Раймонд

Я стоял на небольшом каменистом возвышении, надежно скрытый пологом отвода глаз, и мрачно наблюдал за тем, как адепты расходились по своим секторам.

Выездной практикум за стенами Академии всегда был моей главной головной болью, но сегодня я сам расставлял фигуры на этой шахматной доске.

Аниссу Лейн, вокруг которой сейчас концентрировалась вся эта нездоровая, нестабильная энергия, я намеренно отправил на самый безопасный периметр вместе с Аллиамом и Кайрэном. Пусть стихийники Земли и Огня играют в благородных героев и тешат свое самолюбие, защищая девчонку-проводника.

А вот Агнессу я лично поставил в боевую группу с Люцианом и Мелаей. Светлый принц обеспечит ей мощную защиту от тварей Бездны, а девчонка-водница, так отчаянно цепляющаяся за магию иллюзий, сможет скрыть их в случае непредвиденной опасности.

Я прикрыл глаза, физически чувствуя, как внутри ворочается глухое раздражение, смешанное с отчаянной потребностью сорваться с места, забрать Агнессу и остановить весь этот фарс.

Если бы они только знали... Если бы она только знала...

Тысячи проклятых реальностей. Я проживал этот закольцованный, безнадежный сценарий раз за разом. Умирал, терял рассудок, превращался в монстра, стирал собственную память, выгрызал крупицы истины, слепо ища заветную нить, которая наконец выведет из этого бесконечного лабиринта.

Я был готов абсолютно на всё, лишь бы спасти Рэйнара из подземелий. Но, как оказалось, всё же не на всё.

Как только она появилась в этой реальности, весь мой выстроенный мир рухнул. С того самого первого мгновения, как она открыла глаза в моей спальне, я уже всё понял. Она — моё персональное тысячелетнее проклятие и моё единственное спасение.

Я погряз в ней настолько глубоко, что это пугало даже мою первобытную драконью сущность. Я невольно искал её взглядом в любой толпе и без труда находил. Мои ноги сами несли меня к ней по зову.

Я стал похож на зеленого влюбленного мальчишку, который прятался по углам, выслеживая предмет симпатии и подслушивая редкие разговоры с другими адептами. А сколько раз Агнесса наивно полагала, что находится в полной безопасности и совершенно одна?

Но, Бездна, как же мне нравилось выводить её из себя на лекциях, лишь бы снова увидеть, как вспыхивают праведным гневом её невероятные глаза!

Агнесса так старательно избегала меня, совершенно не понимая, что в этом нет никакого смысла. Моё звериное чутье привело бы меня к ней даже на самом краю Бездны.

И как же мне дьявольски льстила её ревность! Агнесса даже не подозревала, что эта перепуганная светлая адептка лишь помогала мне чувствовать Рэйнара сквозь слои защитной магии. Но видеть, как она злилась из-за Лейн, было сродни глотку чистого, обжигающего пламени.

Я окончательно обезумел, и полностью это признаю.

В то же время я едва сдерживал собственного зверя. Когда Агнесса наконец оказалась в моем кабинете, когда стояла так мучительно близко, дышала моим воздухом, меня буквально ломало от желания запереть её. Спрятать от всего этого гнилого мира. Связать нерушимыми клятвами брака. Напоить своей драконьей кровью, чтобы она больше никогда, никуда от меня не исчезла. Чтобы даже в бессознательном состоянии я всегда, каждую секунду чувствовал, где бьётся её сердце...

Да, это было высшей мерой эгоизма. Но я ждал её слишком долго... Прожив тысячу перерождений, мне впервые вновь чего-то захотелось для себя.

И всё полетело в Бездну с самого первого мгновения. Когда ставки стали высоки как никогда, я начал совершать одну оплошность за другой и искренне ненавидел себя за это.

Мне больше не нужен был этот мир, не нужны были эти жестокие игры местных богов и невидимых кукловодов. Я хотел лишь одного: вырвать своего племянника из подземелий, подхватить Агнессу и улететь на самый далекий, необитаемый остров, где никто и никогда не посмел бы угрожать моему сокровищу.

— Магистр… Вы выглядите таким уставшим.

Мягкий, вкрадчивый женский голос с сильным шлейфом удушающего парфюма резко вырвал меня из размышлений.

Сколько раз мне еще нужно доказать этой ведьме, что её примитивные чары на меня не действуют? Еще одна досадная заноза, которую пока никак не вырвать.

Магистр Анжелика неспешно подошла, остановившись непозволительно близко. В её глазах играл плотоядный интерес, а рука с длинными ногтями уже плавно тянулась к моему предплечью.

