мне чемодан Карины.
– Это все, что ей останется, – сказал он с сильным акцентом, и кивнул на чемодан. – Мне жаль, что ваша сестра не такая как вы, Диана. Очень жаль. Вы хороший человек. Дай бог вам здоровья. А ей передайте, что ни один суд не выиграет. Ребенок останется со мной. Я воспитаю из него достойного мужчину.
Сестра приехала за чемоданом и вместе с ним отправилась в аэропорт. Папа сообщил мне, что она прилетела. И он был безумно зол на нее.
– Кукушка! Троих детей бросила! – орал в трубку. – Ничего в этой жизни не добилась! А сейчас будет сидеть у нас на шее?
– Не переживай, это ненадолго, – усмехнулась я. – Скоро она найдет очередного олигарха и съедет от вас.
– И еще родит! – возмущался отец. – А потом снова бросит. Ну вот что нам с ней делать, а?
– Воспитывать нужно было папа, воспитывать! И тебе, и твоей жене нужно было заниматься дочерью, но вы выбрали карьеру. Я старалась как могла, сам знаешь. Но Карина не особо меня слушала. У нее на все была одна фраза: «Ты мне не мать». Вот и получайте теперь то, что из нее выросло. Воспитывайте!
Они, видите ли, не знают, что с ней теперь делать. А где вы были, спрашивается, пока она росла?
Думали, что я буду сидеть с ней в няньках до самой старости?
Когда она бросила детей и укатила в Дубай, ее мать даже бровью не повела. А должна была мозги ей вправить. Должна была достучаться до нее, что так делать нельзя, что дети – это святое, и что они должны стоять на первом месте.
Все это говорила ей я, но она, как всегда, меня не слушала. Потому что я ж ей не мать.
Я была для нее авторитетом лет до пятнадцати, а потом воспитывать ее стало очень сложно. И мне честно стало намного легче, когда она вышла замуж и улетела в Дубай. Я наконец-то выдохнула, наивно решив, что теперь о ней есть кому позаботиться.
Увы, но сейчас она снова предоставлена самой себе. Надеюсь, в Москву не вернется. Иначе от нее одни беды, ей-богу.
В конце рабочего дня обнимаю коллег, а у самой слезы стоят в глазах. Ни за что бы не ушла из этой компании, но обстоятельства вынудили сделать это.
Завтра утром заберу машину из автосервиса, приеду сюда за вещами и заодно заберу посуду из-под выпечки. А не то сегодня мне пришлось все свое кулинарное искусство везти на такси.
Приезжаю домой с чувством грусти и одновременно невероятного облегчения.
В моей жизни начинается новая глава. Все, что не делается – к лучшему! Я верю в это.
– Алло? – отвечаю на звонок от отца.
– Диан, привет! Карина у тебя?
– Что? – округляю глаза. – Как она может быть у меня? Она же в Сочи.
Сердце начинает быстро стучать. Чувствую, что надвигается буря.
– Она улетела сегодня днем в Москву, – шокирует отец.
– Зачем?!
– Да откуда я знаю что у нее там на уме? Я приехал на дачу, чтобы привезти ей продукты, а на столе лежала записка, в которой сказано, что она улетела в Москву по делам. Я думал, что ты в курсе. Вот и звоню, чтобы узнать, долетела она или нет. Она трубку не берет и на сообщения не отвечает.
Да уж…
Только успела подумать о том, что в моей жизни началась новая глава, но… видимо, в этой главе не обойдется без сестры и всех ее неприятностей…
Александр
Еще раз перечитываю сообщение.
«Александр, здравствуйте! Вас беспокоит Карина, сестра вашего бухгалтера Дианы Алексеевны. Мы с вами встретились неделю назад в вашей компании. Не знаю, вспомнили вы меня или нет, но я вас отлично помню. Точнее, мне постоянно кое-кто о вас напоминает, но все подробности расскажу при личной встрече. Подскажите, где и когда можем пообщаться?»
Девушку эту я узнал, как только увидел ее рядом с Дианой. Только мне совершенно непонятно, что она от меня хочет.
«Мне постоянно кое-кто о вас напоминает», – снова перечитываю.
Что это значит?..
Развод какой-то.
У меня с ней нет и не было ничего общего. Эта девица исчезла после того, как я попал в аварию, а тут вдруг объявилась? Или увидела меня без инвалидного кресла и решила попробовать подкатить?
– Саш, ужин остывает, – выкрикивает с кухни Наталья.
– Секунду!
«Добрый вечер! У меня нет времени на встречи», – отвечаю я, кладу телефон на журнальный стол, иду на кухню, но меня останавливает звук сообщения.
Возвращаюсь и читаю.
«Если вам интересна судьба ваших детей, то, думаю, найдете время».
Меня словно пыльным мешком по голове ударили.
Каких еще детей?!