Я едва подавил брезгливую гримасу. Эта зельеварка умела мастерски заговаривать зубы, и я терпел её лишь потому, что именно она знала крупицы информации о ритуалах и племяннике. Но сколько же раз мне хотелось стереть всю эту самоуверенную спесь с её лица!

— Практикум требует предельной концентрации, магистр Анжелика, — холодно отрезал я, делая шаг назад и уходя от прикосновения. — Прошу дождаться завершения периметра в безопасной комнате ожидания.

Но она вновь не отступила. Слово за слово, её гипнотический голос лился сладкой патокой, опутывая, пытаясь отвлечь моё внимание.

И тут меня словно ударило разрядом молнии. Почему я ощущал такое дикое, тошнотворное дежавю?

Бездна!

Именно так всё и было в тот день, когда Агнесса потеряла свою жизнь в оранжерее от рук ушастого природника! Анжелика точно так же, слово в слово, отвлекла меня в кабинете, едва не выпрыгивая из платья. Я не успел тогда из-за нее! Этот проклятый одуряющий запах и эти цепкие, навязчивые руки...

— Что вы пытаетесь...

Воздух над лесом внезапно разорвался с оглушительным треском. Земля под ногами содрогнулась, и густой, выворачивающий наизнанку запах гнили и серы ударил по рецепторам.

Прорыв. И не одна точка, а сразу семь по всему лесу!

— Защищайте адептов и возвращайте всех, кого найдете, обратно в Академию! Хоть это вы можете сделать как подобает?! — рыкнул я, резко отодвинув от себя опешившую Анжелику, уже совершенно не заботясь о манерах.

Одним взмахом руки я развернул пространство и шагнул прямо в мерцающий портал.

Только не снова. Только не она!

Пока я перебрасывал кричащих от ужаса адептов в безопасную зону, пока на ходу закрывал нестабильные порталы, я всё время отчаянно пытался прощупать пространство. Я терял слишком много драгоценного времени.

Где она? Где моя Тьма?!

Выскочив на широкую поляну, я приготовился обрушить на вылезших тварей едва ли не всю свою силу, но обескуражено замер на месте.

Огромная пространственная брешь, извергающая рогатых монстров, прямо на моих глазах с громким, хрустом схлопывалась сама собой. Аллиам и Кайрэн, покрытые гарью и тяжело дыша, методично добивали последних, дезориентированных тварей.

Анисса Лейн, увидев меня, с радостным визгом бросилась мне на шею.

— Магистр Раймонд! Вы спасли нас! Вы успели закрыть портал в самую последнюю секунду, это было так невероятно!

Я непоколебимо отстранил от себя лепечущую девчонку. Мой взгляд лихорадочно сканировал выжженную поляну, ища подсказки.

Кто? Кто в этой Академии обладал такой же силой? Я не закрывал этот портал!

Но воздух вокруг воронки явно искрил от отголосков высшей магии Духа.

Среди покореженных деревьев, там, где лесные тени были гуще всего, на долю секунды мелькнули и тут же растворились в темноте знакомые фиолетовые глаза.

Агнесса.

Липкий ужас стальным обручем сковал мой позвоночник. Что она сделала?! Как она с смогла воспроизвести плетение Духа?!

И главное, как, во имя всех богов, она умудрилась оторваться от Д`Арка и своей водницы, чтобы оказаться здесь, в эпицентре Прорыва? Я едва удержался, чтобы не пойти к напыщенному принцу за ответами и не вытрясти из него всю душу.

— Всем немедленно вернуться в Академию, — рявкнул я ледяным тоном, не терпящим возражений, полностью потеряв остатки терпения.

Не теряя ни секунды, я создал портал до главного холла и буквально втолкнул туда обессиленных, перемазанных слизью от монстров адептов. Как только воронка за ними с шипением закрылась, я рванул в лесную чащу, ориентируясь исключительно на тающий след её присутствия.

Я нашел её недалеко от выжженной поляны.

Агнесса сидела прямо на сырой, холодной земле, привалившись спиной к огромному стволу старого дуба. Её прекрасное лицо было бледным, а грудь прерывисто, тяжело вздымалась, жадно хватая воздух.

— Агнесса!

Я упал перед ней на колени, судорожно осматривая её хрупкое тело на предмет смертельных ранений или проклятий. А сам пытался определиться, что с ней сделать в первую очередь: покусать от злости, отругать так, чтобы она забыла свое имя, или зацеловать до потери пульса. Чтоб Бездна всех покарала!

Она медленно приоткрыла глаза. Взгляд был истощенным, но где-то на самом дне этих фиолетовых омутов всё еще дерзко плясали искорки, которые мне так нравились.

Девушка слабо повела изящным носом, принюхалась и брезгливо поморщилась:

— От вас за версту несет дешевыми женскими цветами, магистр.